Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)
— Ты — нет, — кивнул Хельниор, отойдя слегка в сторону. — Он — да.
Оба мандалорца стояли так, что падаван не мог видеть того, что происходит за их спиной. А там…
— Мастер К’Крук! — вскричал мальчик, дернувшись вперед. Однако, он как-то выпустил из виду, что по-прежнему находится в руках врага. Ему вывернули обе руки в суставах, уложив лицом на металлический пол. — Что вы с ним сделали, ублюдки!?
Хотя это больше вопрос риторический.
Нетрудно понять, глядя на еще дымящееся обожженное тело вифида в остатках джедайской робы, что его подожгли живьем. И заставили мучатся, погубив страшной смертью.
— Сожгли, — как ни в чем ни бывало, ответил Хельниор. — Морда мне его волосатая не понравилась. Да и хитрожопый он донельзя.
— Вы и пальца его не стоите! — голос предательски вздрогнул. Крик вышел каким-то детским.
— Этого? — Даарк ткнул в лицо падавана воняющим горелым мясом пальцем умершего вифида. — Или этого пальца мы не стоим?
Прим почувствовал, как к горлу подступает содержимое желудка. Ладно один сожженный палец, но два…
— Если у тебя большое желание рассказать мне что пара джедаев делали под носом у «первачей», — по-отечески похлопал его по спине Хельниор, — то можешь начинать прямо сейчас…
— Вы убийцы и трусы! — выкрикнул Прим. — Я вам ничего не скажу!..
— Я шанс давал, — зевнул Хельниор. — Тащите его к «Грызетте».
Куда?!
Прим едва не задал этот вопрос, но мандалорцы явно не ответили бы на него. Просто потащили его к тому месту, где на полу виднелся труп мастера К’Крука. Вонь и позывы тошноты усилились.
Но изменилось и еще кое-что.
Груда тряпья в углу комнаты зашевелилась.
И ее не тронуло сквозняком. Нет, она в самом деле стала увеличиваться в размерах, будто под ней…
Матово-черный корпус. Массивная конструкция, явно выдающая в том, что пряталось под тканью, дроида. Огромного боевого дроида. Вооруженного до зубов… и вместо зубов.
— Познакомься, Прим, — меж тем вещал Хельниор у него из-за спины. — Это мой личный дроид модели «Василиск». Ее зовут «Грызетта». Она очень милая девочка. И в последнее время она полюбила сжигать тупых джедаев своими поточными лазерами, которые сейчас ты имеешь удовольствие лицезреть.
— Хельниор, — раздался голос премьер-министра Даарка. — Зачем тратить на него время? Просто пристрелим…
— А какое тогда удовольствие в этом? — с ленцой поинтересовался Хельниор.
Прим не мог видеть их лиц. Его сковал ужас. Он даже не заметил, что тащившие его мандалорцы пристегнули его наручники к массивному кольцу в полу, так, что он не мог никуда сбежать от возвышающегося перед ним дроида.
Стволы орудий которого маячили прямо перед лицом падавана.
Казалось, что никому из присутствующих мандалорцев нет дела до происходящего. Два стражника, что привели его сюда стояли в стороне, разговаривая между собой в пол голоса.
Прим вывернул голову, чтобы посмотреть на тех двоих, что разговаривали с ним. Они стояли в десятке метров позади, явно скучали и ждали, когда механическое чудовище сожжет падавана огнем своих лазеров.
Прим почувствовал сильную волну отчаяния и беспомощности, зародившуюся внутри него. Один, рядом с трупом убитого джедая, без связи с Силой! Нет ничего страшнее для члена Ордена! Беспомощность! Ему не давали даже шанса на честный поединок! Его намеревались просто казнить! За то, что он верен своим идеалам, верен Ордену!
От осознания безвыходности ситуации, ему стало дурно. Он поник и безвольно свесил голову на грудь, чувствуя лишь отчаяние и ужас. Не помогало ни воззвание к Кодексу джедаев, ни попытки успокоиться. Мысли о том, что он вот-вот умрет, унося с собой в могилу тайну, которая не особо-то и тайна, выводили из себя. Да мандалорцы наверняка найдут данные об экспериментах с ракгульской чумой! Не сегодня, так завтра! Он уже ничего не может исправить! Они все равно узнают!
Прим с ужасом смотрел на «Василиска», издающего некие вибрации, едва различимые человеческим ухом. Похоже на работу реактора… Чудище накапливало энергию, чтобы выплеснуть ее в лицо падавана!
Мальчик с расширенными глазами смотрел на то, как в бесконечной черноте орудийных стволов начинает мерцать алое пламя… Сколько нужно времени, чтобы произвести выстрел!? Секунда? Две?
Падаван попытался сопротивляться, вырваться из ловушки, отклониться с линии выстрела, но вскоре он понял тщетность своих усилий и просто закрыл глаза, дожидаясь конца.
Без Силы или оружия он бессилен. Шоковые наручники не позволят ему коснуться первой, а мандалорцы не дадут второго.
Его казнят…
Сейчас…
Новая волна страха поразила его.
Прим распахнул глаза, взглянул в сочащиеся алым светом орудийные стволы, отвернулся, стараясь смотреть куда угодно, в любую сторону, лишь бы не видеть, как его убивают. Просить о пощаде бесполезно.
Можно, конечно, рассказать, но… Он с таким трудом заработал прощение и искупление перед Советом. Да, точно, он примет свою смерть такой, какую для него припасла Сила…
Быть джедаем до конца.
Он снова закрыл глаза, стараясь мобилизовать все свои душевные силы. Он приготовился встретить неминуемую и лютую смерть. Он не доставит мандалорцам радости наблюдать свой страх. Он не позволит им считать, что джедаев можно сломать, но умрет…
Хатт! Он умрет!
Здесь и сейчас!!!
Его больше не будет!
Он никогда более не сможет узнать что-то новое, изучить новые техники Силы, познакомиться с новыми разумными. И все потому, что он верит в догматы Ордена…
Логически он понимал, что причина паники в его голове. Он осознавал, что нужно или рассказать все, что знает, или принять смерть с честью…
Но от одной мысли о том, что он умрет в невыносимых муках, его буквально выворачивали волны отчаяния и ужаса. Это невыносимо — сидеть и знать, что твои дни уже сочтены, и жить тебе — молодому парню — осталось лишь столько времени, сколько необходимо дроиду, чтобы открыть огонь…
Прим не хотел смотреть на «Василиска», но все же посмотрел. Мельком. Увидел раскаленные орудийные стволы, готовые вот-вот излить на него лазерный огонь.
Представил как будет пузыриться и дымить его кожа, чернеть сухожилия и мышцы, как агония нервных окончаний в момент затопит его мозг. Как он будет вопить на весь этот зал, доставляя наслаждение древним врагам джедаев…
— Ну же, парень, — неожиданно в поле зрения, стоило ему повернуть голову в сторону голоса, появился генерал Хельниор. Его лицо выражало обеспокоенность и сожаление происходящего. Кажется, несмотря на свои предыдущие слова, он все же соболезновал падавану и изо всех сил старался помочь. — Только ты можешь спасти себя… Стоит просто сказать… И ты свободен… Просто сказать…
Прим в последний раз бросил взгляд на залитую светом ощетинившуюся оружием пасть механического монстра… Смерть за идеалы, или жизнь предателя… Полная тревог, рефлексии, но жизнь!
Последний раз сжавшись внутри, падаван, посмотрев на готового выстрелить ему в лицо «Василиска» во всю мощь своих легких закричал, делая свой выбор…
А следом мандалорский дроид разрядил свои орудия в цель.
* * *Гиперпространство разорвалось на лучи света, мгновенно сжавшиеся в точки, заполнившие искорками кокпит корабля.
— Прибыли, — хрипло произнес Гарт Эззар, сидящий на месте пилота.
— Вижу, — ответил сидящий на месте штурмана кейджи.
Гарт, искоса взглянул на коллегу по заданию.
Он не знал имени темного джедая, которого Владыка Сидиус навязал ему в качестве напарника на это задание. Ни имени, ни фамилии. Но лицо его было очень знакомо. Возможно они когда-то пересекались, но вспомнить этого Гарт не мог. Сам же кейджи требовал называть себя «Злой Изгой». Кто таким образом его назвал, прозвище это или на его родной планете так принято, не ясно. Да и наплевать на это.
