Не щелкай клювом, или Подножка для препода (СИ)

Я уставилась на соседку, которая ждала моего ответа. Разумеется, я не могла сказать, что у меня пропало запрещённое зелье, пришлось выкручиваться.
— Лиэлла украла браслет. Он очень дорогой. Память о любимой бабушке.
— Дорогой, потому что память, или драгоценный? — уточнила Аннабет.
— И то, и другое.
— Нехорошо, — покачала головой подруга. — Я подумаю, как тебе помочь.
  
Я испугалась, что если в дело вмешается магия, мой обман раскроется раньше, чем найдётся несуществующий браслет, поэтому улыбнулась, обняла добрую девушку и прошептала:
— Спасибо! Но не нужно, я сама справлюсь.
— Нос её сломаешь?
— Надеюсь, обойдётся без этого.
Сказать легко, а сделать… Всю ночь я ворочалась, не представляя, с какой стороны подступиться к Лиэлле. Даже подумывала попробовать с ней подружиться, или подкупить… Ни одной путной идеи в голову не пришло! В результате переключилась на продумывание стратегии защиты. Рассматривала разные варианты действия негодяйки, к чему они могли привести, и затем пыталась сообразить, как я должна буду реагировать. Понятно, что придётся всё отрицать! Мол, знать не знаю, что за средство, впервые вижу и всё такое. На этом успокоилась и уснула.
А вот утром… По дороге в столовую меня перехватил незнакомый гном, сказав, что некто ждёт меня за воротами академии.
Мы с Аннабет шли вместе, обе остановились и уставились на бородатого вестника.
— Кто тебя может там ждать? — удивилась подруга.
Я только плечами пожала, боясь делать предположения. От гнома ничего добиться не удалось, он только повторял фразу, что я сама должна знать, с кем договорилась встретиться.
— Да ни с кем я не договаривалась!
— Сбегай, — посоветовала Аннабет. — Ещё успеешь вернуться на завтрак.
Тут она была права, время в столовой ограниченное, а сидеть на лекциях с урчащим от голода животом — удовольствие не из приятных.
Выскочив за ворота, я едва не бросилась обратно. Такой ужас меня охватил, что хотелось взвиться в небо и улететь. Я даже поискала среди лёгких облачков дракона — уж лучше бы он сейчас меня унёс куда подальше, чем во время свидания с Аланом Тренигтоном.
Ни сбежать, ни взлететь мне не удалось, поскольку раздавшийся визг заставил всех спешащих в академию обратить внимание на нас.
— Ребекка!
Я стремглав бросилась к Илвурст, обняла её, заставив уткнуться носом в моё плечо, и запричитала:
— Не надо плакать, сестрёнка, всё образуется!
Взгляды окружающих стали сочувствующими. Я воспользовалась передышкой и настойчиво увлекла истеричку в сторону от тропы.
— Ты принесла документы? — сдавленно бубнила мне в плечо Илвурст.
— Какие ещё документы?
— Мы же хотели поменяться обратно?
Мы хотели? Она совсем свихнулась от своей любви?
Я пыталась объяснить Эсмине, как наивно её стремление прямо сейчас рассказать всё о нас. Обеих выгонят и всё! Эта глупышка слышать ничего не хотела, твердила одно: давай меняться обратно, и всё тут! Как тут не опустить руки?
Мне пришлось напомнить Эсмине обстоятельства нашей встречи, как я помогла ей, как устроила отъезд к любимому. Мы же заключили договор, никто не вынуждал её отказываться от учёбы, она сама не хотела сюда!
— Я надеялась, что Энтони согласится на тайное венчание! Тогда моей родне ничего бы не осталось, как забыть о выгодном для семьи браке.
— Постой, как бы ты вышла замуж по моим документам?
— Фи! — Эсмина посмотрела на меня, хлопая мокрыми ресницами. — Ты совсем не соображаешь?
— Я-то соображаю, а вот в твоих способностях мыслить начинаю сомневаться.
— Ну, и напрасно! Энтони очень умный, и у его семьи есть связи. Они могли выправить мне настоящие документы, а потом, когда я стала бы Эсминой Франсторс, уже никто не смог меня вернуть домой.
— И зачем же дело стало?
— Я же тебе обо всём сообщила! Ты не читала моё письмо?
— Читала, но мало что поняла. Вы поссорились? Слушай, давай, я поговорю с твоим Энтони, попробую его переубедить.
Подруга печально покачала головой:
— Ничего не получится. Он уехал к моим родителям. Заверил меня, что добьётся их благословения.
— Так это прекрасно! Ты, как и мечтала, станешь Франсторс! — потрепала я её за плечи, подумав про себя, что сама смогу ещё некоторое время продержаться в академии, как Илвурст.
— Нет. Когда Энтони отказался поступить по моёму, я ударила его по щеке…и… — она захлюпала носом и принялась тереть глаза.
— Что! — чувствительно толкнула я девушку. — Говори же! Я из-за тебя на завтрак опоздаю.
— Я сказала любимому человеку, что не хочу его больше знать, и лучше буду учиться в академии, где меня не достанут никакие женихи.
Сказала она! Так бы и отшлёпала эту дурочку. Парень — честный человек. Хочет поступить с любимой девушкой по правилам, а она ему морду бьёт. Да ещё мне жизнь портит. Ведь, как только наш обман вскроется, путь в Академию элементалей будет мне закрыт.
Стоило мне об этом подумать, как в голове возник тонкий голосок: «Останешься голодной. Девица, кстати, тоже не позавтракала, потому и такая несговорчивая». Я очень удивилась, услышав это, и спросила недовольно бубнившую себе под нос Эсмину:
— Ты когда в последний раз чего-нибудь ела?
— Вчера. Днём перехватила в дороге кусок рыбного пирога.
— Ясно. Идём в столовую, поделюсь с тобой своей порцией.
Эсмина обрадовано закивала головой, но не преминула заметить:
— Это моя порция, между прочим.
Я ещё думала, что девица плохо соображает. М-м-м-да-а-а…
Мы пробежали мимо КПП, свернули направо. Рядом со столовой находился магополитен, и я затаила мысль после завтрака уговорить Эсмину отправиться на нём в центр города, устроиться по моим документам в гостиницу и ждать вечера. Пожалуй, я даже смогу сдержать обещание и навестить её там. Тогда и обсудим всё без нервов.
Правда, на вечер у меня были назначены дополнительные занятия с профессором Морфайном, но после его вчерашней выходки, я не собиралась идти на полигон.
К столовой нам пришлось пробираться сквозь толпу, многие адепты уже торопились на занятия. Издали, около здания библиотеки, я заметила Лиэллу и поспешила загородить от неё настоящую Илвурст. Однако обокравшая меня сокурсница увидела меня, злорадно улыбнулась и крикнула:
— Не надейся, что ректор тебя простит! Он очень недоволен тобой.
Если бы Эсмина не шла рядом, я бы точно догнала эту вредину и объяснила, как она неправа. Теперь же пришлось ограничиться молчаливой угрозой, я показала Лиэлле кулак.
— Кто там? — завертелась моя спутница. — Это тебе кричали?
— Нет! С чего ты взяла? Идём, скорее, часы работы столовой ограничены.
Илвурст не обманула, она действительно была ужасно голодной. Смела мой омлет, не моргнув глазом, я едва успела схватить с тарелки один сырник, два других, щедро политые сметаной, исчезли как по волшебству.
— Ой, тебе, кажется, ничего не досталось? — Невинно хлопая глазками, подруга смотрела, как я потягиваю какао. — Тут в буфете можно купить что-то дополнительно.
— У меня нет на это денег, — сухо ответила я.
— Сейчас! Подожди немного.
Эсмина сбегала в буфет и вскоре вернулась с двумя большими кусками бисквита, щедро смазанного кремом, и стаканом шипучего напитка. Одну тарелочку с пирожным Илвурст поставила передо мной, остальное забрала себе. Я поблагодарила и принялась за еду, размышляя, как бы мне подступиться к подруге с предложением прямо сейчас покинуть академию.
Не успела я добрать последние крошки, как в голове опять раздался голос: «Придётся идти к ректору».
«Это ещё зачем?» — ментально поинтересовалась я.
«Твоя сокурсница отдала ему запретное зелье и рассказала, где его нашла.»
  
«Ну и что? Если станут спрашивать, обвиню её во лжи.»
«Нет ничего проще, как выяснить правду, применив магию.»
Я вздохнула, прекрасно понимая, что некто, поселившийся в моей голове, совершенно прав.
«Ты мой элементаль?» — спросила я его с надеждой.