Лето длиною в жизнь (СИ)

— Конечно, я все понимаю. — кивнула Ники, выходя из ступора. Ее выбивало из равновесия то, что он снова общается с ней официально.
— Кстати, сколько вам лет?
— Двадцать один исполнилось в январе.
— Отлично, одной проблемой меньше! — усмехнулся он.
— В смысле? Какой проблемой?
— Не нужно письменного разрешения на вашу поездку.
— А! Вы об этом! — кивнула Николь.
— Мероприятие назначено на пятницу двадцать пятое июня.
— А как же экзамены?
— Я в праве поставить вам по своему предмету автоматически высший балл, думаю вы его заслужили и уверен, что все это понимают. Вы — лучшая студентка потока. И не только по литературе. Не думаю, что с экзаменами у вас могут быть хоть какие-то проблемы. Наша подготовка им не помешает. Однако, если вас тревожит вопрос с экзаменами, то можем отрабатывать презентацию индивидуально! А перед мероприятием провести репетицию, расставив акценты. Подобный подход мне, честно, не нравится, но экзамены все же важнее! Выбор за вами!
— Мистер Смарт, я справлюсь и найду время для всего. — твердо ответила Николь. — Не хотелось бы отступать от плана работы.
— Очень надеюсь, что вас ничего не будет отвлекать. — он внимательно посмотрел на нее. — Можем, например, прогон презентации устраивать один раз на выходных, и один раз в будни. Подойдет? Понимаю, что выходные — это частное время и у вас есть свои планы на них, однако…
— Подойдет! — быстро сказала Николь, не давая мистеру Смарту продолжить.
— Хорошо! — ответил он и опять его губ коснулась едва заметная удовлетворенная улыбка. — Тогда жду прочтения работы и начнем готовиться.
— Да, постараюсь сегодня вечером обязательно прочитать.
— Какой день на неделе наиболее удобный будет для вас?
— Скорее всего среда.
— Отлично! Я подстроюсь под вас, мисс Миллер! — кивнул мистер Смарт. — Кстати, запишите мой номер телефона. Это для быстрой связи, если вдруг потребуется что-то уточнить.
— Хорошо. — проговорила Николь, не веря своим ушам. Как она не потеряла сознание от этого предложения?! У нее будет номер мистера Смарта! И она может ему позвонить! Нужно об этом как можно скорее рассказать Эмили. Буря неконтролируемых эмоций пронеслась по ее лицу и это не прошло незамеченным.
— Николь, можешь звонить в любой момент! Не сомневайся, я отвечу. — улыбнулся лукаво преподаватель, переходя внезапно на другую волну общения.
— Постараюсь не отвлекать! — улыбнулась она в ответ, хотя была сбита с толку данной перемене. — Могу я идти, мистер Смарт?! — ей почему-то захотелось стать инициатором завершения этого разговора.
— Да, — кивнул он, наблюдая как она подхватывает сумку, поправляет волосы, и покидает аудиторию. Он усмехнулся, смотря ей вслед, осознавая, что она попросту сбежала, потом покачал головой, и вдруг поймал себя на мысли, что ему бы очень хотелось, чтобы она ему позвонила.
Глава 29
Я сидела в кафе «У Андреа» и потягивала вкуснейший кофе с корицей и карамельным сиропом. На белой тарелочке источая невероятный аромат лежала свежеиспеченная булочка все с той же корицей. Что может быть приятнее пятничного утра?! Я встала сегодня раньше обычного, а все потому, что хотела вот этого коричного кайфа, и чтобы почувствовать, что я снова жива.
Андреа была удивлена, увидев меня, обивающей порог ее кафе в семь утра. Но ничего не сказала и не спросила, молча открыла двери, впуская меня, молча творила из подоспевшего за ночь теста булочки, ставила их в разогретую духовку, потом молча варила мне кофе, выпуская колечки из трубки в воздух. Она сидела, возвышаясь из-за прилавка, на любимом барном табурете с мягким валиком на сидении, помешивала очередные листики в отваре, который называла гордо чай и молча взирала на меня, даже не пытаясь нарушить тишину, что была между нами. И я ей была признательна за это! Мне хотелось, чтобы ничто не нарушало той хрупкой гармонии, что я старалась найти последнюю неделю. А неделя выдалась не просто тяжелой, а удручающей, выматывающей, выпивающей всю жизненную энергию и силы! И это не касалось экзаменов, которые начались! Нет! Ничто так не выматывает как самокопание и самобичевание! А именно этими двумя вещами я с упоением занималась с того дня как вернулась с океана. Я разрыла в своей душе страшную яму, и с ледяным отчаянием пыталась в нее себя похоронить.
 
Сначала Джонатан. Я чувствовала себя предателем в наших отношениях. Я задавалась вопросом, как я могла что-то испытать к другому парню, будучи с Джо?! Обниматься, целоваться, отдавать себя Джонатану целиком, как мне казалось, и все же припрятать какую-то часть себя для чувств к другому человеку! Как я могла сходить с ума от тоски, осознавая, что мой самый близкий человек уезжает, и уже через неделю сходить с ума от желания, чтобы другой человек дотронулся до меня! Да, мы ничего не обещали с Джо друг другу, только то, что будем продолжать жить дальше и общаться. Да, мы не клялись с ним в любви друг другу, и в принципе никогда не говорили об этом чувстве, так как и без этого признания, мы понимали, что между нами существует сильная связь. Связь. Похоже, что ей все же чего-то не хватало, раз появилось это другое чувство, которое разрывало на части мое сердце, вспарывало безжалостно на живую мой мозг.
Теперь Джеймс. Тот, что появился в моей жизни по воле случая. Тот, что заставил потерять голову, забыть обо всем, лишь сорвав с моих губ тот внезапный, импульсивный и такой страстный поцелуй в арт-кафе. Я много раз прокручивала в голове ту сцену и все наше общение по проекту с момента знакомства. Я абсолютно точно не давала ему поводов думать, что между нами может быть что-то большее. Я воспринимала его как друга. И этот поцелуй, полная неожиданность, на который среагировало мое тело. Все мое существо откликнулось на него, застигнутое врасплох. Поцелуй, перевернувший в один момент все с ног на голову внутри. Один поцелуй, и вот твоя жизнь разделена на две части «до» и «после», и сердце то несется по наклонной вниз, то взмывает вверх в неведомые дали.
Тогда мне казалось разумным решение Джеймса все забыть и продолжить работу над подготовкой к съемкам и соответственно его диплома. Мне так казалось, черт возьми! Но этот яд уже был впрыснут нам в вены и он растекался там тягучей лавой. И как бы я не старалась сохранять хладнокровие и серьезность, возникающие ситуации показывали реальность происходящего внутри меня. Я хотела Джеймса и в тот же момент отталкивала от себя это желание. Мне нужны были его эмоции, их проявление! Но я не имела права их провоцировать! Мы же договорились! Мы же не можем! Хотелось выть в голос от этого понимания! Меня лихорадило каждую секунду, что я проводила с ним рядом, поэтому я пыталась сократить эти встречи, предоставив ему полностью взять процесс подготовки в свои руки. А потом появилась Кэт. И неизведанное чувство ревности запустило эмоции по новому кругу моего персонального ада. Отъезд Джонатана только все усугубил, обнажая все тонкие грани, замешивая гремучую смесь из эмоций, к которым, как оказалось, я не была готова совершенно. Поездка на океан, взбудораженный взгляд Джеймса в воде, надрывный шепот «мелкая» и его руки на моем теле. Я готова была сдаться, готова была орать: «Возьми меня!» Но моя чертова раковина захлопнулась, отгораживая меня от него. Чего я испугалась? Чего?!
А потом все понеслось с оглушительной скоростью в черную непроглядную дыру, завалив меня сверху отчаянием, пониманием невозвратности. У меня долго перед глазами стоял его взгляд через зеркало и переплетенные пальцы рук его и Кэт. Он сделал свой выбор. Нет, не верно, я сама подвела его к этому выбору. Это я вложила руку Кэт в его руку! И как только я снова и снова приходила к этому выводу, меня сжигала изнутри ненависть к самой себе за свою слабость.
 
Почти неделя потребовалась мне на то, чтобы постараться найти баланс со своей совестью. Я не встречалась с Джеймсом, лишь получила от него пару сообщений, где он достаточно сухо и официально сообщал, что заказал в аренду необходимое оборудование, которое доставят в университетский городок в середине июня, так как финальные сцены будут сняты до того как мы отправимся в отель. Спрашивал, буду ли я присутствовать на этих съемках. Я ему не ответила.