Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)

— Тот кто составлял тебе речь для саморекламы забыл упомянуть, что у тебя уже есть две, нет, три, женщины, — напомнила Куро. — Не особо хочу приобщиться к этому квартету мандалорского вертепа.
— Как интересно построен отказ, — хмыкнул Хельниор. — «Не особо хочу»… Это не похоже на «не хочу».
— Ровно как и на «хочу», — холодно заметила А’нья. — Не знаю, как тебя терпит Визла, Танн и Морн, но я бы точно не смогла любить мужика, который делит постель с тремя другими бабами.
— Что поделать, — подал плечами Хельниор. — Я понимаю и принимаю парадигму о том, что мужчина должен просыпаться каждое утро с женщиной. Но изо дня в день — с одной и той же…
— В этом ты очень сильно напоминаешь нашего Императора, — заметила женщина, покачиваясь на стуле. — Дебильные вы все же существа, мужчины. Только услышали про «гаремный закон» — побежали себе вербовать наложниц…
— Отставить брюзжание, — засмеялся полукровка. — Ты просто завидуешь, что не можешь организовать мужской гарем.
— Мне не пятнадцать лет, Хельниор, — напомнила она, — чтобы трусы мокли от представлении себя в объятьях мускулистых качков или известных попсовых певцов ртом.
— Да, кстати, — щелкнул пальцами Хельниор, — забываю поинтересоваться — а сколько тебе лет?
— Совсем тупой? — изогнула брось Куро. — Во-первых, у девушек такое не спрашивают…
— Ага, была ты девушкой, — хмыкнул мужчина. — Четыре падавана назад…
Ловко увернувшись от пущенной ему в голову деки, разлетевшейся на сотни осколков при ударе об противоположную стену. Полукровка вернулся в изначальное положение и поинтересовался:
— Надеюсь там не было ничего важного? — кивок в сторону уничтоженного девайся.
— Всего лишь рецепт лекарства от всех болезней, — хмыкнула Куро.
— Какое упущение, — поддакнул полукровка. — Так что там после того, что про возраст не спрашивают?
— А во-вторых, ты уже спишь с двумя женщинами которым больше трех тысяч лет, — прищурилась Куро. — И синей бабой, которой в районе тридцати. Мне кажется вопрос возраста тебя уже волновать не должен — ты однозначно геронтофил.
— Наш Император тоже, — поморщился Хельниор. — Поговаривают, что у него в гареме есть дамы примерно тех же годов выпуска, что и Визла с Морн.
— Тогда он тоже геронтофил, — равнодушно произнесла Куро.
— На словах-то мы все смелые, — рассмеялся беловолосый мужчина. — А рискнешь при встрече ему это сказать?
— Боюсь он воспримет это в качестве комплимента и предложит коротать ему вечер каждое двадцатое число месяца, — едко произнесла Темная Женщина.
— О, тогда мое сердце будет разбито, — притворился расстроенным Хельниор. — Уводить женщину из гарема Императора… На такое я точно не пойду.
— Вот мы и узнали цену твоей «любви», — зевнула Куро. — Найди себе другую насадку на член, малыш. Тетенька уже не молодая. Процесс помнит, толк в нем знает, но ради спортивного интереса уже не оголяется и вокруг шеста не танцует…
— С каждым нашим разговором ты открываешься мне с новой стороны, — заулыбался Хельниор. — Прикажу разместить в апартаментах на моем флагмане пилон для тебя…
— Попрошу следующие мои апартаменты оборудовать автоматическими турелями, — парировала Темная женщина. Затем, добавила с улыбкой, от которой у полукровки похолодело внутри. — Специально для тебя.
— Польщен, польщен, — притворно обрадовался Хельниор. Затем, посерьезнев, поинтересовался. — Ты не выходишь на связь уже несколько дней. Нашла что-то?
— Как раз собиралась доложить, — они прекрасно чувствовали, когда шутки, в которых лишь доля шутки, стоит прекратить и перейти на обсуждение действительно стоящих и важных дел. — Я закончила анализ данных из ракгульской лаборатории.
— И?
— Тебе литературным языком или описать настоящее положение дел? — поинтересовалась она.
— Давай последнее, — выбрал мужчина. — Обожаю, когда ты не пытаешься казаться культурной дамой из джедайского Храма.
Пару минут он выслушивал весьма красочное описание происходящего на Тарисе. Правда, из культурных слов там имелись только предлоги и союзы, но Хельниор был достаточно знаком с общегалактическим матерным языком, чтобы понять всю серьезность ситуации.
 
— Иными словами, «первачи» могут придать чуме абсолютно любое агрегатное состояние? — скривился он, словно поцеловал напившуюся Визлу.
— Именно так, — кивнула Куро. — Они вывезли отсюда больше десяти тысяч литров жидкости и аэрозольной смеси. Большего получить не смогли. Но даже этих объемов достаточно, чтобы просто уничтожить население нескольких миров. Если не десятков звездных систем…
— Оружие террора, — покачал головой полукровка. — Мы знаем, куда его направили?
— Туда же, где находится самое гнилое, что есть в разумных, — многозначительно произнесла Темная Женщина.
— Корусант? — поморщился Хельниор.
— Он самый, — подтвердила собеседница. — Стоит хоть одному маргиналу заразиться — и обеспечена пандемия. Столица просто будет стоять каменными джунглями, в то время как по ее улицам блуждают миллиарды кровожадных монстров.
— Сообщи об этом в Генеральный штаб, — приказал полукровка. — Я сомневаюсь, что Палпатин задумает отравление на Корусанте. Как-никак, а это его столичный мир. Но этот рейс «Тарис-Корусант» может быть просто промежуточной остановкой перед настоящей целью…
— И какой же? — спросила Куро.
— А я знаю? — удивился Хельниор. — У него противников — до задницы по всей галактике. Может любого отравить — и никто после этого уже не будет разбираться откуда прилетело. Все будут вспоминать старые давние времена, когда приходилось сражаться за свою жизнь.
— Обожаю эту галактику, — вздохнула Темная Женщина. — С каждым днем жить становится все лучше, жить становится все веселей.
* * *
Почесав затылок, я посмотрел в глаза летанке, и не углубляясь в красоту слога прямо поинтересовался:
— Мать, у тебя все с головой в порядке? — Судя по эмоциям, сквозившим по Боевому слиянию, этот вопрос интересовал не только меня.
Меж тем Атрокса — еще более хищная в своей походке, еще более грациозная, облаченная в подобие хитиновой брони (казалось бы, причем тут Королева клинков?), неспешно приближалась ко мне.
Я ощущал, как за спиной напряглись Кем Вал, Асока, Сими и Донита.
— Предложение. Хозяин, можно я заставлю ее пораскинуть мозгами? В прямом смысле этого выражения.
— Без приказа не стрелять, НК, — произнес я, сделав несколько шагов на встречу Атроксе.
Летанка, на голове которой красовалась массивная на вид хитиновая корона, а в глазах плескалось пламя Темной стороны с крупинками ярчайших фиолетовых искорок, также молча приблизилась ко мне.
Мы стояли друг напротив друга, смотрели в глаза… И молчали.
Какие чувства я испытываю, зная, что выжила та, о ком я даже думать забыл, посчитав мертвой? Похоже, литературный штамп книг по «Звездным войнам» справедлив и в моей действительности — нет тела, нет «фрага». Смерть не засчитана.
Предал ли я ее?
Нет. Я просто не знал, что она не умерла.
Виновен ли я в том, что не искал ее тело?
Нет. Она «погибла» в Централии. Где Вишейт провел копии Нафемских ритуалов на каждой планете. Логично было предположить, что ее тело растворилось от ситской магии в процессе вишейтовского колдовства.
Так почему я чувствую себя несколько виноватым?
— Пойдем со мной, — хрипло проговорил я, протягивая руку.
— Нет, — покачала головой она. — Никто не покинет эту планету, пока не произойдет то, зачем вы здесь.
— Эта хвостатая дрянь заманила нас в ловушку, — пролаял Кем Вал.
Прям дашейд-очевидность.
 
— Расскажи сою историю, — предложил я твилечке. Стоят на одном месте немного тупо. Поэтому, когда она сделала несколько шагов в сторону, наглядно приглашая пройтись, я последовал за ней.
— Вишейт не убил меня, — вот теперь я слышу. Ее голос стал… Чуть менее эмоциональным. Почти как у дроида.
— Это я уже понял. Как?