Ловушка для химеры (СИ)
- А она и живет. Замуж вышла, занимается виноградниками в свое удовольствие. С внучкой возится.
- Внучкой? Но ведь Первый Герцог...
- Не женат. И не собирается. Во всяком случае, он ни за кем не ухаживает. Но у него есть дочь.
- Бастард? - брезгливо скривился военный в синем, гвардейском мундире.
- Дочь Змея.
- Какая разница? По сути-то все равно бастард.
- Только при хозяйке этого не скажи. Она ведь тоже дочь Змея. Откажет от дома - и к гадалке не ходи!
Гвардеец повел подбородком. То ли воротник мундира ему жал, то ли разговор был неприятен. Неожиданно он подобрался и "сделал стойку".
- Кто это?
- Где?
- Рядом с Арнелией. Брюнетка в зеленом. Я ее раньше здесь не видел...
- Лучше тебе в ее сторону и дальше не смотреть, - его собеседник, обесценивая собственный совет, кинул довольно долгий и, откровенно, одобрительный взгляд на молодую брюнетку в строгом, но невероятно элегантном изумрудном платье. Оно ей просто головокружительно шло, как и невысокая, пышная прическа, диадема из горного хрусталя и легкая отстраненная улыбка, с которой незнакомка слушала хозяйку бала.
- Так кто она? Ты знаешь?
- Маркиза Тарьен.
- У красотки есть муж? - дернул бровью гвардеец.
- Муж - внеуровневый маг стихийник, сын - герцог, правда, по малолетству пока не правящий, но пара гвардейских полков у него найдется. А сама она, кстати, жрица Змея.
- Серьезно? - кадык гвардейца дернулся.
- Шучу. Если хочешь - попробуй, я тебя представлю. Но хоронить не буду, и не проси. Сам вляпаешься - сам и выкручивайся. Яму копай, камень заказывай, службу оплачивай. Пролеветировать труп, скинуть на место и присыпать землей, так и быть, могу. Это не трудно. А на остальное не рассчитывай, самоубийцы богам не угодны.
Небольшой, но слаженный оркестр играл что-то очень лиричное. По широкой лестнице, загнутой полукругом, текла неторопливая разноцветная река гостей. Рука Кел лежала на сгибе локтя графа Ласси.
Может и не лучшая компания для появления в свете, но не ей привередничать. Если разобраться, у самой с родственниками тоже... хм... не все радужно. Так что они с Лефом были вполне себе гармоничной парой: племянник и дочь целой плеяды сидящих в крепости и повешенных на закате. Явились потанцевать в дом к тем, кто сажал и вешал. По их же любезному приглашению.
Жизнь иногда бывает такой странной...
Следом за ними, отстав на приличное расстояние, поднимались Орв и Наарита. Как выкрутился Янг, Келли не знала, но верила - он что-то придумал. Школу курировал сам герцог, так что приглашение на Весенний бал в Монтрез, традиционно, получил весь выпуск.
- О, Святые Древние, кого я вижу? Рыжая умеет носить платье? Неожиданно... Но что за цвет, дорогая? Ты сшила его из двух простыней? Про фасон я вообще молчу, такой могла бы одеть какая-нибудь молочница, да и то - только разносить молоко. На свидание она бы выбрала что-нибудь более... выразительное.
Кел поприветствовала соперницу едва заметным взмахом ресниц, большего та не заслуживала. Ни как стихийница, довольно слабая, ни как хамка. Тоже, кстати, посредственная.
Изысканные оскорбления - это, между прочим, тоже наука. Жаль, что нельзя вытереть туфли носовым платком, а потом затолкать этот платок меж чьих-то зубов... но ожидания и реальность вообще редко совпадают.
- Добрый вечер, Верна. Барон Жакри, - кавалер стихийницы удостоился слабого наклона головы, - А вам, я смотрю, не занимать храбрости.
- Простите? - удивился тот.
- Ваша спутница только что подвела вас под закон об оскорблении Величества, двадцать лет в Логнери... а вы даже в лице не изменились. Позвольте выразить свое уважение.
- Что ты несешь, рыжая, какой закон? Головой ударилась? - громко удивилась Верна.
Келли послала барону еще одну извиняющую улыбку.
- Ваша дама изволила рискованно пошутить по поводу моего платья, которое в точности повторяет платье Ее Императорского Величества на последнем зимнем балу...
Барон немедленно изменился в лице. Келли никогда не видела, чтобы живые люди так стремительно бледнели.
- Шутка, действительно, не лучшая, - произнес он, наклоняясь к Лефу, - но... это ведь только шутка.
- Действительно, - кивнула Кел, - она может и не дойти до ушей Ее Величества.
Барон соображал быстро.
- И что для этого должно произойти?
- Жрецы учат нас, что мир справедлив и им правит закон воздаяния, - с благостного лица ведьмы можно было писать фреску, - положим, этот закон сработает. И вы... совершенно случайно проиграете последнее испытание. Это удовлетворит вселенную - а кто мы такие, чтобы с ней спорить?
- Что? - опешила Верна, - Ан, ты ведь не спустишь им эту наглость?
- У вас есть выбор, - Леф пожал широкими плечами, обтянутыми камзолом цвета темного шоколада, - уверен, ваши дипломы скрасят вам молодость, проведенную в камере. Мое почтение, барон и примите соболезнования по поводу выбора спутницы на этом балу.
Они поднимались вверх, а сзади разыгрывалась драма.
- Коварно, хоть и не слишком тонко, - профессионально оценил интригу граф Ласси.
- В самый раз для этой парочки. Где тонко - там и рвется.
- Но платье императрицы было совсем другим.
- А как они об этом узнают? - улыбнулась Кел.
Этот бал начинал ей нравится. Кажется, будет весело...
Если б девушка только знала, какое веселье ее ждет!
Глава 5
- За успех? - герцог Монтрез покрутил в тонких пальцах ножку хрустального бокала, до половины наполненного любимым бледно-желтым вином. Друзья именовали его только кислятиной и больше никак.
- Чтобы было интересно, - подмигнул Маркиз. Он тоже плеснул себе желтого, хоть и поморщился... для вида. И по привычке. Первое время, в юности, он и правда пил сухое, подражая своему сеньору и кумиру. Кривился - но глотал, как те мышки, которые плакали, кололись, но ели кактус. А потом вдруг распробовал. Отличная штука оказалась, освежающая и с тонким вкусом.
Третий пил фиольское сладкое и очень умеренно. Неожиданно, при такой-то комплекции. Из него можно было скроить двух Маркизов и трех Эшери: широкоплечий, плотный... даже, можно сказать - полный. Если не присматриваться. Более внимательный взгляд мог бы отметить, как легко он носит свое большое и с виду грузное тело, как точны и даже грациозны его движения. Как у танцора. Или опытного фехтовальщика.
- Чтобы победил достойный. И пусть мы обойдемся без несчастных случаев, - серьезно сказал он.
- Обжора в своем репертуаре! - подколол Маркиз. - Если эти детки покалечатся на игре, то на реальной боевой операции им делать нечего. Пусть собирают свои носовые платки и бантики и едут по домам, под теплое крылышко.
Обжора вскинулся, было, возразить...
- Он прав, - мягко заметил Эшери, - игра будет жесткой. Но ее главная цель - выявить тех, кто способен к нашему делу, а кому, действительно, лучше под крылышко. Пока себя не угробили и других не подставили. Не мы такие - дело у нас такое. Безжалостное. Опасное. Иногда - грязное. Но, бездна нас прибери - необходимое.
- Тогда, за успех нашего дела. И пусть оно прирастает достойными, - улыбнулся Обжора.
- За это - хоть бочку твоей кислятины, - поддержал Маркиз.
- Конечно. Кислятина-то моя...
До отдаленного кабинета не доносились звуки ни из зала, ни с улицы.
- Нам не пора?
- Если опоздаем, мама с генералом Райкером откроют бал.
- Когда уже открывать его будешь ты? С хозяйкой?
- Вот когда будет хозяйка, тогда сразу и начну.
- А вы еще не назначили дату свадьбы? - удивился Шаари.
- А ты уже свечку купил? - беззлобно подколол маршал. - Держать будешь?
- Захочешь - справишься, - отшутился Обжора, - а нет, так и пять подсвечников не помогут. Просто я думал, что дело решено. Прости, Эшери, может я и впрямь зря влез, но в том походе, в Шатерзи, между вами двумя так искрило, что я думал - льды растают.