Академия для куклы (СИ)
– Чо?
Надька продолжает, будто сообщая страшный женский секрет:
– Представь только. Паровозы, пароходы, никакого телевидения. Телефоны - барышня, соедините. В автомобилях не то, что автопилота - приёмников ещё не было. А главное...
Надькин голос становится уж вовсе по-театральному томным.
– Никаких роботов, Катенька. Никаких. Даже слова такого ещё не знали. Ты можешь себе это представить?
– Уже с трудом. А как же на заводах всё делали? Только руками?
– Ну станки уже были всякие. Там ну... Ткацкие там... Токарные... Но они ещё даже электрические не были.
– А какие? Вручную крутили?
– От паровых машин! – гордо сообщает Надька.
– Чорд. Не представляю. Но погоди-ка. Лампочки-то уже были.
– Ну да - были. И что-то электрическое уже было. А где-то ещё при керосиновых лампах сидели.
– Не - ну круто. Только я всё равно не поняла. Тебя-то почему с этого так прёт?
– Ну... – Надька театрально разводит руками. – Вот что бы ты ни говорила, а киберпанк - это не то, что мне нравится.
Шлёпнула себя по лбу. Надька просто не любит осознавать себя железкой. А тут нашла себе отдушину. Забыть хоть ненадолго, что она... не совсем настоящая.
– Признаю себя тормозом. Но мне всегда казалось, что ты просто дуркуешь. Слишком ты живая. Даже парня раньше меня нашла.
– Расскажи мне лучше - как у тебя с Егорчиком, – переводит разговор Надька, картинно приготавливаясь слушать.
– Он зовёт на концерт. У нас будет выступать голограмма Майкла Джексона. Круто?
– Ой, Кать, вообще... Мы с Серёжей глянули на цену - и решили пойти на джаз. Я уже свитер ему довязываю - как тогда носили...
Опять всё больше кажется, что Надька врёт. И никакой она не кибер.
* * *
– Мам, приветик.
– Привет, студентка. Не выгнали ещё?
– Мам, красивых отличниц не выгоняют.
– Ой, Надюшка, не верю я в твои отличные. Вот как мать - не верю. Признавайся - ни с кем из преподавателей...
– Мать, ты за кого меня принимаешь?
– За красавицу, дочка. То я не знаю, как оно бывает. У самой в группе такая была. А у тебя в институте, наверно, одни мужики.
– Мам, ну во-первых - они все старые. На кой они мне - такой красивой?
– А студенты? Не подкатывают?
– Для студентов я сама старая.
– А кто тебя за хвост держал? Ты для чего от меня уехала? Уж не поступать ли? Знаешь - как ВУЗ расшифровывается?
– Помню. Выйти Удачно Замуж. Мам, у меня есть - с кем фокстрот танцевать. Лучше расскажи - как ты.
– Живу - не болею. Не хуже других. У подруги скоро внуки будут. Меня когда обрадуешь?
– Мам, не дави на мозоль. Больно.
* * *
– Равняйсь! Смирррна! Равнение на середину! Товарищ полковник, группа курсантов первого курса для смотра построена! Староста группы - курсант Курова Надежда! – лихо рапортует киберкурсантка.
– Вольно, встаньте в строй, – командует ректор института. Стоя чуть позади него не удержался - и украдкой показал лихой курсантке большой палец. Внутренний смотр давно уже кажется скучной формальностью, но только не в этот раз. Чего таить - были сомнения, что принял её без экзаменов. Но девица, пришедшая из фантастики, пока оправдывает себя на сто с лишним. Полковник оборачивается и кивает:
– Хороша. Думаю - толк будет.
– С ней бы... Дополнительно... – высказал наконец то, что давно не решался попросить. Любые дополнительные занятия - это дополнительные деньги. А значит - их надо где-то взять. И возможности факультета здесь не велики, а для такой многообещающей хочется... Такие вещи решает ректор института - в его ведении находятся резервные фонды.
– А не сломается куколка от нагрузки? – улыбается полковник. – Вон - талия какая хрупкая.
– Она крепкая. Я уже связался с её авторами.
– Москва?
– Наши, – ответил не без гордости. – Девка - трактор.
– Главное - чтобы вертолёт не словила от успехов, – хмыкает начальство. – Подумаю. Подготовьте докладную на финансирование.
* * *
В руках соседки, как обычно, тихо постукивают вязальные спицы. Отложила планшет с учебником и подсела к ней.
– Надь, а расскажи - как оно...
– Что, Нин? – непонимающе переспрашивает соседка.
– У тебя с ним. Ну... С твоим...
– Хорошо... – пожимает она плечами.
– Ну... Вы же целуетесь?
– Обязательно. И обнимаемся.
– И... И всё?
– Нин, к чему ты вдруг об этом?
– Ну, знаешь... Я тебе вот и завидую... А сама боюсь.
– Тут я тебе мало чем помогу, – пожимает плечами Надя.
– А ты ничего не боишься?
– Мне нечего бояться.
– Почему? Ты что - совсем ничего не боишься?
– Ну... Чего-то боюсь. Маму расстроить боюсь. Хотя мы и ругаемся. Иногда...
Она задумывается на несколько секунд, продолжая вязать. Потом спицы замирают, и Надя поднимает взгляд.
– Иногда себя боюсь.
– Я тебя тоже иногда боюсь. Но ты прикольная.
Она опускает руки со спицами и глядит с улыбкой.
– Меня даже гопники на районе боялись.
Обняла её и шепнула на ухо:
– Надя, тебя все преступники будут бояться. Ты будешь самая лучшая.
* * *
– Майор, думаете - она всё это потянет? – с сомнением переспрашивает ректор, покачивая в руке несколько знакомых листков.
– Если бы не видел, как она сдавала сессию - не думал бы, – честно ответил шефу, пожав плечами.
– Я смотрел её оценки. Но это была только первая сессия. Её многие легко сдают.
– Не верите - назначьте ей любую дополнительную проверку. Курову гоняли, как сидорову козу. Ни один нормальный студент такой экзамен не сдал бы.
– Валентин Суренович, Вы хотите сделать из неё суперагента?
– Суперполицейского, – поправил с нажимом.
Ректор снова углубляется в докладную.
– А не боитесь?
– Чего?
– Пронюхает про эту красавицу штаб округа или нацгвардия. Или хуже того - ФСБ. И всё - поминай, как звали. Удивительно, что они до сих пор её не пасут. Или пасут, а мы не знаем?
– Если бы пасли - так она бы к нам и не дошла, – пожал плечами в ответ. – Да и зачем им девчонка? Они парней собирают. Там такие танки...
Ректор барабанит пальцами по столу, глядя в окно.
– Слышал. В прошлом году такой психанул, так говорят - рота спецназа еле справилась.
– Так вот же. Куда ей против армейских?
– Армейских - да. А ФСБ? Курова - девчонка привлекательная. Такую на спецоперацию отправить...
– В ФСБ сильно заметных не берут.
Полковник с сомнением пожимает плечом. Приходится искать другой аргумент.
– В конце концов, по документам она - живой человек. С фамилией и одинокой мамой в посёлке. Такую просто так не заберёшь.
– Ещё скажите - за гражданского замуж её выдать. Чтобы Москва к себе не утащила, – скептически замечает ректор.
– А я бы над этим так не смеялся. Сейчас полно чудаков - с секс-куклами живут. Может быть - и на неё кто глаз положит.
– На куклах не женятся, – подытоживает ректор. – Я ещё подумаю.
* * *
Глава 11
"Курова, после занятий - ко мне"
С приближением весны от преподавателей стали приходить такие сообщения. И не от тех, с которыми уже есть занятия. На этот раз снова преподаватель по стрельбе. В первый раз, после долгого вводного инструктажа, брала пистолет в руки с опаской. Одновременно просматривала ролик "девушки и оружие". Насмотревшись на дур, встала, упёрлась одной ногой назад, левой рукой подперла правую. Прицелилась. Спустила курок. То ли отдача оказалась гораздо слабее, чем ожидала. То ли искусственное тело сработало совершенно по-другому. Но пистолет едва вздрогнул в пластиковых руках и пуля легла рядом с центром мишени. В восьмёрку. Дала небольшую поправку и следующую пулю положила уже в десятку. Капитан молчал и после каждого выстрела поглядывал на экран - на котором крупно отображалась мишень и на каждой дырке от выстрела появлялся номер выстрела. Отстреляла несколько патронов, повернулась правым боком, опустив левую руку - и, не шевелясь, всадила остаток обоймы в одну дырку. Как швейная машинка, только вышло гораздо громче. Капитан утёр тогда пот со лба и сдержанно похвалил. Зачем-то отстреляла ещё несколько обойм из разных пистолетов, а потом пришлось это всё чистить и заряжать. Понятно, что чистить - вполне женское занятие, но всё равно в итоге занятие по стрельбе оказалось гораздо скучнее, чем ожидала. А главное - выпачкала руки. Порадовало то, что с силикона грязь легко отмывается. Так что, когда капитан Пологнюк снова вызвал на стрельбу - морально приготовилась опять тренироваться с пистолетом. Но реальность оказалось неожиданнее.