Любовь по правилам и без (СИ)

Утром моросил дождик, серое небо низко повисло над городом, и вылезать из нагретой за ночь постели не хотелось абсолютно. Еще и в шесть утра. Олег вяло потянулся, потер глаза и со стоном сел. Все-таки хорошо, что он провел эту ночь один, видеть в такую рань на соседней подушке абсолютно чужую рожу не хотелось совершенно. А Антошину? Интересно, какой он без всех этих слоев штукатурки? Наверняка, трогательный и беззащитный, с длинными пушистыми ресницами, ласковой улыбкой…
Душ немного привел в чувство, помогая вновь обрести ощущение реальности, крепкий кофе взбодрил. Да, наверное, от Антоши он бы не отказался.
Собирался Олег быстро: чистые джинсы, свежая футболка, новые носки. Вот и все сборы. И долгая дорога за подопечным, на этот раз, под Баха. Интересно, а что предпочитает слушать Антоша? Наверняка, какую-нибудь модную молодежную ерунду.
Мальчик, уже в гриме, ждал его в гостиной, лениво листая странички сестренкиного Cosmo и очаровательно хихикая по одному ему известному поводу. Сама сестренка вежливо поздоровалась и, с чего-то вдруг, подмигнула, словно ей известна какая-то Олегова тайна, чего, он был уверен, быть не могло по определению.
- Поехали?
- Угу, привет, - Антоша резко захлопнул Cosmopolitan, швырнул его на журнальный столик и грациозно поднялся. Сегодня он надел какую-то невообразимую футболку с черепушкой во всю грудь, и все те же колготообразные джинсы. Но в этот раз это не вызвало бурного протеста в душе телохранителя. Все-таки человек – единственное существо на планете, способное привыкнуть ко всему. Даже к Антоше.
- Опять классика?
- «Лунная соната». Бетховен.
- Опять он? Слушай, а ты сам играешь?
- Я ходил в музыкальную школу, класс фортепиано. Но сам играть не люблю. А ты?
- Не, мне медведь на ухо наступил, Алиска классно играет. А я танцую.
- Танцуешь? – Усмехнулся Олег.
- Ну да.
- А что, чтобы танцевать, слух не нужен?
- Иди ты… - обиделось чудо. – У меня, между прочим, хорошо получается. Я пластичный.
- Охотно верю. Расскажи что-нибудь, - Олег и сам удивился собственной просьбе, но отчего-то очень захотелось побольше узнать об этом необычном мальчике.
- Что конкретно?
- Все, что хочешь. О своих увлечениях, вкусах, чего от жизни хочешь.
- А что это ты вдруг стал интересоваться? – Спросил Антоша, прищуриваясь.
- Нельзя?
- Можно, почему нет? По знаку зодиака я лев, - мужчина снова улыбнулся, надо же, лев, и грива соответствует. – Увлечения? Не знаю даже, могу почитать, если настроение есть…
- Да? – Парень не переставал удивлять. – И что читаешь?
- Фантастику.
- «Автостопом по галактике»?
- Откуда знаешь?
- Сам люблю… - Это что же, получается, что у них даже что-то общее есть? Открытие поразило.
Пустое шоссе завораживало, сосны по бокам словно расступались, давая «вольво» проехать. А потом сдвигались вновь. Все-таки в появлении в универе к первой паре есть и свои преимущества, людей мало. Внезапно дорогу перегородил огромный джип. Олег напрягся.
- Пригнись на всякий случай.
- А что такое?
- Пригнулся быстро! – Рявкнул Олег. Антон без звука послушался.
Двери джипа распахнулись и на дорогу из машины вылезли три человека.
- Началось, - шепнул Олег, испытывая уже забытый и такой любимый прилив адреналина. Пришлось притормозить.
- Мальчика отдай и можешь ехать, - крикнул один.
- Больше ничего не надо? – Олег заблокировал двери и попытался прорваться, нимало не заботясь о здоровье и телесной целостности нападавших.
Антоша испугался, нет, он, конечно, иногда перед сном представлял себя героем боевиков, но чтобы так, в жизни… В жизни всегда страшнее. Он практически из-под сидения наблюдал за сосредоточенным и внешне таким спокойным Олегом, пытающимся объехать раскорячившийся автомобиль. Телохранитель газанул, развернулся, резко нажал на педаль тормоза, и Антоша со всего маху приложился лбом о приборную панель, из глаз посыпались искры, парень прижал ладонь к ушибленному месту, почувствовал, как рука вляпалась во что-то липкое. Кровь. От боли и страха Антошу затошнило, он застонал, заваливаясь на пол под сидение.
  
Олег еще раз крутанул руль и рванул вперед. Спасены. Превышая скорость, он рассекал дорогу. Их ждали, кто-то знал, что они поедут именно здесь и именно в это время. Но нападавшие были какие-то несерьезные. Неужели и в самом деле думали, что он приветливо распахнет двери и отдаст им пацана? Значит, только пугали.
- Антон, ты как?
- М-м…
- Что такое?
- Ударился сильно, головой. Кровь течет. И тошнит.
- Вот черт. Поехали к врачу, вдруг сотрясение. – И мужчина практически на предельной скорости, презрев все правила дорожного движения, понесся в больницу.
- Что я могу сказать, - приятная женщина среднего возраста поправила на переносице стильные очки. – Мы сделали рентгенографию костей черепа и КТ. У мальчика сотрясение мозга, ушиба, к счастью, нет, гематома. Рану обработали, лекарства дали. Лучше всего оставить его здесь до завтра, как минимум. – Надо же, удивился Олег, значит, есть мозг у парня, а придурком он только прикидывается.
- К нему можно?
- Идите. Восьмая палата. – По пути Олег набирал номер Леонида.
- Леня, да.
- Как вы? – Почти прошептал отец.
- Прорвались, ребята, похоже, пугали. Но Антоша головой ударился. Сотрясение.
- Вы где?
- В больнице. Они хотят его до завтра оставить. Как реагировать.
- Забирай домой.
- Понял. До связи.
- Олег, спасибо!
- Антоша, не спи.
- Я одну минуточку…
- Не спать, я сказал, - Олег потрепал Антошу по волосам, продолжая смотреть на дорогу. – Мы почти дома.
- А как же лекции?
- Какие тебе теперь лекции? Дома будем сидеть, мультики смотреть.
- А порнушку гейскую?
- Это, пожалуйста, без меня.
- Меня от твоей классики в сон клонит. Может, порезвее что-нибудь включишь, а?
- Конкретнее.
- У меня с собой есть. Я поставлю.
«The pain of love will last forever
Promise me, promise me
We’ll celebrate the pain together
The pain of love, love, love » - орало из динамиков.
- Что за хрень, Антош?
- Это «Tokio Hotel».
- Тебе реально нравится?
- Иначе зачем бы я это слушал? – Олег от души рассмеялся, напряжение последних часов потихоньку отпускало. Забавно было получать в ответ на вопрос свои же собственные слова. Все-таки, наверное, нет у них ничего общего. В музыкальных предпочтениях точно. – Не, классно ведь поют. А я на их солиста похож.
- Уже боюсь эту группу…
- Тут сейчас полиричнее будет.
- Может, лучше Моцарта?
- Нет. Я под него усну, - издевалось чудовище. – Вот, послушай: «Через муссон». Тоже, кстати, практически классика, в своем роде. – И начал подпевать.
«I’m staring at a broken door,
There’s nothing left here anymore.
My room is cold,
It’s making me insane.
I’ve been waiting here so long,
But the moment seems to ‘ve come,
I see the dark clouds coming up again».
Голос у Антоши оказался на удивление приятным. И не сказать, что слуха совсем нет. Настроение стремительно улучшалось, а паренек уже начал приплясывать, ерзая и подпрыгивая на сидении.
«Running through the monsoon,
Beyond the world,
To the end of time,
Where the rain won’t hurt».
- Ты как чувствуешь себя? – Участливо спросил Олег. Антоша повернул залепленную пластырем мордашку и пропел:
- И мы вместе вдвоем, под луною пройдем,
Крик души разнесется в ночи,
И я счастлив, и, наверное, снова влюблен..
Ты мой, мы с тобой, и прошу! Не молчи…
- Вижу, вдарился ты не слабо, что за вольный перевод? Солист, что, тоже мальчиков предпочитает?
- Да какая разница. Я-то предпочитаю. Потому так и пою.