Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)

Как и тысячи раз до этого, Палпатин наслаждался видами ночного Корусанта, облаченный в искусно изготовленную из дорогостоящих материалов мантию столь черного цвета, что казалось, будто она поглощает весь свет вокруг Повелителя ситов.
«Последняя крупица естественной красоты»…
Так окрестил горы Манараи какой-то журналист в «Новостях ГолоНета» несколько лет назад. Помнится. тогда обсуждалась реконструкция площади Монументов — культурного мемориала, увенчивающего один из пиков гор. Жаркие дебаты вокруг строительных работ бушевали в Галактическом Сенате несколько месяцев. Продажные сенаторы использовали реконструкцию каждый в своих мелочных и корыстных целях. Кто-то бил себя конечностями в грудь и верещал о сохранении исторического наследия. Кто-то степенно говорил о светлом будущем и заботе о туристах.
Тупые жадные интриганы, словоблудие которых имеет лишь одну цель — попытки получить больше сторонников. Наивные глупцы считали и считают, что подобными методами можно получить власть над умами разумных.
Никто даже не догадывался, что тайному инициатору реконструкции — недавно избранному на тот момент Великому канцлеру Палпатину было совершенно наплевать и на культурное наследие, и на притоки туристов.
Его волновало лишь то, что под самым носом джедаев он смог создать еще одно личное убежище, скрытое ото всех глаз. Никто и никогда не узнает о нем, кроме тех, кого Палпатин посвятил в эту тайну.
Отсюда он мог видеть свой город. Тысячи огней ложились ему под ноги, пресмыкаясь, как и положено низшим существам, служащим ситам.
Но то, что было у него под ногами, не интересовало его. Он смотрел вверх, он хотел видеть звезды. И он видел их — несмотря на огни никогда не засыпающего города. Несмотря на движение транспорта. Несмотря на расстояние.
Палпатин хотел видеть звезды.
И он их видел.
Он всегда получал то, что хотел.
Ледяной ветер колыхал черный плащ. Руки он сцепил за спиной, позволяя потокам воздуха ласкать его кожу до раздражающего обветривания. Все это пустяки, которые он легко устранит с помощью Силы.
Звезды над его головой мерцали. А ведь когда-то мальчику с Набу, которому богатый и влиятельный муун из рода Дамаск открыл величайшие тайны галактики, даже не мог представить, что эти огоньки над головой — далекие миры, которыми он будет править. Властвовать безраздельно.
И бесконечно долго.
Скоро, очень скоро…
Все это окончательно и бесповоротно станет принадлежать только ему.
Ему одному.
Палпатин позволил себе добродушную улыбку. Ту самую, что он отрепетировал на посту Великого Канцлера, изображая мудрого и добродушного правителя Республики. Советника и друга для юного Энакина Скайуокера.
Теперь эта улыбка принадлежала Императору Палпатину.
Ситы прошлого с достоинством и гордостью носили на себе следы разрушительной мощи Темной Стороны, к которой прибегали. Это не вызывало у них отвращения — наоборот, чем уродливее был сит, тем больше его боялись. Потому как вывод, глядя на изуродованного, но живого сита, один. Единственный.
Если этот разумны способен сотворить с собой подобное, то сколь велика его мощь? И что он может сделать с ее помощью со своими врагами.
Также думал и Палпатин, разглядывая в зеркало свое лицо после приснопамятного сражения в собственном кабинете. Не лицо… маска, на которой запечатлено уродство. Которое должно было внушать страх — по всем заветам ситов прошлого.
Но сейчас другое время.
Ситы ушли в подполье тысячелетие назад. О них забыли, превратив в страшную сказку.
Их более не боялись. И их разрушительная мощь, оскверненные разрушительной мощью Темной Стороны Силы тела уже не внушали трепет.
Потому, добившись того, чего он хотел, Палпатин посчитал, что Правило двух — традиция ситов учения Дарта Бейна — всего лишь пережиток прошлого.
Он отбросил эту философию, растворив ее в огне обновления. Как сделал это с немощным и дряхлым телом.
Все существование ситов подчинено двум целям — истреблению джедаев и захвату власти в галактике. Учение Дарта Бейна достигло своей кульминации — и не справилось с возложенной на него задачей. Джедаи живы, пусть их и погибло немало. Галактика у ног ситов, но не вся.
 
Тысячелетний план дал осечку. И нуждался в пересмотре.
Сжав в кулак руку, Палпатин ощутил кончиками пальцев молодую и здоровую кожу. Клонированное тело соответствовало тому возрасту, в котором он начал свой путь в качестве политика здесь, на Корусанте.
У него впереди десятилетия насыщенной жизни. А когда и это дело придет в негодность, он заменит его, и продолжить жить дальше, взирая на то, как Первая Галактическая Империя сокрушает своих врагов одного за другим.
И власть ситов вновь воцарится над всей галактикой…
Палпатин улыбнулся. Фраза, придуманная им в начале своего обучения, была ложью четь более, чем полностью.
Ситы никогда не контролировали галактику. Никто из них прежде не возглавлял столь обширные территории, какие сейчас подвластны Палпатину. И это лишнее доказательство того, что он — лучше их всех.
И имеет законное право начать новую веху в истории ситов.
Учение Дарта Бейна гласило, что учитель должен воспитать достойного ученика, сделав его лучшей версией себя. И финальное смертельное противостояние покажет, сможет ли ученик превзойти учителя. Этот постулат служил единственной цели — отбраковке слабых из Ордена ситов. Никчемные погибали, в то время как сильные и могущественные продолжали жить и развиваться.
С каждым новым поколением ситы становились лучше.
И весь этот порядок вещей служил тем двум вышеупомянутым целям.
А потому сейчас Дарт Сидиус имеет все полномочия послать древнюю традицию к хатту. И начать новую эволюцию ситов.
Не будет никакого ученика, достойного сменить Палпатина на посту главы Империи. Это достижение, полученное путем десятилетия интриг, личных жертв — его заслуга. И добровольно передавать это кому-либо, омолодившийся Палпатин не собирался. Ведь он фактически победил смерть. И может править вечно.
Ему не нужны ученики — он не намерен впредь делиться с кем-либо хотя бы частью своей силы и знаний. В этом нет необходимости — ему нужны лишь преданные слуги.
И они у него будут.
Ради этого момента пришлось пожертвовать многим.
Чем-то сознательно, чем-то — по независящим от него обстоятельствам. Но это было необходимо.
Необходимо было убрать Вейдера с Корусанта как можно дальше, обеспечить его условиями для «спуска пара», дабы кровавая резня на Камаасе, Сципио и других мирах, заглушила возможное эхо Темной Стороны, пока Палпатин проводил ритуал переселения своего разума из дряхлой оболочки в новый сосуд. И это удалось — миллионы смертей на Камаасе и последующая за этим резня на «Оке» заглушили любые побочные эффекты.
Никто в этой галактике не узнает, что Император Палпатин стал на десятки лет моложе и в сотни раз опаснее.
Жалел ли он, что пустил в расход своих инквизиторов?
Смешной вопрос. Естественно нет.
Какой прок от кучки бывших джедайских неудачников, чьи мозги либо загрязнены храмовыми мантрами, либо окончательно пришли в негодность в связи с длительностью нахождения в недрах сепаратистских супердредноутов? Никакого, кроме той роли, какую они сыграли. Приковали к себе внимание Вейдера.
Даже то, что он вывел «Око» из строя, а сейчас стремительно спешит к флоту, боясь, что Палпатин прознает о его вольностях. Наивный глупый мальчишка-раб. Слишком тупой и завистливый, чтобы считаться ситом. Вскоре от него придется избавиться — как только он решит ряд проблем. Палпатин мог бы справиться с ними и сам, но в данный момент его внимание требовали совсем иные вопросы.
 
Хейпский консорциум.
Жемчужина, бесконечно богатая как ресурсами, так и кадрами. Огромных трудов и средств стоило найти подход ко двору королевы-матери Най'Кориш, правящей Консорциумом в данный момент, дабы подтолкнуть ту сделать первый шаг навстречу новым отношениям. Ей чуть больше тридцати стандартных лет, молода, хороша собой.