Ловушка для химеры (СИ)
- Я тебя за язык не тянул, - сказал маршал, запустил руку под рубашку, уже наполовину расшнурованную и вынул амулет с крупным белым камнем. - Готова дать клятву на крови?
Келли мгновенно подобралась:
- Все так серьезно?
- Для меня - да.
- Тогда говорить не о чем. Клянусь своей кровью и жизнью, а в чем?..
- Клянись, что оставишь меня только в одном случае - если захочешь этого сама, по доброй воле, без принуждения. Если сердце остынет. Клянись, что если тебя попытаются заставить, кто угодно, как угодно - ты дашь мне знать и позволишь сражаться за тебя... любым оружием. Если тебя свяжут Немым Огнем - клянись, что пошлешь мне Немого Гонца. Я пойму. И - Келли... - Монтрез вытянул ее руку вперед, заставил сжать острую грань, добыв каплю крови, - Клянись не своей жизнью. Моей.
- Нет! - отчего-то испугалась она.
- Камень разбужен, кровь пролита. Клянись, Кел.
- Клянусь своей кровью и твоей жизнью, что разорву наш союз только по доброй воле, без принуждения, - послушно повторила Келли, ощущая между лопаток холодок очень нехорошего предчувствия, - если я окажусь в беде, то позову тебя на помощь, а если меня свяжут клятвой молчания, пошлю тебе Немого Гонца.
- Граничное условие, - напомнил Эшери. - Оно должно быть связано с твоей кровью.
Она вдруг усмехнулась, жестко, по-взрослому:
- Клянусь, что так и будет, если только Катарина Шатерзи не станет жрицей Змея.
Услышав ее условие, Эшери сначала вытаращил глаза, а потом громко захохотал, ломая всю торжественность момента.
- Да уж! Вот чему ТОЧНО никогда не бывать под всеми небесами. Скорее Алета снова отрастит волосы.
- Отрастит волосы? - удивилась Келли, - я думала, Императрица носит короткую стрижку потому что она ей идет и нравится. Нет?
Эшери хмыкнул, коротко и зло. Он так и не выпустил Келли из кольца рук, но темная страсть схлынула, как морок, и ее место заняла привычная, правильная нежность. Сейчас он не понимал, что такое накатило клепсидру назад, что даже его железный самоконтроль пошел прахом. Словно опоили...
Нет, он ни о чем не жалел... но очень хотел разобраться.
- Императрица, - напомнила Келли.
- Да мстит она так, - дернул плечом Эшери, - Десять лет назад ее захватили в заложницы, а в качестве выкупа потребовали анеботовые шахты. А император не поспешил принять все условия и оставить страну с голым задом. Вместо этого он вызвал нас с Винкером, мы вытащили Алету и отправили всех этих затейников по уголькам. Все закончилось хорошо. Но кузина так и не простила. Она... не самая добрая и кроткая девочка под этим небом.
Амулет, порозовевший от крови, подрагивал на груди Эшери в такт дыханию и притягивал взгляд. Келли накрыла его ладонью... и легонько вдавила. Железный маршал вздрогнул всем телом и вцепился пальцами в подоконник:
- Ведьма, - хрипло выдохнул он, - все ты знаешь и все умеешь. Тебя учить - только портить. Иди ко мне. Знаешь, я тебе сейчас такую вещь скажу... Только ты не смейся. Хотя нет, смеяться можешь, это и в самом деле смешно. Но не говори никому, хорошо?
- Не скажу, - легко согласилась Келли, которой сейчас было глубоко и искренне наплевать на все тайны, и смешные, и страшные.
К сожалению, чувство оказалось безответным. Тайны плюнуть на Кел то ли не захотели, то ли не осилили. В дверь кабинета забарабанили, громко, требовательно. Слуги так не стучат. Похоже, Боги есть и они сочли своей святой обязанностью обломать молодым брачную ночь.
- Мне под стол? - со смешком спросила она, - или зеркалом отправишь?
- Под какой стол? - Не понял маршал. Чтобы привести себя в порядок ему потребовалось ровно пол стука сердца: медальон за рубашку, затянуть шнуровку, поправить манжеты... и ни одна собака не догадается! - Что моей жене и хозяйке Монтреза под столом делать? Если сережку потеряла, так слуги найдут. Кого несет недобрым ветром? - спросил он, отпирая тяжелые двери.
- Срочные новости из Шариера, - Обжора с удивительной ловкостью просочился в комнату и, захлопнув дверь за собой, машинально набросил засов.
Краснеть и проваливаться сквозь землю было поздно и не по статусу. Келли выпрямилась и постаралась с достоинством встретить взгляд Шаари. Обжора скользнул по ней глазами, быстро и внимательно, повернулся к Эшери. И неожиданно выдал:
- Хоть где-то все идет как надо! Поздравляю с долгожданной свадьбой, Эшери. Тебе досталась красавица. Кел, прими мои соболезнования. Я бы за него не пошел!
- А я тебя и не звал, - фыркнул маршал, - между прочим, сюда тоже. Что там такое случилось, что не может подождать до утра?
- Священный Кесар скончался.
Глава 8
- Если все идет хорошо, значит, ты чего-то не знаешь, - пожал плечами Монтрез, - весь Шариер уже на ушах пляшет, или только дворец?
- Пока никто не в курсе. Только последняя наложница Кесара и маг-зеркальщик. Но они оба уже здесь.
- Значит, у нас есть фора. Две длинные клепсидры - точно, а при удаче все три. И мы будем последними дураками, если их не используем.
- Игру останавливаем?
Келли насторожилась.
- Ни в коем случае. - Эшери азартно прищурился, - Вот как раз сейчас она и начнется по-настоящему.
- Псих, - кивнул Шаари. Словно давний диагноз подтвердил. - Понимаю, почему ты не играешь в кости. Тебе не интересно. Слишком мало переменных, слишком просто все учесть.
- Зануда, - не остался в долгу Кот.
- Кто-то должен им быть, - не обиделся тот, - Раз больше некому, придется мне. Кел, сестренка, подойди.
Окинув ее придирчивым взглядом Обжора покачал головой:
- Спалится, к колдунье не ходи! Платье и волосы привести в порядок - на три счета. Даже колдовать не надо, любая горничная справится. А вот что с лицом делать, ума не приложу...
- А что у меня с лицом? - забеспокоилась Келли.
- Да ничего страшного, даже красиво. Я оценил... - он шкодливо прищурился.
- Шаари!
- Глаза блестят, уши горят, губы зацелованы, - методично перечислил Обжора, - Про улыбку я вообще молчу. Мозг вернется хорошо, если послезавтра.
- Так выглядит счастливая и любимая жена, - посмеиваясь, заметил Эшери, - запомни на случай, если надумаешь.
- Маскирующий амулет нужен. Обратно в зал ее мелкая проведет. Историю... придумаете на ходу.
- Что тут думать, устрицы, - пожала плечами Кел. - Первый раз попробовала. Нормальная реакция, многие целый день потом зеленые ходят и от еды шарахаются.
- О! - Эшери вскинул палец, - а ты говорил - послезавтра.
- Плохо целовал, значит...
- Мне понравилось, - огрызнулась Келли, - а кому не досталось, пусть завидуют молча. Давай свой амулет. И поосторожней там, с наложницами. У них в алабее тридцать три булавки и каждая своим ядом смазана.
- Откуда такие познания? - изумился Обжора.
- Из дома. У нас эти... в алабеях по замку стадами ходили, пока вы со своей отмороженной дипмиссией нам на голову не свалились...
- Это ТАК выглядит счастливая жена? - подозрительно переспросил Обжора, - спасибо, лучше помру холостым.
- А не выйдет, - мстительно пропела Келли. Она с прищуром смотрела на своего приятеля, почти брата и удивлялась, как это не увидела такую яркую вещь раньше? Правда, мозги отключились. - Ходить тебе холостым до следующего полнолуния, а потом белой лентой спутают.
Обжора выглядел настолько ошарашенным, что Келли пожалела парня и решила добить, чтобы не мучился.
- Я же ведьма. У тебя тиар над головой. Значит, на Небе тебя с твоей супругой уже связали, осталось только на земле встретиться. А если тиар горит так ярко, то срок - месяц, не больше.
- Беру свои слова назад, - Шаари передернуло, - вы с командиром стоите друг друга. От обоих жуть до костей пробирает.
Проследив, как за Келли и Нааритой закрылись двери, Монтрез подошел к зеркалу и аккуратно коснулся, поворачивая на тяжелых шарнирах и, одновременно, стараясь поймать отголоски сопряжений.