Будь моим магом (СИ)

— Как-то слишком много всего сразу, повелитель, — слабо возразила я.
— А это, моя дорогая наложница, — Тайбери хозяйским жестом провёл рукой по моей щеке, — уже мне решать.
Угу, конечно. Пусть себе надеется и фантазирует. Второй раз меня голыми руками не возьмёшь!
…Гхм. Точнее, как раз возьмёшь, но я буду настороже и не позволю этим нежным, сильным, ловким, аристократическим пальцам, совсем недавно доведшим меня до безумия, вновь меня раздразнить. Не дам. Моя воля крепче стали.
Чтобы отвлечься от вновь вспыхнувших страстных мыслей, я повернула голову, оглядывая комнату. И изумлённо заморгала.
Передо мной открывалась новая и незнакомая спальня. Золотистые и бежевые тона, удобный стол и пустые пока полки, широкая, вполне способная вместить двоих кровать и немного косой потолок…
…Вот только противоположная стена и сам потолок были… были…
Я задирала голову всё выше, чувствуя, как рот распахивается всё шире.
Передо мной и надо мной открывался необыкновенный цветник. Алые цветы мешались с жёлтыми стеблями и белыми соцветиями, розовые иглы смотрели из-под потолка, и на миг мне показалось, что я очутилась внутри сада.
Сада, полного игл. Потому что по потолку росли, переплетаясь, ряды цветущих кактусов. Узких или пушистых, зеленеющих или тёмно-шоколадных, но все до одного — с острыми, хищными, хотя и неожиданно уютными иглами.
На потолке цвели кактусы. Очень колючий цветущий сад. А стена напротив, наклоняющаяся прочь почти горизонтально, превратилась в волшебный кактусовый лес, который можно было даже назвать кусочком пустыни: песок, играющий меж кактусовых стволов, и маленькие пылевые вихри, ни на волосок не выходящие за невидимую грань, окружали меня необыкновенным междулесом-междуцветьем.
Тайбери принёс меня в совершенно новую спальню. И, кажется, я догадывалась, почему именно в такую.
— Но кактусы не растут на потолке, — севшим голосом сказала я. — Да и на стенах… не очень.
— Эти растут, как видишь.
Потрясающе. И что же они символизируют?
…Впрочем, я могла догадаться.
— Это моя спальня, — обречённо произнесла я. — Да, повелитель? Колючие, дерзкие и норовящие разодрать рубашку кактусы — отличный намёк.
Руки Тайбери обхватили меня крепче.
— А ты уже готова разорвать на мне рубашку?
Угу. И штаны. А пока ты бросишься за портным, я спокойно и без помех отправлюсь грабить хранилище Академии.
Я поперхнулась. Проклятье, я чуть не произнесла это вслух! Это же надо — настолько расслабиться!
— Всё-таки страсть сближает, — слабо сказала я. — В другой раз я бы устроила тебе скандал, повелитель. Потребовала бы роз…
— У роз, между прочим, тоже есть шипы. — Рука Тайбери незаметно пробралась под плед и теперь гладила мои лопатки. — И весьма острые. И дерзкие.
— И голые? — съязвила я.
— Разумеется.
Я сглотнула, вновь оглядывая спальню и замечая то, чего не видела раньше. Небрежно висящие наряды за полуоткрытой нишей гардероба, рукав знакомой розовой пижамы, выглядывающей из-под подушки, — так, как я привыкла её складывать. И даже… даже…
Книги. Те самые, которые я чаще всего брала в библиотеке и даже тайком делала пометки там, где Тайбери не увидит.
Но он увидел. Заметил. И…
…принёс сюда.
— Повелитель, — нерешительно произнесла я, — но почему у меня теперь своя спальня? Это знак, что я теперь независимая шейра? На «целомудренную», — я чуть сдвинулась на его коленях, — как-то не очень похоже.
— Строго говоря, ты всё ещё невинна, — хмыкнул Тайбери. — Кстати, за всем этим совсем забыл спросить. Ты ведь невинная шейра? Исключений практически не бывает, но вдруг?
Я не удержалась, чтобы не стрельнуть в него глазками.
— Ну…
— Будем считать, что это было решительное «да». — Тайбери встал и легко ссадил меня с собственных коленей в кресло. — Я отдаю тебе эту спальню по очень простой причине. Назовёшь её сама?
Я задумалась. Если в планах Тайбери иметь свою шейру где угодно, когда угодно и во всех смыслах этого слова, то куда логичнее оставить её, то есть меня, в собственной спальне. Ну, или посадить на цепь в спальне с разными пикантными снарядами, чтобы я ждала своего хозяина и господина в кожаной шлейке на голой груди, на всё готовая.
 
…Причём сейчас эта мысль даже не вызывала отторжения, при условии, что ждать придётся не долее пары минут. Бр-р! Да что ж это со мной такое-то!
Но нет. Причина, почему Тайбери отвёл мне отдельную спальню, не в этом.
Тогда в чём?
Я подняла на него взгляд.
— Ты хочешь меня, — произнесла я. — И ты думаешь, повелитель, что я тоже сгораю от страсти к тебе.
— Не думаю, — хмыкнул Тайбери. — Знаю.
— Не перебивай, мой неторопливый повелитель! — строго произнесла я. — Я ещё не закончила.
Я медленно, словно нехотя поднялась из кресла, позволяя пледу соскользнуть. Чуть-чуть, обнажая плечи и ключицы, а заодно и позволяя мне выставить голое колено. И судя по враз расширившимся глазам Тайбери, я сделала это не зря.
Я тряхнула волосами и шагнула к Тайбери. И, больше не беспокоясь о пледе, тут же упавшем на пол, обняла своего повелителя за шею. Развратничать так развратничать.
— Ты дал мне отдельную спальню, чтобы я измучилась и сама пришла к тебе, повелитель, — прошептала я. — Разгорячённая и жаждущая твоей близости. Один раз ты обжёгся на моём «нет» и теперь хочешь, чтобы я выступила в роли просительницы. Может быть, даже униженной просительницы.
Тайбери провёл кончиком языка по губам. Моя близость не оставляла его равнодушным, в этом сомнений не было.
— Хорошо, — спокойно сказала я, выпуская его шею и делая шаг назад. — Я поняла твои коварные намерения, повелитель. А теперь мне нужно побыть одной.
Тайбери перевёл задумчивый взгляд с меня на плед, бесстыдно лежащий на полу.
Чуть усмехнулся. Отступил.
И… закрыл за собой дверь.
Я выдохнула с облегчением, поднимая плед с пола. Как-то я уж слишком раздразнила своего великого и ужасного повелителя.
Но после того, как Тайбери увлёк меня на пол в тренировочном зале, заставив меня забыть о собственных мыслях и желаниях, мне нужно было вернуть себе контроль и поставить своего повелителя на место. Чтобы он понял, что в постели у меня есть такая же власть над ним, как и у него надо мной.
Что ж, он понял. Или нет?
Или именно это ему и нужно от меня? И именно поэтому алтарь дал Тайбери такую шейру — чтобы постоянно держала его в напряжении и не давалась так легко?
…И одновременно всё сильнее хотела упасть ему в руки, раздеваясь на ходу. Ох.
Неужели мы наконец обрели ту самую зависимость друг от друга, которой так боялся Тайбери? Или, напротив, начали друг друга дополнять?
Гадать было бесполезно. Я вздохнула и подошла к гардеробу. Нужно выбрать что-то из одежды. И желательно не такое открытое и соблазнительное, как сегодняшние шортики.
Мы забыли обо всём в объятьях друг друга. Но мир продолжал безжалостно вращаться, и если Тайбери не хочет уступить пальму первенства Баррасу, моему повелителю стоит встретить рассвет первым.
И я ему в этом помогу. Пока не знаю как… но мой дядя торжествовать не будет.
Я остановлю его. Остановлю, или я не Деанара Кассадьеро.
  
Глава 32
 
До вечера я устраивалась в своей новой комнате, одновременно пробуя кактусы на прочность. Правда, после пары вредных заноз, которые я едва вытащила пинцетом, пришлось оставить это занятие.
Кактусы и впрямь оказались ужасно дерзкие и колючие. Прямо как я. Я горестно вздохнула. Вот умеет Тайбери подобрать нужный образ, п-п-повелитель этакий!
За перестановками я не заметила, как проголодалась. К ужину Тайбери меня не позвал, поэтому я решила спуститься сама, а заодно и позвать его.
Этим вечером я решила выбрать куда более скромный образ. Кремовое платье до пят, волосы, убранные наверх и перевязанные единственной кремовой лентой. Просто и чарующе. Я взглянула на себя в зеркало. Если бы не броская и чересчур яркая внешность шейры, меня можно было принять за невесту Тайбери.