Сплетение сфер. Демон и целительница (СИ)

Холодные огни, вырывающиеся из трещин пола и придающие пространству мертвенный дух, дрожали в такт неторопливым движениям хозяина этих мест. Громадная фигура Оркайора Тиммисеайе словно разрывала пространство, а черно-красный плащ, будто подбитый сырым мясом, оставался недвижимым, словно тоже был сделан из камня, как и все здесь.
В его присутствии всегда пахло кровью.
Великолепный маг. Знаток магии крови и тайного языка, со способностями которого могли посоревноваться немногие. К сожалению, род артефактологов-Арнелиасеайе был одним из таких.
— Ты притащил человеческий мусор.
— Это мой ученик из Альвиара. Эгрин собиралась сожрать его, я спору с ней предпочел возможность явиться сюда быстро.
Оркайор подошел к дрожащему Арно вплотную. Сапогом чуть приподнял локоть. Усмехнулся — и хорошо, что парень не видел этого оскала.
— Говори.
Арно, молодец, промолчал, только лоб уткнул крепче в каменную плиту пола.
— Мне нужно проникнуть на территорию клана Арнелиасеайе и забрать Лаору. Я прошу вашей помощи.
  
Глава 16. Полезная рабыня (Арно)
 
Похожий на самый глубокий котел пекла кровавый замок лорда демонов сменился родным воздухом Альвиара, и Арно, которого тут же стошнило от ощущения, что его завернули в узел и с неимоверной скоростью развернули, упал на спину, радуясь, что больше ноздри не наполняет запах… кажется, металла, холодного камня и концентрированной мощи, что бывает после грозы.
Мужчина не успел увидеть хозяина страшного пространства, только слышал его голос да глядел на окованный по подошве металлом носок сапога — и эта блестящая полоса отчего-то вызывала в нем такой ужас, какого он не испытал, даже увидев голод в глазах демоницы Эгрин. Голос же, низкий, окрашенный торжеством, все еще звучал в ушах.
Единственное, что понимал Арно — что он сделает практически все, лишь бы больше никогда не видеть демонов.
И прежде чем он осознал свой страх, прежде чем успел остановить себя в панической мысли тем, что Лаора как раз в доме у одного из демонов — а значит, придется столкнуться с ним лицом к лицу, — он увидел их.
Трое. Оркайор Тиммисеайе в ответ на просьбу Сина лишь рассмеялся — «Не время мне бросать вызов клану Арнелиасеайе!» — и вместо того подарил своему палачу троих рабов.
«Разыграешь их правильно — отвлечешь Седаара, Ледяной клинок».
Эгрин, высокая огненновласая женщина, похожая пластикой на пантеру, небрежно кивнула явившимся вслед за Сином мужчинам. В ее нечеловеческих золотых глазах, этих змеиных омутах, плясало пламя игры, правил которой Арно не понимал. Когда демоница улыбнулась, обнажая ряд некрупных заостренных зубов, сердце ушло в пятки, а вместе с тем тяжестью налился пах, а взгляд сам скользнул по окольцованной ошейником тонкой длинной шее, вниз, по неестественно стройному телу, прикрытому тонким, как паутина, шелком — по острым соскам, по складкам, обрисовывающим промежность. Ее когтистые руки вызывали в Арно отвращение, но вместе с тем он знал: коснись Эгрин его хотя бы кончиками ногтей, проведи этой паучьей лапой по волосам — разум покинет его, и он бросится к ней в объятия, на верную смерть.
«Эгрин собиралась сожрать его», — вспомнил Арно слова Сина. Сожрать. Демоны умеют съедать души, создавая «алтарь» — символ страстного желания и связанный с ним ритуал.
Арно сглотнул и усилием воли перевел взор на второго, стоящего к нему спиной и решившего, похоже, поприветствовать Эгрин.
Длинная узкая коса черных волос, резавшая надвое широкую мускулистую спину, походила на жало скорпиона. Простая кожаная одежда делала раба похожим на варвара. Удивительно, но Эстарт был босым — и ногти на его ногах тоже были темными, почти черными, как и на руках. Его ошейник выглядел почти как ошейник Эгрин — тонкая металлическая полоса на смуглой шее. Как ни странно, в этом воине ощущалось что-то знакомое, человеческое.
Эстарт медленно кивнул демонице и обернулся — и Арно, уже присевший, дернулся назад: блеснули зубы в изуродованной и так и зарощенной целителем-садистом щеке. По несчастному лицу тянулись к шее жуткие шрамы, рубцы уходили в распахнутый ворот кожаной рубашки.
 
Дорн, третий, выглядел как подросток. Какой-то нескладный, угловатый, с непропорционально длинными ногами и руками, со светлыми, но кажущимися грязными волосами, он держался поодаль, только то и дело смотрел на Сина, как затравленный зверек. Арно ощущал в нем магический талант, но не понимал, что в парне такого особенного. Худое лицо, словно раба совсем не кормили, было даже немного сероватым. И снова ошейник — такой же, как на остальных. И та же простая кожаная одежда, болтающаяся на нем, как на вешалке.
И три тонких браслета на запястье Сина.
Сам наставник устало присел на край скамьи.
— Что мы будем делать? — выдавил из себя Арно, борясь с тошнотой. Во рту стоял неприятный привкус желудочного сока.
Рабы вызывали в нем ужас. И хоть Арно всегда выступал против любого рабства, сейчас быстрая мысль, что Син мог бы освободить этих троих, отзывалась паникой. Еще ладно Дорн... Но Эгрин и Эстарт… Воплощенные похоть и боль.
— Человечишка прав, — оскалилась Эгрин. — Мы ждем приказов… господин Син. Мой великолепный господин Син, — с придыханием прошептала она, призывно выгибаясь. — Могу я преподнести тебе подарок?
Син молча кивнул. Арно не понимал, о чем сейчас размышляет учитель.
Эгрин оскалилась шире — и щелкнула длинными белыми пальцами. Тут у ее ног возник спеленутый сияющими нитями мужчина в изодранной одежде. Он лежал как-то скрючившись. С отвращением Арно заметил, что ширинка его брюк вырвана, а по ткани штанов размазаны и кровь, и семя. Бескровные губы мужчины кривились то ли в боли, то ли в усмешке, он медленно дышал. Злые карие глаза, острые как пики, блеснули над белым плетением демоницы — и тут Арно его узнал.
Тот самый наемник, которого так боялась Лаора!
— Отпусти меня, — прохрипел пленник. — Ты хоть понимаешь, на кого ее натравил?!
— Он меня не натравливал, мой сладкий, — прижала его сильной ногой к полу Эгрин. — Ведь если бы хозяин послал меня в Антрацитовый замок, это было бы его враждебное действие. А я пришла сама. Что возьмешь с бешеного домашнего животного, которое даже не знает, кому принадлежит? — пожала она плечами. Эстарт восхищенно присвистнул и покачал головой. — Как видите, господин Син, времени я не теряла. Замок пуст, я легко прошла внутрь. Лорда Арнелиасеайе там нет, только кучка дрожащих Талатионов. Это — пес лорда Седаара. Он рассказал мне, где ваша девчонка. Согласитесь, именно эту дилемму вы никак не могли решить — как не нарушить нейтралитета. Я решила ее за вас.
— Оркайор убил бы тебя, безумная кошка, — заметил Эстарт.
— О, я знала, что господин заберет меня, — сладко рассмеялась Эгрин.
— Хорошо, Эгрин. Ты полезна, — просто сказал Син. — Где Лаора?
— Я буду полезнее, если не потратишь меня, не убьешь об лорда Седаара или не убьешь сам, — улыбнулась демоница. — Твоя Лаора в Стратаците. Этот пес говорит, что его хозяин отправился туда за ней.
— Су… — попытался выругаться слуга Кариона, но Эгрин, словно шутя, пнула его в спину и прижала лицом к полу.
Арно поднялся на нетвердых ногах и подошел к Сину, всем своим видом показывая, что готов к чему угодно. Рабы глядели на своего нового хозяина со страхом, терзающим сердце и Арно: раз Оркайор, на которого так рассчитывал Син, предпочел не бросать вызов Седаару, попытка отбить Лаору могла обернуться смертью для них всех.
— Переверни его, — приказал Син Эгрин. — И развяжи.
Демоница беспрекословно послушалась, и мужчина медленно выпрямился. Вот он прикрылся плащом — и с вызовом посмотрел на Сина, не делая попыток ни напасть, ни уйти.
— Он вас раздавит, — выплюнул пленник.
— Каидан, как ты понял, я не приказывал этого. Мне жаль, — неожиданно обратился к нему Син. — Я не буду выпытывать у тебя сведения, тем более о твоем господине. Но ты пойдешь со мной.