Путь к сердцу принца лежит через его... (СИ)

Глава 10
  
ГЛАВА 10
 
На сцене установили два небольших стола и стулья для «дуэлянтов», друг напротив друга. Перед каждым участником находились чистые листы бумаги и перья с чернильницами. Лисандра же устроилась возле фортепиано, куда установили шкатулку с нашими заданиями и песочные часы. Решили, что все желающие напишут на клочках бумаги темы для стихов, а после их смешают между собой. Распорядитель по мере необходимости будет доставать одно из заданий и объявлять участникам. На написание каждого стиха времени дается столько, сколько будет сыпаться песок. А это, как сказала Лисандра, десять минут.
М-да, что-то нервничать начинаю. У меня такого опыта стихоплетства, как у Кастаниэля, нет. Как бы не опозориться! Хотя, по большому счету, не имеет значения, одержу я победу или проиграю. Все равно останусь в выигрыше. Но тут уж срабатывало дело принципа. Так легко победу я отдавать не собираюсь. Так что, Кастаниэль, готовься! Приложу максимум усилий, чтобы тебя уделать!
Остальные гости расселись на ближних диванах и приготовленных слугами стульях перед сценой. Заметила, что некоторые даже ставки делают. И конечно же, не такие, как мы с Кастаниэлем. На деньги спорят! То, что на меня ставили не столь активно, неожиданностью не стало.
Наконец, все приготовления были завершены. Мы с принцем светлых эльфов сидели друг напротив друга и мерились взглядами. Сладкоголосый, не скрывая усмешки, подмигнул мне, когда Лисандра спросила:
— Ну что, готовы?
— Абсолютно, — лениво отозвался эльф.
— Готова, — выдавила я из внезапно пересохшего горла.
— Тогда объявляю начало литературной дуэли открытым! — торжественно объявил наш распорядитель. — И первым вашим заданием будет… — графиня сделала торжественную паузу, роясь в шкатулке и улыбаясь зрителям. Потом извлекла сложенный вчетверо клочок бумаги и медленно развернула. — Написать стихотворение о последней встрече двух влюбленных перед разлукой. Автор темы — Мира Райскрейд.
Племянница ректора чуть засмущалась раздавшимся аплодисментам зала и бросила влюбленный взгляд на Кастаниэля. Ох, батюшки, похоже, она тоже его фанатка! Именно за этим и притащилась на прием. А Нинеллу наверняка в качестве дружеской поддержки прихватила. Если бы не это, я бы с ними и не пересеклась!
Кастаниэль так обворожительно улыбнулся девушке, что она и вовсе превратилась в нечто невменяемое и восторженное. Раскраснелась, глазки горят, грудь тяжело вздымается.
— Отличная тема! — промурлыкал эльф. — Благодарю вас, милое создание!
Мира шумно вздохнула и окончательно поплыла.
— Ну что ж, дорогие дуэлянты, время пошло! — прервал их игру в гляделки веселый голос Лисандры, перевернувшей песочные часы.
Я придвинула к себе поближе бумагу и закусила губу. Из-за направленных на меня всеобщих взглядов сосредоточиться не получалось. Так, соберись, тряпка! Представь, что никого вокруг нет, а ты в своей комнате. Как и вчера, когда пыталась скропать несколько стишат.
Вскоре мне все же удалось успокоиться. Тем более что краем глаза заметила, как Кастаниэль уже что-то увлеченно строчит. Не будем от него отставать…
— Время вышло! — я едва успела дописать еще одну строфу, когда Лисандра снова подала голос.
Проклятье! А ведь только втянулась и даже увлеклась этим занятием! Ну да ничего не поделаешь. Главное, что теперь успокоилась и настроилась на нужный лад. Со следующим туром, которых предполагалось три, это поможет не тупить на старте.
Лисандра забрала у нас листочки и сделала вид, что задумалась.
— Кому же дать возможность первого выстрела? Может, вызванной стороне?
— Уступаю такую прерогативу очаровательной даме, — вмешался Кастаниэль.
— Вы очень любезны, ваше высочество, — я скупо улыбнулась.
Вот же засранец! Знает, что большее впечатление производит обычно последнее выступление. Но вывернулся так, словно мне одолжение сделал. И заработал себе плюсик в глазах зрителей таким обходительным поведением.
 
— Ну что ж, тогда прочтем поэтический экспромт нашей гостьи с юга! — подытожила Лисандра, выдвигая вперед мой листок.
Зрители замерли, не желая упустить ни строчки. И это даже польстило. Почему-то думала, что фанатки Кастаниэля сознательно станут мешать мне победить. Но видимо, все же побоялись осуждения других аристократов. Тут все-таки большое значение придавалось внешним приличиям.
— «Не растворяйся в утреннем тумане
Несбывшейся, потерянной мечтой.
Ты задержись на этой зыбкой грани
И не спеши сливаться с пустотой.
Пока возможно, дай налюбоваться
Сияньем и теплом любимых глаз.
От губ твоих не в силах оторваться
В наш сладко-горький и последний раз.
«Прощай, любимый», — так сказать мне трудно,
Так хочется оставить, удержать
Жестокие слова твои: «Так нужно!» –
Мне слишком больно сердцем осознать»*
(*примечание: все стихи, использованные в этом произведении, ниоткуда не позаимствованы. Сама наваяла, так что не судите строго).
Некоторое время царила тишина, а потом Кастаниэль захлопал мне первым, что будто прорвало плотину. Остальные тоже начали поддерживать. Кое-кто даже выкрикивал нечто одобрительное.
— Неплохо, — небрежно бросил мне принц светлых эльфов. — Тем более учитывая столь малое время на написание.
— Благодарю, — я царственно кивнула.
Сама нисколько не обманывалась по поводу качества моего стиха. Но по крайней мере, в грязь лицом удалось не ударить.
— А теперь вашему вниманию предлагается работа нашего всеми любимого Сладкоголосого поэта.
Лисандра кокетливо стрельнула в принца глазками, и он послал ей воздушный поцелуй.
— «Любимая, к тебе взываю!
Мой крик отчаянья достиг небес.
На милость всех богов я уповаю,
Чтоб лик твой не истерся, не исчез.
Я без тебя лишь тлен, я прах бессильный,
Костер без искры, море без воды,
А мое сердце гложет червь могильный,
Что небесам кричит одно: «Где ты?!»
Этот пафосный бред длился еще целых пять строф. Мне стоило большого труда сдерживать страдальческую гримасу и не показывать, что думаю о творении «великого поэта». А вот поклонницы в зале, похоже, были в восторге. Некоторые особо чувствительные натуры даже слезы платочками утирали.
И почему-то меня нисколько не удивило, что при подведении итогов подавляющее большинство собравшихся проголосовало за Кастаниэля. Бальзамом на душу пролилось то, что практически все мужчины и даже некоторые женщины отдали предпочтение моему стиху. Не продула всухую.
Принц же буквально лучился самодовольством и поглядывал на меня эдак снисходительно. Мол, на что ты вообще рассчитывала, когда бросала мне вызов?
— Итак, победа в первом туре за Сладкоголосым, — Лисандра несколько сочувственно посмотрела на меня. — Но еще рано сдаваться! Впереди два задания. Может, в них нашей дорогой Фелиции повезет больше.
Со стороны зрителей послышался отчетливый презрительный фырк. Мира Райскрейд. Ну, кто бы сомневался? Хотя на нее тут же зашикали. Даже дядя взглянул несколько укоризненно. Она негромко пробормотала: «Извините», и снова преданным взглядом уставилась на Кастаниэля.
Лисандра между тем уже тянула новый клочок бумаги из шкатулки.
— Новое задание: «Любовь с первого взгляда». Автор пожелал остаться неизвестным.
Она заинтриговано обвела глазами зал, но лица у всех оставались невозмутимыми. Понять, кто предложил такую тему, было невозможно. И опять тема была близка Кастаниэлю. Принц лучился все большим самодовольством.
Смотри не лопни, ты мне еще нужен! — злорадно подумала.
— Время пошло! — прервала мои не слишком добрые размышления Лисандра.
И начался новый виток этого ада. Ну вот как описать чувства, которые сама ни разу не испытывала? Тут трудно не удариться в банальности и пафос. Впрочем, Кастаниэля это никогда не смущало. Вон уже пятую книгу выпустил! Так чего я тушуюсь?