Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)

Он горел с носа до кормы. Множество орудий уже замолкли. Надстройка больше походила на дуршлаг. И при всем этом, корабль продолжал двигаться вперед, впитывая все новые и новые залпы орудий, огрызаясь по мере сил, всецело используя треугольную форму корпуса, концентрируя огонь в носовой полусфере. И даже того, что осталось, хватало, чтобы понять — звездолет сильно поврежден, но вполне боеспособен.
— Похоже ваш замысел себя оправдал, — хмыкнула молчавшая до сих пор леди Империус. — Противник в самом деле считает, что командование флотом находится на самом большом корабле флота.
— Любопытно, не правда ли? — едва заметно улыбнулся Траун. — Догматичная точка зрения, уходящая корнями в далекое прошлое.
— О чем вы, сэр? — поинтересовался Двейнор.
— Видите ли, маршал, — пустился в свои столь любимые нравоучения гранд-адмирал, — издревле повелось, что флагманский корабль командующего должен быть или самым защищенным или самым экстравагантным из всего тактического объединения. Логика в этом бесспорная есть — когда исход операции зависит от таланта командира, то ему стоит побеспокоиться о своей защите. Оттого традиционно и сложилось, что чем выше уровень командующего в военной иерархии государства — тем более вооруженное и защищенное судно он предпочитает.
— Император предпочитает самые большие корабли в галактике, — поделился своими наблюдениями штурмовик.
— «Предпочитал», — поправила Империус с легкой усмешкой на губах, отчего командира 21-го штурмового корпуса буквально передернуло. Да как она смеет так пренебрежительно относиться к Бессмертному Императору?! — Хотя, готова поспорить, что размерами своих кораблей он компенсировал недостачу сантиметров в другом месте…
Штурмовик сжал кулаки так, что у него хрустнули костяшки пальцев.
Так, это уже перебор. Она стоит по другую сторону кресла гранд-адмирала. Это примерно два метра дистанции. Вооружена световым мечом, но он на левой стороне пояса. Сама она — правша. И когда она сообразит, что клон бросился на нее с виброножом, пока выхватит оружие, пока займет подходящее положение для отражения атаки… Да, пару секунд у него есть.
За это время он сможет всадить ей между ребер нож и провернуть на девяносто градусов, раздробив два-четыре ребра и повредив внутренние органы. Фатально. Он знает это наверняка — науку о том, как убить одаренного, клоны впитали с питательной смесью в инкубаторах.
— Попридержите свой язык, леди Империус, — сухо, но в то же время жестко произнес гранд-адмирал, одарив ее уничтожающим взглядом алых глаз. — Иначе я прикажу маршалу Двейнору распотрошить вас как откормленную банту, вынимая из вас внутренние органы пока вы еще находитесь в сознании. Ясно выражаюсь?
Клон, услышав спокойную и размеренную речь Трауна, описывающую свежевание в чистом виде, натурально выпал в осадок. И это сейчас произнес тот, кого во всех Имперских вооруженных силах считают самым интеллигентным и спокойным командиром?!
Маршал тряхнул головой. Нет, наверняка что-то с аудиосистемой шлема…
— Ваша броня в порядке, Двейнор, — прокомментировал Траун. Империус, поджав губы, предпочла наблюдать как звездный суперразрушитель начинает наращивать дистанцию между собой и остальными кораблями флота. Что еще больше усугубило его положение. — Я в самом деле угрожал леди Империус прижизненным вскрытием ее драгоценного тела, которое она с завидным упорством холит и лелеет ежедневными тренировками, если она не прекратит негативно высказываться в отношении нашего Императора.
Летанка открыла было рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент появилась голограмма ГЕМИНИ — командного дроида на всех линейных кораблях Имперского флота.
— Гранд-адмирал, я регистрирую критическое снижение радиационного фона на планете сепаратистов.
— Вот даже как, — усмехнулся Траун, бросив взгляд на голографическую карту. В самом деле, красная отметка планеты, которую преследовали имперцы, сменилось на желтое. Это при том, что они уже давно покинули границы радиоактивной звездной системы. — ГЕМИНИ, передай на «Платан» — пусть выполняет оперативный план «Беш».
 
— Будет выполнено, — голограммы пропали. И дроида и флота.
— Сэр? — нахмурился штурмовик. — Разрешите спросить: что происходит?
— Все просто, маршал Двейнор, — Траун закинул ногу на ногу, сложив руки домиком на груди. — Вы же поднялись сюда, чтобы спросить, по какой причине я не предпринимаю попыток к высадке десанта на планету?
— Собственно — да, сэр, — кивнул клон.
— Не имею привычки рисковать своими бойцами без нужды, — ответил Траун. — В вашем случае — не вижу смысла высаживать десант на планету, где уровень радиации такой, что штурмовики светиться начнут еще приблизившись к стратосфере.
— Но ведь уровень радиации упал, — напомнил маршал. Краем глаза он заметил, что чем ближе «Платан» подходит к планете, тем больше частей его корпуса оказываются вырванными безобразными кусками из тела корабля концентрированным огнем неприятеля.
— Сейчас — да, — кивнул Траун. — Но еще пять минут назад — все было иначе. Прискорбно это признавать, но мы так и не смогли уничтожить гипердвигатель противника. Что же, сбежать у них в любом случае вряд ли получится.
— Почему это? — удивилась Империус.
— Твою мать! — процедил маршал, став наряду с гранд-адмиралом свидетелем катастрофы.
Словно израненный хищник, некогда грациозный и смертельно опасный «Платан», выжимая из своих двигателей все, на что они были способны, а возможно — и еще больше, гигантской стрелой рвался вперед.
Его корпус раскалился, а от носа до кормы его окружали огненные океаны, возникшие при трении обшивки об атмосферу планеты…
— Гранд-адмирал, вы же не хотите…? — бросила леди Империус, бросив взгляд на Трауна, спокойно наблюдающего картину гибели гигантского звездолета.
— Не собираюсь ли я разбить звездный суперразрушитель типа «Платан» о планету, оборудованную гипердвигателем и арсеналом, сравнимым с целым флотом, ради того, чтобы не позволить им сбежать из расставленной мной ловушки? — спокойно поинтересовался он.
Получить ответ на свой вопрос он не успел.
Гравитация и форсаж двигателей гиганта сделали свое черное дело.
Межзвездное пространство не может распространять звуки.
Поэтому никто из многотысячного контингента экипажей кораблей Экспедиционных сил Трауна не слышал со сколь разрушительным и одновременно оглушающим звуком треугольный гигант воткнулся в поверхность горы.
Огромная вспышка ярчайшего пламени — следы подрыва генераторов солнечной ионизации производства Райта Сиенара, к которым присоединилось детонирующее добро, которое есть на каждом боевом корабле: реакторное топливо, танкеры с горючим для авиации, боеприпасы корабельной артиллерии — озарила иллюминатор боевой рубки.
Поляризация транспаристиловых экранов мгновенно отсекла излишки фотонов света, не позволив выжечь сетчатку глаз наблюдателей.
Сквозь затемнения обзорного экрана, Двейнор и остальные наблюдали, как по поверхности планеты распространяется ударная волна, корежащая постройки, рельеф местности, испаряя огненной волной реки и озера, выжигая фауну и флору планеты, превращая место крушения корабля в огромный кратер глубиной в несколько километров.
— Мы уничтожили гипердвигатель противника, — прокомментировала ГЕМИНИ, возникнув на мостике. — Регистрирую скачки энергии, сбои в работе двигателей и нарушение координации в действиях защитных систем планеты.
— Это… Очень… Больно, — прошипела, словно гигантская змея, леди Империус, лицо которой словно свело судорогой. — Вы… Могли хотя бы предупредить!
 
— Мог, — кивнул Траун. — Но до сих пор не был уверен в том, что мы действительно имеем дело с тем, о чем меня предупреждал Император.
— О чем это вы? — Двейнор предупредительно положил руку на рукоять виброножа. Потому как смотреть на налитые кровью глаза летанки было… Страшно. До жути. От девушки буквально исходила ярость и желание убивать.
— Видите ли леди Империус, — Траун слегка повернул кресло, чтобы оказаться лицом к страдающей девушку, — вы не так давно бравировали над личностью человека, который принес себя в жертву ради спасения всей галактики. Но почему-то думали, что он не в состоянии предугадать того, что происходит на самом деле. А меж тем, Бессмертный Император, направляя меня в Неизведанные Регионы предупреждал о том, что здесь обитает то, с чем мы сейчас столкнулись.