Ямада будет. Книга 2. Ямада будет драться

Сон укрывает меня, как мягкий плед, тёплый и тяжёлый. В нём нет ни страха, ни тревоги – только лёгкость, словно я сбросила весь груз реальности.
* * *
Передо мной расстилается безбрежная ночь. Небо настолько чёрное и глубокое, что кажется, можно провалиться в него, если сделаешь шаг в сторону. А звёзды… Яркие и сверкающие, словно их только что отполировали. Они выстраиваются в дорожку, извивающуюся вперёд, будто манят за собой.
  
Ступаю на эту звёздную тропу, босыми ногами касаясь мягкого, почти невесомого света. С каждым шагом ощущение реальности уходит всё дальше. Чувствую, как воздух вокруг становится всё чище, прохладнее, будто в нём растворился запах ночных цветов и росы.
«Где я?» – мелькает мысль, но ответа нет.
И, странно, я даже не хочу его искать. Здесь мне спокойно. Здесь нет угроз и обязанностей.
Впереди постепенно вырисовывается храм. Лунный свет делает его контуры мягкими, но невероятно чёткими. Кажется, он сооружён из самого света: стены перламутрово-серебристые, башенки изящно вытягиваются вверх, прямо к звёздам.
Перед храмом широкая лестница из полупрозрачного камня, который словно светится изнутри. Вокруг него огромный сад, раскинувший свои ветви в чёрную пустоту ночи. Лепестки деревьев светятся нежным голубоватым светом, а где-то вдали слышится тихий звон колокольчиков, будто ветер играет с ними.
Замедляю шаг. Сердце начинает биться быстрее, но не от страха. От чего-то возвышенного. Почтение? Или радость, что я нашла это место?
Что это за храм? Почему он кажется таким знакомым? Будто видела, но не наяву, а в книгах или фильмах.
Поднимаюсь по ступеням. С каждым шагом всё сильнее ощущение, что я иду туда, куда и должна была попасть. Будто всё до этого момента – лишь прелюдия.
Может, это подсказка? Или подарок?
Перед дверями храма замираю. Высокие какие, почти касаются неба и светятся так же, как и звёздная тропа. Моя рука поднимается сама собой, чтобы коснуться их, но в последний момент останавливаюсь.
Стоит ли? Это ведь всего лишь сон, верно?
Но сон ли?
– Как себя чувствуешь? – раздаётся рядом голос, прекрасный, но явно нечеловеческий, будто сплетённый из звёздного света и шёпота ночного ветра.
Я вздрагиваю, едва не отскакивая назад. Оборачиваюсь.
И тут всё величие момента рушится.
Передо мной стоит продавец из того самого эзотерического магазинчика. На нём белая рубашка навыпуск, узкий галстук, пиджак, выглядящий чуть помятым, руки в карманах. На фоне этого лунного великолепия он кажется воплощением земного хаоса.
– Вы что тут делаете?! – Слова срываются с языка сами собой, прежде чем я успеваю подумать.
Продавец слегка склоняет голову, его лицо остаётся неизменным: полуулыбка, полунасмешка.
– Да вот, решил заглянуть, – отзывается он, глядя вокруг с таким видом, будто храмы из лунного света для него обыденное дело.
– Заглянуть? – Я моргаю, не веря своим глазам. – Вы… Как вы здесь оказались?
Он ухмыляется, вытягивая руку из кармана, и, как ни странно, достаёт не кристалл или карту Таро, а блестящий ключ, который лениво перебрасывает между пальцами.
– Места у меня разные бывают. И клиенты особенные, не так ли? – Поднимает бровь, давая понять, что этот вопрос явно обо мне.
– Клиенты? – переспрашиваю, чувствуя, как в голове снова появляется бардак. – Послушайте, это сон или что?
– А тебе как кажется? – спрашивает он почти лукаво, но взгляд у него серьёзный.
Я хмурюсь. В этом месте, полном лунного света и звёздной магии, он выглядит самым неуместным существом, но почему-то именно это вызывает странное чувство безопасности. Как будто он здесь для чего-то важного.
– Это всё же сон, да? – наконец выдыхаю я.
Глупо, но лучше уточнить.
Продавец не отвечает, только улыбается уголком губ, словно ему не впервой слышать подобные вопросы.
Я резко оборачиваюсь к нему и, сама не зная почему, начинаю рассказывать. Коротко, сбивчиво, но всё-таки выкладываю суть. Про город онрё, про Осакабэ-химэ, про угрозы, которые всё ближе. Слова сами льются из меня, словно этот собеседник – единственный, кто может услышать.
И он слушает, ни разу не перебив, но с каждой секундой улыбка на его лице становится всё шире, всё загадочнее. Когда я заканчиваю, он делает вид, будто задумался, и наконец тихо говорит:
– Думаю, тебе лучше остаться.
Я моргаю, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
– Оставаться? Учиться у онрё? Вы хоть понимаете, о чём говорите?
– Очень даже, – отвечает он так спокойно, словно предлагает просто выпить чай. – Сама ведь сказала, что не знаешь, как выбраться. Раз уж ты здесь, используй это. У них есть чему поучиться. Поверь.
Я чувствую, как в горле застревает ком. Его уверенность сбивает с толку.
– Но… – пытаюсь что-то возразить, однако слова не находят выхода.
Он смотрит на меня, чуть склоняя голову, а потом с мягкой насмешкой добавляет:
– Знаешь, иногда единственный выход из сложившейся ситуации – это идти вперёд.
Повисает тишина. Мне нечего возразить.
Он только улыбается – та самая загадочная улыбка, от которой становится не по себе. Руки всё ещё в карманах, выглядит так, будто происходящее его лишь слегка забавляет.
– Но знаешь, если ты напишешь письмо лунными лучами, то я передам это послание твоим друзьям.
– Письмо лунными лучами? – переспрашиваю, глядя на продавца, словно он только что предложил мне насыпать звёздный порошок в чай и выпить для бодрости. – Звучит как… э… Такого не бывает! Пока я тут, Танака сделает всё, что захочет.
– Время у нас немного другое, – отвечает он, будто не замечая моего потрясения. – Пока ты здесь, твоя лапшичная в безопасности. В мире людей едва ли пройдёт больше двух часов. Здесь умеют ускорять и замедлять время. Не бойся.
– Но Хаято и Окадзава… – начинаю, чувствуя, как голос дрожит. – Они ведь…
– Напиши им письмо.
– Чем?! Лунными лучами?! – Кажется, я начинаю терять терпение, хотя его спокойствие сбивает с толку.
Опять эта чушь. Издевается, видимо.
Продавец чуть приподнимает брови, словно удивлён, что я до сих пор сомневаюсь.
– Именно.
– Но как…
Он прерывает меня жестом – не грубым, но чётким, и указывает на лунный свет, струящийся через окна храма.
– Лунные лучи знают, как найти дорогу. Ты напишешь, а я передам.
Моё потрясение достигает апогея.
– Это невозможно, – шепчу больше себе, чем ему.
– Почему нет? – Он чуть склоняет голову и добавляет чуть насмешливо: – Ты же уже в городе онрё, общаешься с ёкаями и получила предложение, от которого трудно отказаться. Разве письмо лунными лучами – это самый странный момент твоего дня?
И улыбается.
Открываю рот, чтобы возразить, но понимаю, что сказать нечего. Всё это безумие, да. Но у него есть своя, чертовски пугающая логика.
– Ладно, – выдыхаю, чувствуя, как внутри закипает смесь страха, недоверия и странной непонятной надежды. – Что мне для этого нужно?
– Только желание, – отвечает он и кивает на лунный свет. – И немного веры.
Я медлю, глядя на серебристые лунные лучи. Серебристые такие, красивые. Они кажутся почти осязаемыми, будто можно протянуть руку и поймать свет в ладонь. А что, если…
– Как я должна… – начинаю, но продавец молчит, только кивает, словно знает, что всё получится.
Вдохнув глубже, осторожно протягиваю руку. На мгновение кажется, что это глупо, однако пальцы погружаются в лунный свет, как в прохладную воду. Он холодит кожу, и в тоже время не обжигает, наоборот, дарит странное чувство покоя.
Свет начинает сгущаться, будто становится продолжением моей руки. Лучи обвивают ладони, струятся по пальцам, пока не начинают мягко светиться, превращаясь в тонкие, почти прозрачные линии.
  
Заворожённая, я провожу рукой по воздуху, пробуя написать первые кандзи. Серебряные линии остаются за кончиками пальцев, словно пишу на невидимой бумаге.