Анимус. Дилогия (СИ)

Иными словами – объект себя никак не проявлял.
– “Нет. Стоит на одном месте… И, я думаю, это что‑то неживое. Оно не может двигаться”.
– “Всегда лучше переспросить”. – Пожал плечами перерождённый, уже прикидывая, как лучше будет попасть в канализацию, и стоит ли брать кого‑то с собой. Элин был уверен в том, что объект неживой, но спуститься вниз он стремился не только из‑за этого.
У него было одно очень странное предположение, заключающееся в том, что его Эрида чувствует другую Эриду… или, с учётом добытых результатов, её труп. Ведь если в одной реальности может существовать только один условный Элин, то почему бы тому же правилу не распространяться и на змейку? Дважды перерождённый каждый раз вытеснял из тела другого себя, тобишь – доминировал над другими душами. И если Эриде передалось аналогичное свойство, то крайне сильная змея вполне могла просто умереть, оставив за собой оболочку, но лишившись души. Тем более, что в это время она уже могла скрываться в городе…
Всего лишь теория, но звучала она весьма неплохо, и коррелировала со всеми остальными его предположениями, касающимися перемещений из одной реальности в другую.
– “Заручимся чьей‑то поддержкой?”.
– “Просто потратим немного времени на доскональное исследование объекта”. – Мотнул головой Элин, приметив более‑менее чистое место в переулке меж домов. Там он и устроился поудобнее, приготовившись использовать свои способности на максимум.
У всех техник и методик, так или иначе скрывающих и маскирующих присутствие, была общая слабость: внимательность и время позволяли даже зелёному новичку справиться с ловушкой абсолюта. В бою это было неактуально из‑за необходимости долго сидеть на одном месте и, по сути, медитировать, но если у тебя было время, то методы исследователей древних руин приходились как нельзя кстати.
Элин же сейчас обладал и временем, и соответствующими знаниями, а способная выполнять аналогичную работу напарница могла ускорить процесс как бы не вдвое.
Анимус опустил глаза, проинструктировал змейку – и ударился в работу, затянувшуюся на три с половиной часа.
Да, долго.
Да, муторно.
Но и надёжно, чего не скажешь о любых других способах, подразумевающих либо старый‑добрый авось, либо привлечение людей со стороны, которые определённо не станут просто смотреть на бесхозный и ценный труп демонического зверя платинового ранга.
– “Никого”. – Подвела итог Эрида, едва её носитель принялся разминать затёкшие от долгого сидения на одном месте ноги. Солнце за это время почти достигло зенита, из‑за чего даже в ранее прохладном переулке начало припекать. – “Но ты уверен в том, что это не ловушка?”.
– “После всего того, что с нами происходило, я уже ни в чём не уверен… Но с практически стопроцентной вероятностью канализации чисты, словно слёзы младенца. В каком‑то смысле”. – Элин довольно быстро отыскал непримечательный железный люк, закрывающий ведущую вниз лестницу. – “И я бы не стал лишний раз рисковать без веской причины”.
– “И какую причину ты считаешь достаточно веской?”.
– “Кристалл, чешуя, кости… и кровь. Всё это понадобится мне для того, чтобы увеличить скорость своего роста как анимуса”. – Перерождённый не собирался с головой нырять во тьму или устраивать человеческие жертвоприношения, но условно‑безопасные, – по меркам Авалона, – ритуалы ещё никому не навредили. Конечно, шанс вместо плюсов получить сплошные минусы всё ещё имелся, но с тем же успехом абсолют мог подавиться яблоком и задохнуться в муках. – “По этим же причинам я не рассматривал привлечение людей из клана или со стороны. На тёмные ритуалы в Китеже смотрят косо, а добыча мне нужна вся, от и до”.
Отвечать Эрида не стала, вопреки заверениям Элина сосредоточившись на поиске опасностей. Они уже спустились вниз, и теперь петляли по узким коридорам, стараясь не свалиться в жёлоб с нечистотами.
И так как идти было совсем недалеко, они уже спустя минуту вышли к отстойнику, рядом с которым и лежало весьма крупное тело старой Эриды.
Серебряная, необычайно прочная чешуя, внушительные поблекшие глаза и угрожающе выглядящие клыки – после поверхностного осмотра Элин удостоверился в том, что причиной смерти змеи стало отнюдь не внешнее воздействие. На гигантском теле не было ран, да и в целом ситуация выглядела так, будто демонический зверь просто полз по своим делам – и умер, даже не успев ничего понять.
 
– “И это… старая я?”. – Толика пренебрежения и даже отвращения в мыслях змейки перерождённому была понятна целиком и полностью. Как‑никак, Эрида уже давно была куда ближе к людям, нежели к симбионтам. Особенно к тем, что населяли этот мир и вели кровопролитную войну с людьми. – “Отвратительно. Жаль только, что у нашего шлема тот же цвет, что и у её чешуи”.
– “Это так важно?”.
– “Очень. Я бы предпочла не иметь с ней ничего общего…”. – Змейка говорила серьёзно, без единого намёка на шутку, так что Элину оставалось лишь молча с ней согласиться. Влезать в споры касательно цветов – не совсем то, о чём он мечтал.
– “Тем не менее, с её трупом не всё так просто, как хотелось бы”. – Несмотря на то, что с горем пополам анимус прорубился через плотную чешую и плоть, добравшись до кристалла, этот самый кристалл производил крайне удручающее впечатление. Покрытый сетью трещин, он был совершеннейшим образом пуст. Даже анима покинула его, словно испытывая к повреждённому вместилищу настоящее отвращение.
И это при том, что в обычных условиях кристаллы могли храниться столетиями.
– “Я думаю, что это – следствие нашего здесь появления. Я… чувствую какое‑то эхо. Оно больше не манит меня, но и не отталкивает. Словно информирует. Предостерегает”. – Элин, покрутив кристалл в руках, нахмурился. Слишком уж зловеще на его взгляд звучали слова змейки о предостережениях. Зловеще настолько, что проснулось даже его предчувствие, идти против которого анимус не решился.
Кристалл отлетел в сторону, в воздухе разлетевшись на сотни осколков – перерождённый бил так же метко, как и всегда.
– “Я уже говорила тебе о том, что твои решения слишком кардинальны?”.
– “В первый раз слышу”. – Хмыкнул он, всё‑таки приняв услышанное во внимание. – “Этот камень всё равно был бесполезен, но мог представлять опасность. Как ощущения?”.
– “Больше ничего. Видимо, чувствовала я именно его”. – Удовлетворившись таким ответом, Элин покосился на сомнительного качества пространственный перстень. Такой поделки было достаточно для решения бытовых проблем при повседневной носке, но целая туша в него точно не влезла бы, а перспектива заниматься её разделкой анимуса не слишком‑то прельщала.
Жаль только, деваться было некуда. Рискнуть и бросить труп значит с немалым шансом лишиться трофея, а одна лишь кровь могла вмиг, – не буквально, конечно, – протолкнуть Элина на полранга вперёд. Казалось бы – такая мелочь при той скорости, с которой экс‑абсолют набирал силу раньше, но даже несколько сэкономленных дней могли решить всё.
Второй раз проигрывать демону алмазного ранга Элин не желал, и потому намеревался взяться за себя всерьёз. Тело, каналы, резерв, артефакты – не брезговать ничем, беря от мира всё, что он может дать.
Таким стал девиз перерождённого, отбросившего гордость абсолюта.
– “Прислушивайся к своим ощущениям и говори, если что‑то почувствуешь. Досадных случайностей сейчас лучше всего избегать”. – Вляпаться в очередную кучу дерьма Элин сейчас желал меньше всего на свете, так что лишние предосторожности лишними не были по определению. – "И следи за входом".
Сформировав простейшее лезвие из анимы, анимус приступил к работе.
 
Разобрать труп на составляющие меньше, чем за шесть‑семь часов Элин и не надеялся.
  
Глава 2
 
Из канализации перерождённый выбрался в хорошем расположении духа, и это настроение не могли испортить ни шарахающиеся в стороны прохожие, ни кривящие лица девицы, ни подозрительно посматривающие на подростка патрульные.