Сплетение сфер. Демон и целительница (СИ)

— Мышь, — отозвалась Адэлинда, чуть не плача. Над Сарьей в пыль раскололось стекло, но осыпалось наружу — Адэлинде не удалось потянуть его внутрь. Тут же над невозмутимой, даже не поменявшей позы Сарьей в коридор хлынул морозный воздух. Ну как так: чтобы ее Сарья обошла? Это ничтожество! Мгновенный образ, как Адэлинда толкает сестру вниз, и та, визжа, пропадает в темноте пропасти, не принес облегчения — только горечь.
— Дуры обе, — прервал их усталым голосом отец. — Что тут устроили?! Если бы герцог Седаар Карион увидел ваши детские ссоры, я бы со стыда сгорел. Вы — мои дочери, одна из вас могла бы стать его женой, а ведете себя как примитивные простачки!
— Герцог же был с тобой? — спешно поднялась Адэлинда, разглаживая юбку, не поправляя отца: ни одна простачка не смогла бы воспользоваться магией.
— Дал распоряжения и ушел, — ответил Отерон, сжимая полные губы почти в нитку.
Он развернулся и возвратился в зал, ожидая, что дочери последуют за ним. Адэлинда и правда поспешила туда, где-то в глубине души радуясь, что Седаар Карион не пристыдит ее при всех, а Сарья медленно поднялась, потянулась и подозвала слугу:
— Окно забейте, завесьте, что угодно сделайте, но закройте. Холодно.
И только потом догнала родных.
.
.
Рассказанное отцом не укладывалось в голове. Нет, Адэлинда и раньше знала, что миров больше одного, но привыкла считать их столь далекими, что и размышлять о них было бессмысленно. Как и любой человек, она точно знала: никогда и ни при каких обстоятельствах ей не оказаться ни в одном из них.
Когда Отерон объяснил, что разломы, по сути, являются магическими границами, позволяющими путешествовать из измерения в измерение, Адэлинде стало страшно. Ведь за этим тянулась вовсе не древняя сказка, а вполне очевидные последствия: люди попытаются границу перейти. И не ясно, что найдут на той стороне.
Погибель? Что-то новое? Сплетение миров уже отбирало у нее — и сотен других направляющих! — магию. Оно изменило климат меньше, чем за четыре часа. Что же дальше?
— Граница первого разлома проходит здесь, — толстым пальцем прочертил на карте линию Отерон. — По Снежным горам, в частности по Антрацитовому ущелью, на запад, по нашим землям, вплоть до Миренового залива, там по морю. На восток — по необитаемой заснеженной области Белых земель, затем по Синим долинам, прямо по реке Рад, через озерный край и до северно-восточного края континента, минуя Империю Цапли. И дальше тоже по воде. Разлом опоясывает Альвиар кольцом, но большая его часть проходит по морскому дну. И это не все. Второй разлом, намного меньше этого, описывает круг в два десятка лиг вот здесь, в Коричневых землях и спорных территориях, — и частично заходит на наш юго-восток. Герцог Седаар сказал, что в ближайшее время беспокоиться нужно насчет первого разлома. Граница протяженная. Нам придется защищать ее всю.
— Снежные горы — это в основном непроходимые скалы, — отозвалась Сарья, разглядывая выпуклую карту и поджимая тонкие губы. — Чего конкретно вы боитесь?
Сейчас несерьезность с нее как ветром сдуло. Адэлинда смотрела на сестру даже с некоторой завистью, так та была спокойна и собрана, несмотря на чудовищные новости.
— Людей оттуда, — просто ответил Отерон. Затем он тяжело опустился в кресло, откинулся на кожаную спинку и прикрыл глаза мясистой ладонью.
— Разве за границей не ледяной мир? Оурен или как там его?
— Оруэн, — поправил дочь барон. — Именно что ледяной. Холодный и малопригодный для существования, и люди там выживают не как мы здесь, причем раньше он был похож на наш. Представь на миг, что они увидят возможность перебраться в теплое, благополучное место, где не нужно биться за еду и ресурсы, и вернуть себе то, что потеряли. Однажды кто-то просто сунется в свечение и выйдет здесь. Герцог Седаар считает их очень опасными противниками. По его словам, они куда более умелые маги, чем мы. Вы понимаете, что это значит?
— Что мы не пустим их, — холодея, ответила Адэлинда.
— Что мы не пустим их к нам, — повторила за ней Сарья, но совсем с другой интонацией: задумчиво, даже с некоторым азартом. — Взаимопроникновение — дело времени. Граница длинная, а если оруэнцы направляющие, то схватки окажутся разрушительными... Я предлагаю иное. Отец, надо направить в горы несколько боевых отрядов, которые установят ловушки и создадут сигнальную систему. Мои ребята знают тамошние места как свои пять пальцев. Если оттуда к нам и проберутся, то погибнут, разбившись о камни — или их убьют, главное, чтобы не вернулись обратно. По всей линии границы мы поставим завесы. Наша цель — создать у них впечатление, что здесь одни лишь скалы и испепеляющие вихри, никого не щадящие. Пусть эти тараканы лезут не у нас.
 
— Они пойдут восточнее, — вставила Адэлинда. — Нужно сегодня же послать гонца в Синие земли, чтобы Стелеры успели подготовиться.
— И не говорить императору и синим герцогам? — усмехнулся Отерон Сарье, игнорируя старшую дочь.
— Пока не говорить. Пока оруэнцы не создадут первый опорный лагерь не на нашей территории, — подтвердила Сарья. — Чтобы война, если она будет, шла не у нас. Мы поможем армией, поможем всем, чем сможем. Будем лояльны. И закроем нашу границу.
Повисла тишина. Адэлинда пораженно глядела на улыбающуюся и как всегда вертящую в руках короткий клинок сестру. Если Сарья была права, эта угроза могла изменить все — и подставлять под удар соседей, с которыми Талатионы совсем недавно договаривались о мире и раскланивались на балах, казалось женщине недальновидным. Стелеры были довольно милы и очень дружелюбны, и даже расчетливая Адэлинда любила бывать в Стратацитовом приюте, таким теплом ее окружали хозяева озерных долин. Они более всего стремились подружиться с соседями, несмотря на недавнюю войну с их родственниками, и кажется, единственные не держали камня за пазухой.
— Всегда лучше, когда война идет на чужой территории, — хмыкнул Отерон.
— А что приказал герцог Карион? — спросила Адэлинда. — Если он знает этот мир, не разумнее ли спросить его?
— Сказал, что вернется с приказами позднее.
— А что он делает?
— Адэлинда, — устало потер глаза Отерон. — Герцог Седаар, по-твоему, в подробностях рассказал мне, какие у него дела и в каком порядке он собирается их разрешать?
— Я думала...
— Не думай — это не твое, — едко вставила Сарья, и Адэлинда ощутила жар на щеках, когда услышала короткий согласный смешок отца. — Воинов я пошлю. У нас проблема с магами. Направлять стало сложнее. Мы теряем и концентрацию, и контроль.
— Я заметил, — опустошил стакан с водой Отерон. — Адэлинда, сделай так, чтобы от тебя была польза.
— Как? — не поняла та.
— Включи свою красивую головку. Мне нужна восстановленная защита замка, поняла?
— Поняла, — выдавила из себя улыбку Адэлинда.
Когда она выходила, то обернулась: Сарья и Отерон что-то мелом чертили на карте в районе второго разлома. Мышь и жаба. Адэлинда ненавидела их.
  
Глава 10. Птичка в клетке (Лаора и Седаар)
 
— Видишь ли, Лаора, — жестом предложил девушке сесть за стол барон Отерон. — Возникла некоторая проблема с твоим нахождением здесь. По правде говоря, это весьма рискованно — прятать тебя от Сина. Он связался со мной утром. И требовал отпустить тебя. Считает, мы похитили тебя, чтобы продать тем, чье имя здесь не прозвучит. Но ты знаешь, о ком я говорю.
Барон неприятно улыбнулся, сверкнув мелкими острыми зубами, которые в сочетании с пухлыми губами делали его похожим на хищную рыбу, и, не спрашивая, налил девушке вина, а потом поднял свой бокал, ожидая ответного действия и от гостьи. Лаора поежилась, но напиток пригубила, не желая оскорбить Талатиона.
Льстивое поведение барона сильно пугало ее.
Мог ли он действительно знать об Оркайоре и его приказе? Вряд ли Син рассказал бы, а вот наемники вполне могли. Как уже поняла за эти пару дней Лаора, как минимум Каидан был как-то связан с Талатионами. Он то и дело появлялся в замке и следил за содрогающейся от его взгляда Лаорой с терпением затаившего в скалах ирбиса. Светло-карие глаза мерещились ей везде.