Небо в кармане! (СИ)

Задевает при этом кого-то из самых любопытных по уху. Тут же вспыхивает громкая перебранка, люди оборачиваются, прислушиваются. На какое-то время появилось новое развлечение, ссора ширится. К кузнецу тут же подтянулись подмастерья и помощники, у противника мгновенно образовывается пополнение за счёт обиженных мастером любопытных. До мордобоя дело не доходит, моё разрешение трогать аппарат мгновенно расходится среди толпы, и это оказывается более интересным.
Вылезаю из кабины и попадаю в крепкие объятия отца. Стискивает так, что рёбра затрещали. И ладно бы только это, перетерпел бы. Так ведь отпустил, отстранил от себя, вгляделся в лицо и ещё раз крепко-крепко к своей груди прижал. И чем мне теперь дышать? Крепки отцовские объятия, не вывернешься!
Замычал, пересилил, вывернулся и чуток отодвинулся назад:
— Задушишь же!
— Ничего, сынок, ничего, — промокает платком глаза. — Не страшно. А ты молодец! Порадовал отца!
Оглядывается назад:
— Что я тебе говорил, Дарья Александровна? Взлетит! А ты сомневалась…
* * *
Второй вылет наметили после обеда. А пока прошли в дом. Эмоции распирали отца, всё не мог успокоиться и рвался вместе со мной в небо. Мачеха, как могла, отговаривала, и в конце концов отговорила. Основным аргументом выступило то, что нет кабины и остекления:
— У Николая хоть куртка плотная есть, а у тебя? Или ты в шубе полетишь?
— А что? Могу и в шубе, — хорохорится отец. Но при этом задумчивым взглядом окидывает меня и тут же подмечает покрасневшие обветренные щёки, заляпанную мошкой куртку. — Впрочем, ты права, в шубе летать, только народ смешить. Этого я себе позволить точно не могу. Сегодня же накажу Игнату прикупить для меня в городе подходящую одежду!
— Если управляющий в город поедет, то хорошо бы было пригласить к нам Александра Карловича? — пользуюсь подходящим, как мне кажется, моментом и вклиниваюсь в разговор.
— Зачем? — отец даже останавливается, заодно придержав за руку и супругу.
— Как зачем? — якобы удивляюсь такой непонятливости и тут же поясняю. — Чтобы получить новую привилегию, конечно же!
— Ты ещё с прежними не разобрался, а уже новую получить хочешь? — влезает в разговор мачеха.
— Хочу, — улыбаюсь обветренными губами. Сухая кожа трескается, на боль стараюсь не обращать внимания, пытаюсь объяснить. — Упустим момент, и изобретение уйдёт в чужие руки!
— И что? — из чистого упрямства возражает мачеха. На самом-то деле всё она уже поняла и даже просчитать возможные выгоды успела. И отец молчит, слушает внимательно, то на меня, то на жену посматривает с затаённой хитрецой во взгляде. Что-то прикидывает для себя, похоже. Интересно, что?
— Скажите, Дарья Александровна, — спокойным голосом спрашиваю, и мачеха морщится от официальной формы моего обращения. — Вот вы за границей были, на авиационные шоу ходили…
— На что мы ходили? — ожидаемо удивляется и перебивает меня мачеха. Ну так на то и расчёт был, удивить.
— На шоу, — терпеливо объясняю. — Это выступление так называется.
— Где называется? Что-то я такого нигде не встречала.
— В Штатах, — машу рукой. — У них все выступления шоу. Ну да не в этом дело. Вы за границей много самолётов видели?
Мачеха хмурит ровный лобик, вспоминает. Отец же уже всё понял и улыбается одними глазами. Но мачехе нужно отдать должное, соображает быстро, поняла уже, куда я веду разговор.
— Ты хочешь сказать, что там, — показывает рукой куда-то в сторону воображаемой границы. — Таких самолётов нет?
— А разве есть?
— Не знаю, — смотрит на мужа. Тот в ответ пожимает плечами. Мачеха делает неожиданный вывод. — Ну-у, если ты уверяешь, что таких точно там нет, то привилегию просто обязан получить! Отец тебе в этом поможет. Я права, Дмитрий Игоревич?
— Абсолютно права, моя дорогая, — целует руку супруге довольный таким поворотом отец. — Сегодня же вызову Паньшина!
Пока они милуются и смотрят друг на друга масляными глазами, я пользуюсь случаем и начинаю давно задуманную игру:
— Привилегии это, конечно, хорошо, всё какая-то копейка капать будет. Но… — упоминание о деньгах и последующая демонстративная пауза заставляет обоих родичей заинтересоваться и внимательно посмотреть на меня в ожидании продолжения. — Этого мало, очень мало. Вы уже убедились, что мы можем сами построить такой самолёт. И сами же сможем его продать. А это уже совсем другие деньги…
 
— Продать, — с явным скепсисом в голосе задумчиво произносит мачеха. — Кому они нужны, эти твои самолёты?
— Ты не поверишь, Дарьюшка, но ещё как окажутся нужны, — опережает меня отец. — Признаться, я и сам подумывал о чём-то подобном. С планером у нас бы ничего не получилось, а вот с самолётом вполне может. Особенно если заручиться поддержкой в столице.
— И ты готов тратить деньги на эту сомнительную авантюру? — внимательно смотрит на мужа мачеха.
А я молчу, слушаю, мотаю на ус, в разговор не лезу.
— А ты припомни, сколько стоили билеты на выступления за границей? А сколько там народа присутствовало? Поверь, если люди готовы тратить деньги на подобные развлечения, то это точно стоящее дело. И это я ещё военную составляющую не рассматриваю, а она тут точно присутствует. Ведь присутствует же, сын?
Довольно улыбаюсь и киваю в ответ. Ай да отец, всё уже просчитал, всё правильно рассудил. Если заручится поддержкой военного ведомства, то и ссуды получит, и заказы. Надо его поддержать:
— Конечно! На самолёт можно установить бомбодержатели и получится бомбардировщик. Можно перевозить почту, курьеров, можно возить грузы для армии и гражданского населения. Можно быстро долететь туда, куда обычным способом добираться будешь не один день. Да много что можно!
Отец задумчиво смотрит на меня. Я прямо-таки вижу, как в его голове сейчас крутится одна единственная мысль — откуда?
  
Глава 18
 
Бодаться взглядами не вижу смысла, ни к чему хорошему это не приведёт. Да и зачем, что и кому я хочу доказать? Отцу? Он и так со всех сторон меня прикрывает, поддерживает во всех начинаниях, одобряет мою позицию. Но и отводить взгляд нельзя, сейчас это будет проявлением слабости, завуалированным признанием в чём-то нехорошем, в трусости. Поэтому держусь и стою прямо, но школа никуда не делась и нахожу отличный выход из этого сложного положения:
— Нужно приобрести землю в пригороде столицы и построить на ней небольшие мастерские. Будем делать не только наши самолёты, но и ещё кое-что. Вон сколько привилегий оформляем, неужели не выберем что-то подходящее? Что и сделать несложно, и на чём заработать хорошо можно.
— Почему не здесь, почему именно в столице? — не удержалась от вопроса мачеха.
— Там проще работать, — перевёл на неё взгляд. Сработало! Уф-ф! Но придётся пояснить, потому как явно не поняла ответ, смотрит требовательно, а в глазах один большой знак вопроса видится. — Большие заводы рядом. Не будет сложностей с размещением заказов…
— Погоди, какие размещения? Ты же только что уверял, что будем сами всё делать? — недоумевает мачеха, смотрит то на меня в ожидании разъяснений, то на отца. К последнему прибегает в качестве поддержки.
— Мы не сможем всё сами делать, не хватит оборудования, специалистов, материалов и мощностей. На первых этапах придётся многое заказывать, те же моторы, например. Не покупать же готовые автомобили, чтобы потом их разбирать на запчасти?
— На что разбирать? — хлопает глазами мачеха.
— На запасные части, — терпеливо разъясняю, нужно же налаживать испорченные моим предшественником отношения? И добавляю тут же. — Дешевле закупать уже готовые моторы и с небольшой переделкой устанавливать их на наши самолёты. Сюда же нужно добавить колёса, их мы тоже не сможем сами делать, ткани на обтяжку крыльев, фанеру, стекло…
— Господи, стекло-то тебе зачем? — удивляется мачеха.
— Будем делать остекление кабины, — начинаю рассказывать, и в этот момент меня перебивает отец: