Лето длиною в жизнь (СИ)

— Ник, а ты сама в порядке? — спросила я, останавливаясь перед ней.
— Да, — поспешно ответила она. — Нет! Нет!
— Что случилось, Ник? — меня захлестнуло от поглощающего с огромной скоростью волнения.
— Он, — произнесла она и тяжело сглотнула. — Он позвонил мне. Только что.
— Кто? — не поняла я.
— Александр! Мистер Смарт! — выкрикнула она возбужденно, ее буквально трясло мелкой дрожью.
— И что, Ник?! Я надеюсь, ты ему ответила?! — спросила взволнованно я, на что она отрицательно мотнула головой и побледнела. — Но, почему? Почему?!
— Не знаю, — проговорила она бесцветным голосом. — Не смогла. Сидела, смотрела на его высветившийся номер и просто не смогла.
— Ник, ну зачем ты себя так мучаешь?! — взмолилась я. — Идем, перезвонишь ему! Вам нужно поговорить, понимаешь?! Нужно!
— Я не могу! Я боюсь! Боюсь, что его слова уничтожат ту иллюзию, с которой я живу сейчас. Я не хочу реальности!
— А если ты ошибаешься? — возмущенно воскликнула я. — Если все совсем не так, как ты думаешь?!
— Ты в это веришь? — спросила Николь.
Я не знала, что ей ответить, но мне безумно хотелось ее поддержать, сказать одобряющие слова. Но на этот вопрос у меня не было однозначных ответов, потому что любой из них мог оказаться ложью.
Глава 62
Позже мы сидели на террасе ресторана в своей привычной кампании, парни шутили, сыпали какими-то случаями из своей жизни, а мы с Николь беззаботно смеялись, отвечая на их шутки своими подколками. Не знаю, каких трудов стоило подруге собраться и вести себя вот так непринужденно и просто, но я ею искренне восхищалась.
Джеймс привлек меня к себе, шепча очередные ласковые слова мне на ухо и целуя в шею. У него были какие-то кровожадные планы относительно меня на эту ночь, и я уже сгорала изнутри от ожидания и предвкушения.
Я обвела взглядом зал ресторана, народу было немного, это только наша банда любила засиживаться здесь дольше всех. Нам нравилось сидеть под открытым небом, пить холодное белое вино, и наслаждаться каждой минутой нашего общения. Мы были такие все разные, но это нас и объединяло, делая каждую беседу интересной и увлекательной, каждую шутку приемлемой и безобидной. Мы были сами собой, без масок и притворства.
В первую минуту как я увидела его, мне показалось это каким-то наваждением. Этого не могло быть в принципе! Я смотрела широко открытыми глазами на него, стоящего в проеме стеклянных дверей, ведущих на террасу. Нет, это был не шок, я буквально впала в кому, наблюдая за тем, как он неспешно движется в нашу сторону, подходит к нашему столу мягкой кошачьей походкой и останавливается за креслом, на котором сидит Николь. Я перевела свой ошарашенный взгляд с него на смеющуюся очередной шутке Пола Николь.
— Добрый вечер! — произносит негромким голосом он. Смех за столом смолкает мгновенно и все смотрят на того, кто посмел прервать их общение и вторгся в их пространство. Я вновь поднимаю на него глаза, потом опускаю свой взгляд на Ники. Ее лицо не просто побледнело, оно абсолютно безжизненного серого цвета. Она смотрит на меня с какой-то мольбой во взгляде, а я не могу ничем ее утешить, поддержать.
— Добрый вечер, мистер Смарт! — произношу я пересохшими губами, не сводя глаз с Николь, и вижу, как она выпрямилась в кресле и сидит с абсолютно прямой спиной. Я буквально слышу, как внутри нее дрожит натянутая напряженная струна, готовая вот-вот порваться.
— Мисс Торес, — кивает мне мистер Смарт.
А это именно он! Осязаемый, а не фантомный! На нем черная футболка, которая оттеняет смуглость его кожи, и делая его глаза еще более пронзительными и прозрачными. Темно-синие джинсы дополняют его образ. Он заметно похудел, черты его лица еще больше заострились, но это придает его внешности какой-то порочности и кричащей сексуальности.
— Мисс Миллер, могу я с вами поговорить, — произносит он бархатным голосом, наклоняясь к Николь. Не могу представить, что в данную минуту чувствует моя подруга, но у меня от его негромкого голоса на руках волоски сделали стойку, и появилось жгучее желание сбежать. — Наедине! — добавляет он, обводя взглядом притихших парней. Они молчат, но я буквальной каждой клеточкой ощущаю то напряжение, недоумение, что исходит от них. Но они лишь молча и сосредоточено наблюдают за мистером Смартом, фактически находясь под гипнозом его внутренней силы и авторитарности. Я вижу по глазам, какая в них застыла решительность и понимаю, что, несмотря на готовность сорваться, никто не сделает ни одного движения против него.
 
Николь медленно поднимается, а мистер Смарт услужливо отодвигает ее стул. Она бросает на меня такой беспомощный и полный отчаяния взгляд, что мое сердце сжимается от боли. Если он опять посмеет ее обидеть, я убью его собственными руками.
Я провожаю ее и мистера Смарта тяжелым взглядом и разворачиваюсь на кресле так, чтобы видеть, как они отходят к дальнему концу террасы и останавливаются около перил. Мистер Смарт кладет свою руку на перекладину и хоть внешне он спокоен и собран, но от меня не ускользает то, как он сжал перила рукой.
Глава 63
Николь не могла поднять на него глаза. Едва услышав его тихое приветствие, она почувствовала себя летящей в бездну, бездонную и черную. Сердце пропустило болезненный удар, потом еще один и она буквально услышала, как оно зашипело, останавливая свою бешеную скачку, врезалось с разбегу в ребра, и остановилось, рассыпавшись. Она смотрела на Эмили, пытаясь найти в ее глазах подтверждение того, что у нее просто слуховые галлюцинации и ничего более. Но на ее лице было все настолько красноречиво написано, что сомневаться в реальности происходящего не приходилось. В голове был такой сумбур, что ей действительно стало плохо, внутри все чувства и эмоции перемешались в термоядерный коктейль, не предвещая ничего, кроме апокалипсиса. А когда он попросил ее поговорить с ним наедине, наклонившись к ней так близко, что его теплое дыхание коснулось ее шеи, она почувствовала предательскую дрожь во всем теле, которое за это короткое мгновение настроило на него все свои ощущения и рецепторы. Оно не забыло его прикосновения, оно их помнило, и вот теперь, когда она стояла перед ним, тело заботливо подкидывало воспоминания от его рук, разжигая внутри такой опасный огонь, затапливая ее адским, сжирающим внутренности, пламенем.
Мистер Смарт молчал, она слышала его тяжелое дыхание, как будто оно давалось ему с большим трудом. Она видела его руку, которая стиснула перила до побелевших костяшек, и не могла отвести взгляда от его тонких, длинных красивых пальцев, которые когда-то ласкали ее, сводили с ума. Николь прикусила изнутри щеку, чтобы хотя бы физическая боль вернула ее в чувства, и сбросило тот морок из воспоминаний, что окутал ее и тянул за собой в трясину. Она не должна поддаваться своим чувствам. Мистер Смарт обидел ее, предал, вот об этом она должна думать!
— Николь, — первым нарушил тягостное молчание мистер Смарт и она невольно вздрогнула, услышав свое имя, произнесенное низким бархатным голосом. Сердце вновь дернулось в груди. — Почему ты не отвечаешь на мои звонки? — он нежно обхватил ее за подбородок, приподнимая и заставляя встретится с его взглядом. Она почувствовала, как подрагивают его пальцы от внутренних эмоций, которые он пытался скрыть за напускным спокойствием. Ей показалось, или действительно в его глазах была тоска?
— Я не отвечаю на незнакомые номера. — ответила тихо она, сделав в сторону движение головой, чтобы освободиться из его захвата, но он не позволил ей этого сделать, продолжая крепко держать за подбородок.
 
— И когда же он стал для тебя незнакомым? — спросил он и его глаза, цвет которых до этого был светло-голубыми как море на рассвете, мгновенно вспыхнули ледяными искрами. Да, вот теперь перед ней был именно тот мистер Смарт, которого она всегда знала, ее преподаватель литературы, холодный и отстраненный.
— Никогда не было по-другому, мистер Смарт, — проговорила она, глядя прямо ему в глаза. Она с удовлетворением почувствовала, как внутри у нее просыпалась ярость, замешанная на обиде, которую как ей казалось она уже похоронила. Но нет, она слышала ее урчание, как она распрямляет затекшие от долгого бездействия когти, готовая вцепиться в свою жертву.