Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)

— Ты отправляешься в систему Тайтон в Глубоком Ядре, — сообщил он. — Твоя боевая группа отныне подчиняется Императору.
Если бы чиссы могли удивляться, то удивлению девушки не было бы предела.
— Подробности? — поинтересовалась она, не особо надеясь на ответ.
— Все, что я мог тебе сказать — уже сказал, — слова Трауна были именно такими, какие она и ожидала услышать.
Остальное ей предстояло разузнать самой. Или скоротать время перелета за увлекательными умозаключениями.
— Уже выдвигаюсь, гранд-адмирал, — по-уставному ответила она. Приказ озвучен, а чиссы не те гуманоиды, которые могут себе позволить продолжать дружескую беседу, имея на руках невыполненное задание. — Будут ли еще приказы?
— Просьба, — Траун протянул ей деку, которую только что просматривал. Девушка скользнула по экрану глазами, подтвердив свои предположения, что доступ зашифрован. Так и есть — горела отметка о биометрической кодировке. — Ты должна передать эти файлы Императору лично в руки. В случае невозможности — уничтожь.
Ар’алани, расправив плечи, приняла устройство. Отсалютовав своему теперь уже бывшему командиру, она покинула рабочий кабинет гранд-адмирала Трауна.
* * *
— Мне кажется, когда все закончится, — произнесла Обри, — я выберусь с этой планеты похожей на коруна.
Н’Зот встречал их засушливым климатом. Атмосфера первого типа, идеальная для дышащих кислородом. Приемлемый ландшафт, обильные равнины и не слишком высокие горы. Родина йевет могла бы покорить своей красотой, если бы не палящее солнце — недостаточно активное, чтобы иссушить растительность и превратить этот мир во второй Татуин или Джеонозис. Но, порой, припекало так, что Ралинай хотелось избавиться от тяжелой, хоть и идеально сбалансированной брони, и позволить своему телу обдуваться теплым ветерком.
— Это расизм, — подметила глава Черной стражи. — В черножопых нет ничего плохого. И относиться к уголькам следует также непредвзято, как и к остальным. Империя терпима ко всем расам.
Обри посмотрела на нее с подозрением. Тонкая бровь взлетела вверх, как бы приглашая к объяснению очевидных взаимоисключающих параграфов, но капитан не собиралась этого делать.
Для Цитадели Императора была выбрана огромная — более тысячи стандартных километров в диаметре — равнина, окруженная девственными лесами и невысокими скалами. Строительные дроиды в настоящий момент как раз устанавливали в недрах горных массивов турболазерные и противовоздушные комплексы, в то время как гигантские строительные механизмы перерабатывали строительное сырье и на глазах создавали огромные комплексы зданий.
Как и всегда, в центре высилась уже возведенная наполовину Цитадель. Частично она уже функционировала — инженерные войска трудились и днем, и ночью. Едва — и не без помощи бойцов Черной стражи — государственный переворот на Н’Зоте завершился, молодое правительство, состоящее из представителей низших каст, с готовностью принесло присягу верности Императору Доугану. И с величайшим почтением отдало под владения Императора все, что он только пожелает.
Император мог выбрать любой мир в скоплении Курнахт, но предпочел основать свою официальную резиденцию именно здесь — как знак признательности и уважения йевет. Ралинай подобного великодушия не разделяла — Лорд Арчи рассказал, что из себя представляют местные. Но оспаривать мнение Императора, основываясь лишь на собственных подозрениях — не дело. Тем паче, что Императорский комплекс защищали едва ли не сто тысяч дроидов-небовиков и несколько отборных штурмовых корпусов. А орбитальная станция и флот звездных разрушителей на орбите, лишь усиливали намек для местных — не стоит совершать опрометчивых поступков.
Обри Уин являлась одной из Гостий Цитадели. Молодая девушка, со слегка острыми, но привлекательными чертами лица, находилась под защитой стражников, оберегавших ее покой и днем, и ночью. Но держать ее все время на борту флагманского звездного суперрарушителя или в недрах Цитадели — неправильно. Девушке положено дышать свежим воздухом. И небольшая прогулка в просторном саду, окружавшем Цитадель со всех сторон, явно позволит снять напряжение последних недель.
 
Тем паче, что волноваться девушке в ее положении, категорически нельзя.
Сам факт беременности Обри Уин скрыть для одаренной ранга Ралинай просто невозможно — как женщина, она визуально подмечала некоторые особенности поведения, нелогичных предпочтений в еде и изменений фигуры Гостьи. А уж как одаренная, капитан Черной стражи прекрасно чувствовала зародыши, бьющие в Силе мощными скоплениями энергии.
Император поручил защищать эту девушку, спасенную им с Корусанта, любой ценой. Помимо стражников, за ней неотлучно следовал странного вида штурмовой дроид по прозвищу Кенни, который то и дело со скуки расстреливал из плазменного оружия строительный мусор. Или, когда ему совсем уже делать было нечего — помогал строительным дроидам с извлечением грунта. Испаряя последний все по той же схеме.
Ралинай не задавала вопросов о том, кто является отцом детей. У Императора таких вещей не спрашивают. Девица сама по себе являлась образчиком довольно крепкой связи с Силой. Но тот, кто отметился в ее лоне, явно обладал поистине исключительной чувствительностью к Силе. Ибо даже в состоянии зародышей парочка растущих внутри Гостьи мальков могла похвастаться необычайной предрасположенностью к Силе.
Возможно, отцом этих детей был сам Император — учитывая энергию зародышей, вполне допустимый вариант. Это бы объясняло тот факт, что он поселил ее в самом удаленном и защищенном уголке Вечной Империи. Император заботился о благополучном родоразрешении Гостьи — со случайными разумными подобная милость никогда прежде не проявлялась. Что весьма умно со стороны будущего отца.
И вдвойне умно — поместить Обри Уин под защиту Черной стражи.
Впрочем… Так или иначе, но эта Гостья здесь не единственная.
Ралинай почувствовала возмущение в Силе задолго до того, как увидела источник. Женщина средних лет, с черными как смоль волосами, в превосходной физической форме — и это не смотря на тысячи лет, проведенные в заморозке под воздействием Морихро. На почтительном удалении от нее несли свою службу десяток Черных стражников — необходимая мера предосторожности для этой Гостьи, имеющей статус как «особо опасная».
Обри Уин, заметив ее, направилась к этой Гостье. Ралинай сперва подумала, не остановить ли девушку, но передумала. Ограничивать Гостий в контактах между друг другом у нее приказов не было.
— Здравствуйте, — девушка мило улыбнулась. — Я…
— Мне наплевать, — холодно отшила ее черноволосая. Ее речь звучала чуждо и резала слух. И дело даже не в акценте — черноволосая использовала столь архаичную форму общегалактического языка, что порой требовалось некоторое время, дабы разобрать ее фразы. — Я не желаю ни с кем говорить.
— О, простите, не хотела обидеть, — стушевалась Обри Уин. — Просто… Похоже мы здесь единственные одаренные, кто не служит Императору. И я подумала…
— А у тебя есть чем? — едко усмехнулась черновласка.
— Не понимаю… — захлопала глазами Уин. — Я…
— Послушай меня, тупая малолетка, — в глазах Гостьи плеснуло желтым. Ралинай и прочие стражники положили руки на световые мечи, вызвав улыбку со стороны потенциальной угрозы. — Расслабьтесь, марионетки. Я не настолько жестока, чтобы причинять вред девке, которая раздвигает ноги перед вашим хозяином.
— Что за вздор? — возмутилась Обри. — Я не…
— Хочешь узнать насколько мне наплевать? — осведомилась Гостья. — Не желаю иметь ничего общего ни с тобой, ни с твоим Императором, ни с кем в этой галактике. Держись от меня подальше — проживешь чуть подольше, пока я не выберусь отсюда.
 
— А вот это уже навряд ли, — скучающим тоном произнесла Ралинай. — Без приказа Императора вы даже резиденцию не покинете.
— Ты меня плохо знаешь, прислужница, — сверкнула глазами Гостья. — Я убила сотни, если не тысячи одаренных. И поверь на слово — они были в разы сильнее тебя.