Рискуй, если любишь

Она нервно теребила край скатерти, глядя на его гордый профиль. Валери не встречала мужчины красивее Эрика. Она зажмурилась, чтобы не расплакаться при нем. Мысль о том, что Эрик навсегда для нее потерян, была невыносимой.
— Ты плачешь? — с тревогой спросил он и дотронулся до ее руки. — Валери…
— Извини, я не в себе сейчас. — Она открыла глаза и судорожно вздохнула. — Я не плачу, нет. Все хорошо…
— Кого ты пытаешься в этом убедить?
— Эрик, прости за то, что я обидела тебя…
— Что-то не припомню, — пожал он плечами. — Когда это было?
— Две недели назад. Поэтому ты мне и не звонил.
— Вообще-то я пытался с тобой связаться, но ты была «вне зоны доступа».
— Я разбила телефон. Ты не брал трубку…
Он сжал голову руками, рассмеялся.
— Как глупо… А ведь я просто был занят и не мог подойти.
— Занимался сексом с Ребеккой? — ревниво спросила она.
— Нет, до сих пор ничего не было.
— Прости, но я не верю.
— Твое дело.
Валери уставилась в пустую чашку. Она должна ему сказать… Или сейчас или никогда.
— Эрик, я тебя люблю.
Это было так просто. Три слова слетели с ее уст, и Валери облегченно вздохнула. Как тяжело было скрывать чувства, жить в неопределенности. Сейчас Эрик скажет, что не любит ее и что эта встреча станет последней… И Валери наконец освободится.
Но он спросил:
— Почему ты сказала об этом только сейчас?
Она встретилась с ним взглядом. Его лицо было бесстрастным. Эрик умел заморозить собственные эмоции, чтобы никто не догадался, что он чувствует на самом деле.
— Я боялась.
— Невероятно! Ты только что призналась в своей слабости. Ты ли это, Валери Мэтьюс?
— Делай что хочешь, только не смейся надо мной. — Она закрыла лицо ладонями.
— Я и не думал. Валери, посмотри на меня… О, наконец-то я вижу тебя настоящую!
Валери опустила руки. Эрик улыбался: нежно и печально.
— Я ничего от тебя не жду, — произнесла она. — Мне необходимо было сказать правду. Вот и все.
— Нет, не все. — Он взял ее руки в свои, она не сопротивлялась. — Валери, ты невероятная женщина… Самая лучшая. У тебя масса недостатков, но ты ими гордишься, и за это я тебя очень уважаю. Ты красивая, ранимая, но в то же время очень сильная. Не каждый мужчина смог бы быть с тобой. И потому ты особенная… Повезет тому, кто сможет узнать тебя по-настоящему. Мне вот повезло.
— Красивый и бессмысленный поток слов… — сказала она глухо. — Можешь не продолжать. Я уже знаю, к чему ты ведешь.
— К чему же?
— Ты не любишь меня.
Он покачал головой.
— Нет, не люблю. Мне очень жаль.
Она кивнула. Валери и не ждала ответных слов любви, но от того, что она была готова услышать «нет», боль не стала меньше.
— Если тебе понадобится моя помощь… любая… обращайся, — сказала Валери и попыталась улыбнуться.
— Могу сказать тебе то же самое. Надеюсь, скоро я стану независимым и тогда смогу помочь даже деньгами. Впрочем, вряд ли ты обанкротишься.
Валери нахмурилась.
— Ты что-то говорил о независимости?
— Да, я открываю свое дело. Мне дали ссуду в банке. Теперь, когда все воспринимают меня в качестве будущего мужа Ребекки Деверо, стало просто получить доступ к тем ресурсам, которые раньше были почти недостижимы.
— И чем ты будешь заниматься?
— Тем, что умею. Буду продавать себя. Ну не конкретно себя, конечно, а свой опыт. Поступил ряд предложений о работе… Я выбрал самое перспективное. Начну теперь проводить тренинги, учить неуверенных в себе мужчин и женщин, как достичь совершенства. Найму команду, открою офис… Параллельно планирую заниматься продажей новых товаров, появляющихся на рынке эротических услуг. Мне-то известно, как нужно рекламировать подобные штучки, чтобы они распродавались моментально. В общем, я собираюсь заняться прибыльным, но скандальным делом. Как и обычно.
— Бедняжка Ребекка, — не удержалась Валери от насмешки над будущей женой Эрика. — Мечтала о принце, а получила порнобарона.
— Привыкнет.
— Да куда ж она теперь денется. — Валери посмотрела на часы, затем в окно. — Пора мне домой. Еще столько всего предстоит сделать…
 
— Я возьму часть неприятных обязанностей на себя.
— Нет-нет. — Валери покачала головой. — Теперь, когда мы все выяснили, я не хочу, чтобы ты был поблизости. Мне будет тяжело видеть тебя.
— Это твое решение, Валери, и я его уважаю.
— Спасибо… за все. — Она поцеловала его на прощание в щеку и ушла, ни разу не оглянувшись.
 16 
Валери сидела в просторном кабинете в массивном кожаном кресле, пялилась в монитор ноутбука и пыталась разобраться в финансовой путанице. Валери торчала здесь безвылазно уже вторую неделю. У нее ныла спина, болели глаза и чесались руки: она страшно хотела придушить того, кто составлял финансовый отчет и наделал столько ошибок.
В дверь постучали, и Валери сердито взглянула на вошедшего. Впрочем, ее лицо тут же озарила счастливая улыбка, так как в кабинет вплыла Шарлотта. Точнее, сначала показался ее большой живот, а потом появилась и она целиком.
— К тебе можно или мне подождать за дверью? — спросила Шарлотта.
— Входи, конечно. Я с радостью отвлекусь от работы. — Валери сняла очки, натершие ей переносицу, сохранила документ и закрыла крышку ноутбука.
— Все трудишься?
— Ричард не оставил мне выбора, — пожаловалась Валери. — Надо ж было ему умереть в такой неподходящий момент!
— Твои слова кощунственны, — сказала Шарлотта, усаживаясь на стул для посетителей.
— Плевать… Если бы сейчас передо мной появился дух Ричарда, я бы сказала ему много «ласковых» слов… Завещать мне свой пакет акций — да он явно надеялся поиздеваться надо мной и после смерти!
— Нет, он всего лишь забыл переписать свое завещание, — хмыкнула Шарлотта. — Которое было составлено удивительно грамотно. Так что благодарить ты должна меня…
— Уж я отблагодарю, — с угрозой произнесла Валери. — Как только твой сын появится на свет. А пока ты можешь продолжать прикрываться еще не родившимся ребенком.
— Будь моя воля, я бы родила его прямо сейчас… — простонала Шарлотта. — Я словно кит, выброшенный на сушу. Не могу дышать, еле ворочаюсь, да и вешу столько же.
— Искренне тебе сочувствую.
— Не лги. В глубине души ты ликуешь. Я всегда была стройной и красивой. А стала жирной и страшной. Теперь я тебе не конкурентка.
— Глупенькая, — рассмеялась Валери. — Ты никогда и не была моей конкуренткой.
— Но могла бы быть! Это эта мысль грела мне душу. Но сейчас…
— Прекрати ныть. Мне все равно тебя не жалко. — Валери потянулась, разминая затекшие мышцы. — Давай прогуляемся. Я больше не могу сидеть в этом душном кабинете.
— Я бы пообедала. — Шарлотта даже облизнулась.
— Почему я не удивляюсь?
— Я постоянно ем. Врачи пытались посадить меня на строгую диету, но я послала их куда подальше. Похудею после родов.
Валери скептически улыбнулась. Шарлотта, конечно, вернет прежнюю форму, но до этого момента может пройти немало времени.
— Твой Генри, надеюсь, не вздумает присоединиться к нам за обедом? — вдруг спросила Шарлотта, которая недолюбливала Макдугала.
— Я давно хотела тебе сказать… Мы с Генри решили расстаться.
— Какое счастье! — ликующе воскликнула Шарлотта. — Наконец-то ты одумалась! Неужели случилось чудо?
Валери встала, открыла сумочку, проверила, на месте ли бумажник, и исподлобья взглянула на подругу.
— Ты была права: я и Генри — совершенно разные люди.
— Тебе понадобилось больше двух месяцев, чтобы это понять. Слишком много, на мой взгляд. Но хорошо то, что хорошо кончается.
Валери задумалась. Два с половиной месяца прошло со дня смерти Ричарда. Два с половиной месяца минули с тех пор, когда она в последний раз видела Эрика. Как и всегда при мысли о нем, у Валери заныло сердце. Эрика не было рядом, он избегал встреч с ней, как она и просила, однако ее любовь лишь окрепла за это время.