Гарри Поттер и эффект снов (СИ)

Так интервью перетекло сначала в чаепитие, а потом и в барбекю на заднем дворе. Были разговоры, откровения, шутки и юмор и даже, о боже, совместное обсуждение статей! И да, Хаффман вот вообще не мучила совесть, она и раньше баловалась заказными статьями. Когда пояс приходится затягивать всё туже третий месяц подряд, принципы журналистики получают смачный удар с колена и под дых. А розовые очки разлетаются оттого, что суровая реальность бьёт тебя битой по лицу со всего размаху, да от щедрот своей безгранично мудрой души. С избытком насыпая таким образом мозгов в твою пустую черепушку, когда от удара твои чакры раскрываются в готовности познать мудрость веков. Вот и обсуждала эта дамочка свои статьи с теми, кто хорошо заплатил, пусть не деньгами, но информацией, да ещё какой!
  
Но, пожалуй, всё имеет своё начало и свой конец. Вечер подошёл к завершению, и внезапная гостья укатила на машине к себе домой. Там в тишине у рабочего стола да за кружкой кофе она начерно, пока свежа память, дорабатывала черновики статей. Просидела всю ночь, отпросилась с работы на недельку, отоспалась и принялась творить дальше. А на восьмой день, как раз в воскресенье, грянуло, и не только в газетах.
*** Кабинет Стивена Хаккета, станция Арктур ***
— Продажа детей Альянса в РАБСТВО! Торфан как разрушенный бизнес? — Раздался саркастичный голос адмирала взявшего планшет с газетой
— Как говорится, никогда такого не было, и вот опять за очернением репутации немногих благородных героев Альянса стоят грязные помыслы. Все мы уже в мельчайших подробностях знаем историю так называемой «резни на Торфане», но всё ли нам известно? — Будто спрашивал Хаккет и продолжил.
— Нет! Решительно нет! Под ярким светом всем известного скандала от нас скрыли правду! Какую? Немного не мало как о преступлении всего человечества, о предательстве всего нашего вида. Если позволите, так сказать. О том, что некоторые господа (подробные расследования ожидайте позже) продавали граждан Альянса батарианцам и не только им. Женщин! Мужчин! Стриков! Всех подряд и, что самое страшное, детей. Полиция сообщает о росте пропавших без вести больше чем на 20% за последние годы, не пора ли искать потеряшек на рабских рынках? И если вы подумали, что я напрасно развожу истерику, напрасно пугаю, что отщепенцы в нашем обществе были всегда и преступность не исправима, я должна вас предупредить: на этот раз эта преступность забралась невероятно высоко и имеет слишком большую и волосатую лапу в верхах Альянса. Такую как Джереми Брайт, глава иммиграционной службы! — С восклицанием закончил чтение Стивен, потрясая планшетом. — Что это такое, я вас спрашиваю!
— Сер, мы…
— Ж**й нюхали цветы! И прос**ли все что можно и нельзя! — Командирским басом, как из мегафона, проревел Стивен. — Вы хоть понимаете, сколь вонючая субстанция попала в этот раз на вентилятор? — Бушевал он.
— Там ведь не только служба иммиграции, там треть чиновников Альянса замарались так, что не в сказке непером. Вы хоть понимаете, как сейчас начнет колбасить весь Альянс? — Продолжал он. — Что, если одна-две колонии захотят отделиться? Мы, считай, в лотерею выиграли!
— Сер, по нашим данным, Джон Шеппард имел личный контакт с Лианой Хаффман, к тому же в своих статьях…
— Она его выгораживает, это вы хотели сказать, да?
— Да. — Подтвердил безопасник, уверенный, что нашёл козла отпущения. — У него был доступ к секретной информации и…
— А ещё у него были мозги и здравомыслие, достаточное, чтоб прислать мне это. — Сказал Стивен. — Включил запись всего интервью Шеппардов и Хаффман.
…
— 6 часов трёпа обо всём помаленьку, и нигде, слышите, нигде даже намёка на вот это. — Стивен пальцем ткнул в газету.
— Но… Адмирал-лейтенант мог не предусмотреть всех последствий и… — Начал вещать один из его подчиненных.
А Хаккет слушал и не понимал, когда на его лбу успела вылезти надпись «идиот», ведь ясно же как белый день по их бегающим глазам, что сами виноваты, ему ещё предстояло узнать, в чью светлую головушку пришла гениальная идея поиграть с журналистами, но и так картина была примерно ясна! И ведь не объяснишь же людям, что некоторые дела нужно оставлять профессионалам, например, в данном случае пресс-центру, а если и не оставлять, то хотя бы советоваться с ними! Журналюг ведь не зря акулами называют, ты им кусок мяса протянешь, так они по плечо тебе всё откусят!
— …Таким образом, я считаю, что командор Шепард и его жена, если не предатели, то… — Продолжал свой спич его подчинённый в то время, как Хаккет делал фейспалм и массировал пальцами виски.
— У меня всё. — Бодро закончил он.
— А теперь не бред, а правду, кто эту даму нашёл, где и когда? И кто додумался, используя её втемную, предоставить ей такие сведенья? — Закончил Хаккет и включил свой фирменный суровый взгляд.
Молчание.
Минута.
Вторая.
Тире…
— Это я, сер. — Откликался подающий самые большие надежды офицер среди всей своры остолопов, он, пожалуй, был самым тихим, аккуратным и адекватным персонажем, от него Стивен ждал проблем в последнюю очередь, если вообще ждал, однако, подижты, и этот умудрился крендель отмочить!
Хаккет почувствовал, как у него разболелась голова, он уже трижды горько пожалел о том, что ввязался более чем год назад в авантюру с Цербером, тогда для эффективной работы пришлось завязать более тесные отношения со службой контрразведки. Завязал на свою голову! Так завязал, что и вякнуть не успел, как он вместе со всем пятым флотом перешёл под их юрисдикцию. А те и рады были скинуть часть обязанностей на кого-то доверенного и проверенного. С тех пор покой для Стивена превратился в сладострастную мечту!
Вот и сегодня его поднял секретарь радостным вопросом о том, не хочет ли он прочитать газету. И хотя Стивен не хотел, очень не хотел газету, открыл, прочитал, сильно об этом пожалел, и теперь он смотрит на подчиненного, пытаясь справиться с острым приступом мигрени.
— Значит так, голуби мои сизокрылые, сейчас идете в пресс-центр и рассказываете всю свою идею, рассказываете и что вы той дамочке слили, и о чем она сама догадалась, даёте все свои наработки и контакты этого журналиста, а потом поступаете в бессрочное распоряжение Матильды Гинденбург, если она вас возьмёт, конечно, стажеры, блин.
Все четверо тяжело взглянули, но с места не сдвинулись.
— Адмирал, а может её это того… и… в землю… — Предложивший это под суровым взглядом мигом весь сжался и сам в земле захотел оказаться.
— Понял, что идея плохая? — Задал риторический вопрос Стивен. Увидел нервный кивок в ответ, обвёл всех взглядом и «рявкнул» спокойным негромким голосом: — Вы ещё здесь?
Всех как ветром сдуло, а Хаккет тяжело опустился на кресло и потянулся за бутылкой вискаря, плеснул себе полпальца, испил, покатал на языке, проглотил и с огромным сожалением поставил бутыль обратно в сейф. Увы, но в той каше, что заварилась с лёгкой подачи группы идиотов, терапевтические дозы алкоголя — всё, что он мог себе позволить, поднятую волну надо было седлать и использовать как можно скорее, пока она не погребла в пучине от половины до двух третей всего альянса.
Нехотя глядя на кнопку селектора, как на ядовитую змею, он нажал на неё.
— Мистер Хаккет? — Послышался голос из динамиков.
— Соедини меня с центральным управлением. — Тяжело бросил Хаккет.
Так в альянсе начались чистки не слишком активные, зато громкие, страсть, и обернулось бы всё это большими политическими потерями, уж Азари бы постарались устроить, если бы у самих синих дамочек внезапно не возникли бо-о-ольши-ие проблемы!
*** Храм Атхаме ***
Под бодрые биты старомодной в эти времена Disturbed Альфред в облике тени безобразничал в храме Атхаме, насвистывая весёлый мотивчик, но выдергивал очередной предохранитель, долженствующий сдерживать Атхаме, оцифрованную личность учёной-протектианки, запертой в маяке в спящем режиме, выдернул и взялся за следующий через один, пританцовывая от нетерпения и злодейски улыбаясь, предвкушая грандиозное представление. Какое?