Черноземье 2 (СИ)

— Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! — добиваю я все патроны в первом магазине, посылая пули вдогонку, но ни в кого не попадаю.
— Этого — добить! — показывая я на пытающегося уползти зверя. — И подтащить к Башне на тридцать метров!
Лошади пытаются вырваться, гвардейцы висят на поводьях по двое, дать им сейчас убежать — это попрощаться с животными и нашими продуктами. Поэтому их смиряют и гонят внутрь Башни.
— Черт, теперь будут нас преследовать! — в сердцах я говорю выскочившим наружу командирам. — Нужно лучников теперь в охранении держать постоянно, да чтобы они понимали, что звери их снесут за одно мгновение. Чтобы стреляли и тут же бежали прятаться за ряд копий.
Закрываемся как следует на ночь в Башне, потом все терпеливо ждут, пока я пройду уже четыре верхних этажа, из которых закрыт только самый последний.
На трех этажах под ним ничего нет, но ставни старательно задвинуты и очень уж много грязи не видно на полу.
Снимаю замок и достаю все то же зеркало на ручке, доставшееся мне когда-то от Фатиха, потом откидываю люк ударом маны и тщательно изучаю этаж, но ничего похожего на засаду не вижу. Только собираюсь подняться наверх, как снизу доносятся шум чего-то громко упавшего и крики, мне не различимые здесь.
Приходится быстро спускаться вниз, где мне показывают на люк в подвал, который как всегда без команды попробовал поднять какой-то самый глупый и инициативный гвардеец. Теперь у него в груди по самое оперение торчит болт, а сам он готов отправиться на тот свет.
— Да какого черта! — ору я. — Сказано же стоять и нечего не трогать!
— Он сам внезапно схватил крышку и приподнял ее на уровень груди, — рассказывает кто-то из его соседей.
Торк тут же сверкает взглядом, собираясь разобраться с командиром осьмицы незадачливого воина.
— Я поднялся на второй этаж посмотреть вокруг, — объясняет он мне свое отсутствие.
Я присаживаюсь к раненому, подношу руку в его груди с камнем и командую:
— Ты и ты, покрепче взялись за болт и рванете его по моей команде!
Видно, что тот зашел очень глубоко и как раз в районе сердца находится.
Парни берутся за древко, но как-то неудачно его двигают, раненый открывает широко глаза и тут же испускает дух.
По моей команде древко все равно выдергивают, но наконечник остается внутри, и помогать воину уже поздно.
— Он мертв, — хмуро говорю я и добавляю: — Все поняли, что такое Север? Ловушки на каждом углу! Здесь нельзя ничего делать без разрешения.
Ошарашенные такой быстрой потерей воины неподвижно стоят вокруг тела своего приятеля.
Вот и первая потеря в моем отряде, а нет, уже вторая, но если тот парень погиб по делу в бою, то тут смерть случилась по своей откровенной глупости.
Или его что-то заставило полезть к этой крышке?
— А еще за стенами башни большая стая северных волков! Они невероятно сильные звери! Лучники наверх и пытаться подстрелить хоть кого-то из них. Они бродят вокруг Башни, всегда голодны, поэтому скоро начнут рвать своего убитого. Киньте туда факел и стреляйте залпом! — командую я и Торк с Кросом, осознав серьезность ситуации, гонят всех, кто умеет стрелять на второй и третий этажи.
В этот раз я собираюсь перебить волков сам, не давая им возможность напасть на приготовившийся строй или караван в движении.
Для этого мне вполне хватит винтовки с прицелом и пары магазинов, но нужно светлое время суток, и чтобы звери атаковали нас. А то ведь снесут любой строй с ходу, настолько они отмороженные и злобные хищники.
Еще придется разобраться с ловушкой в подвале, уже убившей одного воина. Хорошо, что самого глупого и всего одного.
Я подхожу к люку, отправляю всех лишних воинов наверх, лошадей перегоняют мне за спину, накидываю веревку на край люка, где обычно имеется засов и начинаю поднимать его. Поднимаю до половины, жду какое-то время, но новых сюрпризов не случается, потом передаю веревку паре гвардейцев. После этого слушаю радостные крики сверху, что лучники подстрелили еще одного волка, сунувшегося немного перекусить своим мертвым собратом.
 
— Поднимайте до конца! — кричу я помощникам, прикрытый куполом и заглядываю сбоку в подвал.
Вскоре крышка встает вертикально, но из подвала больше ничего не вылетает.
Да оно и понятно, насторожена ловушка была на один выстрел, больше технически тут ничего не сделаешь, типа автоматической перезарядки арбалета. А тут какой-то крепостной стоит, как далеко болт через кольчугу загнал.
Зато я вижу, что в подвале прямо плещется черная темнота, какая-то слишком сильная и очень враждебная.
— Дай-ка мне факел! — говорю я сопровождающему меня воину, тут же поджигаю от него еще пару и бросаю их вниз.
Пора разглядеть, что тут стреляет и что вообще творится?
Темнота какая-то вязкая, даже свет от хорошо горящих факелов ее не особо разгоняет, это странно.
А еще я чувствую, что из подвала прямо тянет магией, очень сильно тянет, я такое сильное ощущение чувствую в первый раз в жизни.
— Что-то там есть, что-то очень сложно устроенное и опасное, — понимаю я.
И зачем мне туда нужно лезть на ночь глядя? Пусть там спрятаны тайники, но я еще и четвертый этаж не проверил.
А вот то, что засова нет на люке и нет приемной части для него — это мне не нравится. Может просто сняли нужное где-то в другом месте изделие, а может и не просто…
Вообще не нравится вся эта затея с подозрительно свободным доступом в Башню, отсутствие магического замка на двери входа и между почти всеми этажами.
И из подвала так сильно тянет заряженной маной, что волосы шевелятся на голове, а кожу висках стягивает.
Я туда сейчас, особенно в ночи, лезть не собираюсь точно.
— Закрывайте! — командую я и крышка с грохотом падает на свое место.
— Так, нужно несколько здоровых камней на люк закатить, чтобы вдруг не открылся ночью, — командую я гвардейцам, решив подстраховаться даже по такому поводу.
— Там два здоровенных жернова лежат недалеко от входа, — вспоминает один из воинов.
— Как там наверху? Где волки? — кричу я лучникам.
— Ушли куда-то! — слышу я ответ одного из лучников.
— Пошли за жерновами, — говорю я. — Я первый выйду и послушаю ночь.
Выхожу на площадку перед Башней, чувствую, что волки пока куда-то отошли, рядом их нет.
— Выходите! Где они лежат?
Сам провожаю с факелом четверых воинов, которые бегут в ближайшие остатки сарайчика и там рывком поднимают вместе на попа здоровенный жернов метрового диаметра.
— О, этот пойдет, — и парни катят его к входу, там напрягаются и переваливают очень тяжелое изделие через порог.
Я слышу грохот брошенного на люк жернова, потом они возвращаются и так же ставят на попа второй. Одновременно с этим мое умение показывает, что несколько стремительных теней появились на границе обнаружения и несутся к нам.
— Да что же это такое! — ругаюсь я. — Быстрее парни! Катите его, а я вас прикрою!
Жернов катят, тени очень быстро приближаются, потом он не закатывается в Башню, народ торопится, чувствуя по моему тону, что приближается серьезная опасность, но камень все время вырывается у них из рук.
— Скользкий, зараза! — ругается кто-то из них, двое тащат его изнутри, двое заталкивают снаружи, больше никому к нему не подступиться.
Но я вообще не переживаю, столпившихся на входе воинов могу прикрыть куполом без проблем, тем более, что хищники уже рядом.
— Стреляйте, они здесь! — и я бросаю факел перед входом.
Потом со злорадством смотрю, как волки один за другим врезаются в невидимую преграду на всей скорости и не сразу приходят в себя от удара, а сверху неподвижные туши быстро расстреливают с двух этажей лучники.
Потом выхватываю пистолет из-под куртки и успеваю произвести несколько выстрелов в упор, пока освещенная площадка не пустеет.
Ну как пустеет, шесть зверей получили по стреле, и не одной, или пуле, тоже не одной, поэтому валяются везде.
Парни сверху добивают пытающихся уползти, так что победа в этой атаке явно остается за нами.