Анимус. Дилогия (СИ)
Элин лишь единожды пересекался с Вардоком лицом‑к‑лицу, и первое впечатление от этой встречи можно было назвать разве что нейтральным. Мастер‑целитель платинового ранга просто не сделал ничего хорошего или плохого – только выполнил свою работу. То, что перед этим его слуги повели себя несколько грубо можно смело списать на случайность и в расчёт не принимать.
– “… о нём я практически ничего не знаю. Каков он на самом деле, чем дышит и что держит под контролем? Ответы на все эти вопросы своими силами я если и получу, то очень нескоро. Остаётся всего два варианта – отец и кто‑то со стороны. И во втором случае информацию мне придётся купить, предоставив нечто ценное. Знания, например”.
Экс‑абсолют бросил мантию на небольшой столик перед диваном, после чего устроился поудобнее, левую руку убрав под затылок, а правую закинув на не слишком высокую спинку импровизированного лежбища. То, что ему требовался хороший отдых – неоспоримый факт, так как в дороге, сколь бы опытным анимусом ты ни был, полноценно расслабиться было невозможно. Но и просто пустить всё на самотёк…
– А, впрочем, почему бы и нет? – Тихо бросил перерождённый, приняв сидячее положение. Змейка, с комфортом устроившаяся на вершине ломящегося от шикарной посуды шкафа, тоже подняла голову, с ожиданием уставившись на носителя. – Если меня в чём‑то подозревают, то оптимально будет выждать какое‑то время, оставив всё Кацелиану. Отдохну и разберусь с делами, которые не вызовут лишних вопросов…
Элин улыбнулся – и рухнул обратно. Простое и изящное решение долго крутилось под самым носом, но увидеть его он смог только сейчас.
Основная проблема канула в лету, и перерождённый, рефлекторно развесив по комнате комплекс сигнальных техник, устроился поудобнее, приготовившись навестить царство Морфея. Стоило ему только закрыть глаза, как сознание погрузилось в благодатную тьму…
* * *
В то же время Кацелиан вышагивал по коридорам своего небольшого дворца столь стремительно, что невысокая Ланеска едва за ним поспевала. Мужчина не стал скрывать от сестры подноготную происходящего, посвятив Ланеску в тайну клана Нойр. Но при этом он строго‑настрого запретил ей вмешиваться в это хоть словом, хоть делом, пригрозив при малейшем проступке сию минуту лишить её власти.
Лишний раз сюсюкаться с сестрой Кацелиан не собирался – свой лимит доверия она уже исчерпала.
– Будешь преследовать меня до самого кабинета? – Вскользь брошенный вопрос достиг ушей Ланески, и та словно с цепи сорвалась, разразившись целой тирадой.
– Издеваешься?! Ты действительно согласен покрывать этого выскочку?! Собираешься проигнорировать один из основополагающих законов нашего города?! – Ланеска вышла чуть вперёд, развернулась – и остановилась перед Кацелианом, преградив тому путь. В своём порыве она даже не обратила внимания на беззвучно развернувшийся вокруг звукоизолирующий барьер, которым озаботился глава Мурум. – Он опасен, а та лояльность, на которую ты ссылаешься – призрачна! Сегодня она есть, а завтра её не станет! Как ты не понимаешь, что человек, обладающий такой силой, не сможет удержаться от того, чтобы не использовать её против нас?!
– Не понимаю? Ты ошибаешься, сестра: я лучше тебя знаю, чем опасны менталы. Но ответь мне на один вопрос – что мы будем делать без него, если против нас выступит другой анимус, обладающий подобным талантом? – Кацелиан приподнял испещрённый рунами амулет на своей груди, как бы предлагая женщине рассмотреть его поближе. – Наши самые совершенные артефакты неспособны не то, что остановить, но и даже сообщить о попытке ментального вмешательства. И если культисты, уже единожды посетившие наш город, действительно связаны с менталом… мы проиграем, даже этого не заметив.
– Должны быть другие способы…!
– Найди их. – Железно отрезал глава Мурум, почти мгновенно обойдя сестру. Та обернулась – но увидела лишь удаляющуюся спину брата, которого, похоже, окончательно достало нежелание Ланески мириться с чем‑то, что было ей не по духу. – Найди – и мы будем говорить на других условиях. Но до тех пор не выступай против Нойр и не подстрекай к этому других.
Кацелиан скрылся за дверьми своего кабинета, а замершая посреди коридора Ланеска, выждав пару секунд, вздрогнула – и вокруг разошлась слабая волна силы. Дорого выглядящие шторы затрепетали под этим напором, а мгновением позже задрожали стёкла.
Впрочем, это не продлилось долго, и временами дающая ярости волю женщина кое‑как взяла себя в руки. Несмотря на своё полное несогласие с позицией брата, она не собиралась идти против его воли, но и сидеть сложа руки намерена не была.
Ланеске осталось только придумать, как именно вывести Элина Нойр на чистую воду…
* * *
– “Семнадцать часов сна. Горазд же ты отдыхать, Элин!”. – Мысль змейки раздалась в голове перерождённого, стоило только ему открыть глаза. Он лежал на диване в той же позе, в которой и ложился на него, но кое‑что отличалось – под головой обнаружилась подушка, а на теле белоснежная простыня. – “Надеюсь, ты простишь мне некоторое своеволие?”.
– “Ты выходила из комнаты?”. – Парень нехотя опустил ноги на пол, и взгляд его упал на журнальный столик, на котором обнаружилась полная фруктов тарелка и миска с наваристой, щедро сдобренной мясом кашей. Последнее блюдо уже успело остыть… но уж чего‑чего, а готовить Эрида всё равно не умела. – “Эрида?”.
– “Алексия поняла, что ты здесь, и собиралась сидеть под дверью всю ночь. Я подумала, что капелька комфорта и заботы тебе не помешает, так что…”.
– “Сигнальные техники…?”. – Все они были на месте, но в нескольких перерождённый обнаружил следы активации. При том он не то, что не проснулся, но и не заметил этого.
– “Я перенесла на себя управляющий контур”. – Скромно призналась Эрида. – “Точно так, как ты меня и учил. И получилось с первого раза, между прочим”.
– “О чём я уже жалею. А если бы это оказался кто‑то другой? И что она, по‑твоему, увидела? Спящего меня и якобы контролируемого мною же змея, открывшего ей двери?”. – Элин сердито вгрызся в спелое, но сохранившее приятную твёрдость яблоко, параллельно взяв в руки ложку. Он хоть и не привык ругаться на то, чего уже не изменить, но сейчас решил прямо указать Эриде на её ошибки.
– “Алексия бесконечно далека ото всего того, что имеет значение для анимусов. В какой‑то момент она просто смогла открыть дверь. Только и всего…”. – Покуда перерождённый набивал желудок, уже в процессе давший о себе знать и вознёсший хвалу тому, кто приподнёс ему свежеприготовленную пищу, змейка металась по комнате, приближаясь к конструктам развёрнутых сигнальных техник и поглощая содержащуюся в них аниму.
Элин не обращал на это внимания лишь в первые несколько секунд, активно работая ложкой. Но стоило ему только увидеть и осознать, как столовый прибор чуть было не выпал из его рук.
– “Хочешь довести старика до инфаркта?”.
– “Старика? Ха!”. – Довольная произведённым впечатлением, Эрида закончила очистку гостиной от активных техник, проворно взобравшись на плечо своего, в обоих смыслах, носителя. Причём скорость и точность, с которой ей удался этот непростой манёвр, прямо указывала на то, что эту ночь змейка провела за тренировками. – “Я долго думала о том, как ещё можно увеличить мою автономность. Простое увеличение резерва неизменно повлечёт за собой не только рост моего тела, но и, что очевидно, пропорциональное увеличение аппетитов. И тогда я подумала, что, возможно, мне подойдёт любая анима. Я ошиблась – поглотить энергию светильника мне не удалось. Но когда я переводила на себя управляющие контуры сигнализации…”.
Рассказ Эриды был не очень коротким, но и длинным его назвать сложно – перерождённый едва успел покончить с едой, когда змейка замолчала в ожидании то ли похвалы, то ли дельных советов. Отповеди она очевидно не боялась, так как её достижения с лихвой покрывали совершённую ошибку.