Число Зверя

Розмари открыла дверь.
– Здравствуйте. Как у вас дела?
Миссис Кастивет чуть заметно улыбнулась.
– Хорошо. Можно, я зайду на минуточку?
– Да, конечно, пожалуйста. – Розмари отступила и распахнула дверь пошире. До нее донесся слабый горьковатый запах талисмана Терри, наполненного коричневатым губчатым веществом. Миссис Кастивет надела штаны тореадора, что было весьма опрометчиво: они подчеркивали ее огромные бедра и ляжки со свисающими жировыми складками. Штаны были светло-зеленого цвета, поверх них – синяя блузка. Из кармана торчала отвертка. Остановившись у дверей рабочего кабинета и кухни, она надела очки и улыбнулась Розмари. На секунду Розмари вспомнила недавний сон – как сестра Агнес сердилась на нее за то, что пришлось закладывать окна кирпичом» но сразу же отогнала его, улыбнулась и приготовилась выслушать миссис Кастивет.
– Я пришла просто поблагодарить вас, – начала миссис Кастивет, – за те добрые слова, которые вы нам сказали недавно, что Терри была счастлива с нами. Вы даже не знаете, как это было вовремя в тот момент, потому что в глубине души мы подумали, что вдруг это мы что-то не так сделали или сказали, и довели ее… хотя и в записке ясно указано, что она поступила исключительно по своему желанию, но все равно нам было очень приятно слышать эти слова от человека, которому Терри доверилась за несколько дней до кончины.
– Пожалуйста, не благодарите меня, ведь я только передала то, что она мне сказала.
– Другие бы даже не побеспокоились, – продолжала миссис Кастивет. – Они бы попросту отвернулись и ушли, чтобы не терять понапрасну времени. Когда вы состаритесь, вы поймете, как важны такие добрые поступки и как они редки в нашем мире. Поэтому я очень вам благодарна, и Роман тоже. Роман – это мой муж.
Розмари наклонила голову и произнесла:
– Я очень рада, что смогла вам как-то помочь.
– Вчера была кремация, без всяких речей. Именно так она и хотела. А теперь надо об этом забыть и жить дальше. Это, конечно, нелегко, мы ее очень любили – у нас ведь нет своих детей. А у вас есть?
– Нет, пока нет, – ответила Розмари. Миссис Кастивет заглянула в кухню.
– Как мило, сковородки висят как раз на местах. А как, интересно, вы расположили стол?
– Я взяла образец из журнала, – пояснила Розмари.
– У вас тут хорошо потрудились рабочие. – Миссис Кастивет с удовольствием ощупала свежеокрашенный дверной косяк. – Это все за счет владельцев дома? Вы, наверное, были с ними очень щедры, – нам такое не делали.
– Мы всего-то и дали им по пять долларов, – отозвалась Розмари.
– И только-то? – удивилась миссис Кастивет, повернулась и заглянула в рабочий кабинет. – Как мило! Комната для просмотра телевизора.
– Это временно. По крайней мере, я на это рассчитываю. Тут будет детская.
– Вы беременны? – спросила миссис Кастивет, глядя на нее.
– Пока нет, – ответила Розмари, – но я надеюсь на это в скором будущем., как только мы перевезем все окончательно.
– Чудесно! Вы здоровая и молодая, у вас должно быть много детей.
– Мы думаем, их будет трое. Хотите посмотреть квартиру?
– С удовольствием. Я умираю от нетерпения, как хочется увидеть, что вы с ней сделали. Я ведь раньше бывала здесь каждый день – дружила с прежней хозяйкой.
– Я знаю. – Розмари прошла вперед, показывая дорогу. – Мне Терри говорила.
– Правда? – миссис Кастивет последовала за ней. – Похоже, вы с ней часто болтали в прачечной.
– Всего один раз.
Миссис Кастивет удивилась, войдя в гостиную:
– Боже мой! Как непривычно! Она стала гораздо светлей! А какой стул здесь у вас! Просто прелесть.
– Его привезли только в пятницу.
– И сколько вы за него заплатили? Розмари смутилась.
– Точно не знаю. По-моему, долларов двести.
– Вы не сердитесь, что я вас расспрашиваю? – Миссис Кастивет постучала себя по носу. – Вот от этого у меня нос так и вырос, что я постоянно сую его куда не надо. Розмари засмеялась.
– Нет-нет, все в порядке. Я не против. Миссис Кастивет исследовала гостиную, спальню и ванную, спросила, сколько потребовал сын миссис Гардинии за ковер и трюмо, где они купили такие ночники, сколько полных лет Розмари, и правда ли, что электрическая зубная щетка лучше обычной. Розмари поймала себя на мысли, что ей нравится эта откровенная старушка, ее громкий голос и прямые вопросы. Она предложила ей кофе с тортом.
 
– А чем занимается ваш муж? – спросила миссис Кастивет, сидя на кухне и ловко рассматривая ценники на банках с консервированным супом и устрицами. Розмари, передавая салфетку, ответила ей.
– Я так и знала! – вскрикнула миссис Кастивет. – Я вчера сказала Роману: «Он такой красивый, наверное, артист!» В этом доме живут еще три или четыре артиста. А в каких фильмах он снимался?
– Не в фильмах. Он играл в двух пьесах – «Лютер» и «Никто не любит альбатроса», и еще у него много работы на радио и телевидении.
Они пили кофе и ели торт на кухне. Миссис Кастивет не хотела, чтобы из-за нее Розмари накрывала стол в гостиной.
– Послушайте, Розмари, – сказала она, откусывая торт и запивая его сладким кофе, – вот прямо сейчас у меня размораживается огромный кусок филейного мяса, и половина его пропадет, потому что мы с Романом все не съедим. Что если вы и Ги придете к нам сегодня на ужин, а?
– Нет, мы не сможем, – ответила Розмари.
– Ну почему, может быть, все-таки придете?
– Видимо, нет. Я не уверена, что вы и вправду…
– Вы бы нас очень выручили. – Миссис Кастивет опустила голову, а потом заглянула Розмари прямо в глаза.
– Прошлым вечером и в субботу у нас были гости, а сегодня мы первый раз останемся совсем одни после этой… после той ночи.
Розмари сочувственно придвинулась к ней.
– Ну, если вы считаете, что мы не очень вам помешаем…
– Милочка, да если бы вы помешали, я бы вас ни за что не пригласила. Поверьте мне, я страшная эгоистка.
Розмари улыбнулась.
– Вот об этом мне Терри не говорила.
– Ну, – довольно пропела миссис Кастивет. – Терри об этом не догадывалась.
– Я должна, конечно, спросить у Ги, но, в общем, вы можете на нас рассчитывать.
Миссис Кастивет обрадовалась.
– Послушайте! Скажите ему, что я отказов не принимаю! Ведь тогда я не смогу похвастаться перед своими знакомыми, что я его знаю лично!
Они допили кофе с тортом, разговаривая о сложностях и страстях в карьере артиста, о новых телепостановках и о том, что все они очень неудачны, а потом и о газетной забастовке.
– В полседьмого вам не будет рано? – спросила миссис Кастивет уже в дверях.
– Очень хорошо, – ответила Розмари.
– Роман не любит есть позднее, – объяснила миссис Кастивет. – У него больной желудок, и если он поужинает поздно, то потом долго не может заснуть. Вы знаете, где наша квартира? 7А – в шесть тридцать. Мы вас ждем с нетерпением, А вот ваша почта пришла, я вам передам… Рекламы. Но все равно лучше, чем ничего, верно?
Ги вернулся домой в половине третьего в плохом настроении. Его агент сообщил, что, как он и боялся, роль получил актер с жутким именем Дональд Бомгарт, а цель была так близка! Розмари поцеловала его, усадила на новый стул и принесла сандвич с расплавленным сыром и стакан пива. Чтобы как-то успокоить Ги, она сказала, что прочитала эту пьесу, и она ей не понравилась. Вероятнее всего, пьеса быстро сойдет со сцены, и о Дональде Бомгарте больше никто никогда не услышит.
– Даже если пьеса не пойдет, – пробурчал Ги, – то такая роль не может остаться незамеченной. Вот увидишь: ему сразу же предложат следующего. – Он приподнял верхний кусочек хлеба, заглянул внутрь сандвича и принялся жевать его.
– Миссис Кастивет заходила сегодня утром, – сообщила Розмари, – чтобы поблагодарить меня за добрые слова о Терри. По-моему, на самом деле она просто хотела посмотреть квартиру. Это самая любoпытнaя старушка из всех, которых я видела. Она спрашивала меня, за сколько мы купили мебель.
– Ты не шутишь? – спросил Ги.