Оковы прошлого. Книга 3 (ЛП)

Я хочу, чтобы Сэди освободилась от этой ужасной тьмы.
Я должна заплатить свою цену, но она не будет уплачена за счет тех, кто мне дорог. Я отплачу дьяволу по заслугам, когда придет мое время.
И все это может произойти только в том случае, если я научусь перестать быть жертвой.
Полная решимостью, я размахиваю руками и бью Куинна по предплечьям, высвобождаясь из его хватки, и сбиваю его ногой. Он научил меня этому. И я ловко укладываю его на мат.
Он ворчит, когда я забираюсь на него и прижимаю его плечи.
 - А что случилось с «всегда быть начеку», сэнсэй?
Ухмылка искривляет его рот, когда он подносит руку к моему лицу. Мое дыхание затруднено, Куинн даже не вспотел. Мои веки тяжелеют, когда его грубые пальцы гладят меня по щеке, его большой палец проводит по моим губам. Я больше не отстраняюсь, когда он касается моего шрама. Я редко вспоминаю о шраме, когда я с ним.
Я приоткрываю губы, позволяя своему языку пройтись по его большому пальцу. Его гортанный стон грохочет у меня в груди, затем он обхватывает меня коленями, прижимая к твердой выпуклости в своих штанах.
Прежде чем я успеваю среагировать, Куинн перекатывается на меня и сковывает мои запястья.
- Не принимай мое желание, чтобы ты была сверху, за то, что я не начеку.
Я выгибаю спину, прижимаясь грудью к его груди, и обхватываю ногами его талию.
- Аналогично, - мне нравится, как напрягаются мышцы на его челюсти, как горят его глаза.
Он начинает сокращать расстояние между нами, когда кто-то прочищает горло в спортзале.
Куинн резко поднимает голову, и я поворачиваю свою, чтобы увидеть Карсона, прислонившегося к стене.
- Извините, что прерываю ваш... урок, - произносит он, усмехаясь. - Но специальный агент Белл созвала совещание. Подумал, ты захочешь быть там.
- Спасибо, - процедил Куинн сквозь зубы, но не двинулся с места. - Теперь ты можешь подождать снаружи, Карсон.
- Понял, босс.
- А ты теперь можешь меня отпустить, - говорю я, намеренно двигая бедрами.
Он делает глубокий вдох и прижимается своей толстой длиной к шву штанов между моих бедер. Тепло расцветает внизу моего живота, а затем Куинн обдает горячим дыханием мою шею, грубая щетина его подбородка касается моей кожи, усиливая возбуждение. И в этот момент я испытываю сожаление, что мы находимся в спортзале полиции.
Такое же сожаление отражается и на лице Куинна, когда он с усилием отстраняется. Он садится на пятки и поправляет стояк в штанах. Встав, он протягивает мне руку. Он прижимает меня к своей груди и украдкой быстро целует, прежде чем отпустить.
- Думаю, тебе не стоит опаздывать. Не хочу, чтобы из-за меня тебе сделали выговор.
- Рано или поздно, я все равно его схлопочу, - небрежно бросает он. - Достаточно того, что я не могу держать свои руки подальше от тебя на работе, не говоря уже о всех других местах, к которым я прикасался.
Его шутка должна была немного успокоить меня, но я знаю Куинна. Этот черный юмор только доказывает, под каким давлением он находится, ненавидя себя за свои поступки.
Я подхожу ближе и протягиваю руку, но он расправляет плечи, разминая мышцы, а затем направляется в душевую.
- Мы снова встретимся завтра. - Он оборачивается, чтобы добавить: - Даже если я наслаждаюсь твоим способом отвлечения внимания, ты все равно не избежишь предстоящего урока.
Я позволила легкой улыбке украсить мои губы. Я не принимаю это на свой счет. Я имею в виду, что я женщина, и его отказ все еще причиняет боль, но я слишком поглощена чувством вины с моей стороны, чтобы обижаться. Куинн страдает из-за меня. Его попытка поднять настроение слишком очевидна, независимо от того, насколько я ценю его усилия.
Он старается, несмотря на наши тяжелые обстоятельства. Все это дается ему нелегко. Наши новые отношения. Наше затруднительное положение. Я боюсь, что он сорвется, и понимание этого только усиливает давление на меня, чтобы быстрее найти ответ и закончить весь этот бесконечный кошмар вокруг нас.
Это порочный круг.
Я потираю рукой лоб и ругаюсь. Направляясь к своей сумке, я разжимаю костяшки пальцев и сжимаю их в кулак. Фаланги распухли и покрыты синяками. Я не продумала эту тренировку до конца. Это важно, да, но до какой степени, если я не смогу держать скальпель должным образом?
 
Еще одна причина ненавидеть Альфу. Жизнь в страхе и в постоянном состоянии истощения адреналином становится утомительной. Когда я не работаю, я вырубаюсь в своем доме, который теперь полностью оборудован самой современной системой безопасности.
Или остаюсь у Куинна, что предпочтительнее для него, и, как бы мне ни было неприятно это признавать, это единственное время, когда я могу погрузиться в глубокий сон. И я сплю как убитая. Я смеюсь про себя над этой мрачной шуткой. До сих пор я никогда не завидовала тем, кто оказывался на моем столе.
Я натягиваю толстовку, мельком замечая черный предмет в своей сумке, а затем вытаскиваю его.
- Черт, - когда Куинн направляется к выходу, я иду к нему, держа устройство. - Датчик слежения? Серьезно?
Он останавливается, не оборачиваясь. Его плечи поникли. Попался.
- Я же говорил тебе…
- И я сказала тебе, что со мной не будут обращаться так, будто я нахожусь в гребаной программе по защите свидетелей.
Он поворачивается, возвышаясь надо мной всем своим шестифутовым телом.
- Это не для тебя, это для меня, - он проводит тыльной стороной пальцев по моей руке.
- Куинн, я понимаю... - я выдыхаю, позволяя своему гневу улечься. - Но если я позволю этому происходить в моей жизни... это даже будет не жизнь, - я смотрю на него снизу вверх. - Я просто жду, когда случится худшее.
- Мне нужно идти, - он кладет руку мне на затылок, запечатлевая долгий поцелуй на моем лбу. - Просто подумай об этом. Это все, о чем я прошу.
Он уходит, оставляя меня бороться за дыхание. Я заставила его через многое пройти, и все же я не могу добровольно подчиниться жизни, где за каждым моим шагом следят.
Я перекидываю сумку через плечо. Укол раскаяния за всю эту ситуацию по отношению к нему пронзает мою грудь. В его беспокойных мыслях есть нечто большее, чем мое ужасное положение. Хотя ордер на арест Мэддокса был выдан быстро, оперативная группа оказалась неэффективной в поимке подозреваемого.
Охота продолжается.
Только мы с Куинном подозреваем правду о том, почему Мэддокса нельзя найти.
В то время как оперативная группа неустанно ищет адвоката в бегах, Куинн прочесывает город и его окрестности в поисках тела.
Ради Куинна я надеюсь, что они найдут Мэддокса живым.
Урок третий: защищай то, что принадлежит тебе, любой ценой.
Если Куинн продолжит в том же духе, он может прийти к самоуничтожению. Я считаю Куинна своим… и собираюсь защищать его, даже от самой себя.
Глава 2
Разрушение
Куинн
Каждый человек, мимо которого я прохожу, является возможным подозреваемым. Каждая пара глаз, с которой я встречаюсь, может принадлежать Альфе.
Паранойя разъедает мой разум, притупляя инстинкты. Мое логическое мышление не работает. На прошлой неделе, когда криминалист похлопал меня по плечу, я схватил его за руку, прижал к стене и чуть не припечатал кулаком по лицу. Ослепляющая ярость в сочетании с паранойей - смертельная комбинация.
Я иду по коридорам полиции, опасаясь собственного разума, сомневаясь в своем здравомыслии. После того инцидента капитан предложил мне взять отпуск.
Ага, конечно.
Не тогда, когда я подозреваю одного из наших.
Во время операции «Фирма» я задавался вопросом - мы все задавались вопросом, - как далеко и насколько обширно простирается влияние Альфы. Но даже тогда я не верил, что это каким-то образом может коснуться моего собственного отдела.
 
Хотя Карсон сливал секретную информацию прессе за определенную плату. Сэди преследовала и убивала преступников вне закона. А Эйвери - женщина, которую я люблю - подделала отчет, чтобы скрыть убийство своего похитителя.