Кланы вне закона 3 (СИ)

Никакого артефакта перемещения, разумеется, не было. Для того, чтобы вырваться из хватки Синего Дона, я использовал Атрибут телепортации. Вот только ни Правитель, ни кто-либо ещё об этом не знал. О том, что я могу поглощать способности убитых мной врагов я промолчал, и даже самые сильные Шерифы не смогли получить от меня правду.
Как уже было сказано, я выскользнул в последнюю секунду, переместившись на землю. Но инерция падения была столь велика, что меня протащило по земле ещё несколько метров. Назвать посадку мягкой было невозможно, но я был рад и тому, что получилось. По крайней мере, я остался в живых…
Что я ещё скрыл от Правителя, так это то, что после падения Синий Дон умудрился выжить. Его тело было переломано, конечности вывернуты под неестественными углами, под спиной растекалась кровавая лужа, но этот хум всё ещё был жив!
Мы с ним приземлились с задней стороны Шпиля. С площади нас было не видно, так что нас не заметили, и на помощь нам никто не спешил. Этим я и воспользовался, с трудом дохромав до распластавшегося на мостовой Дона. При падении мою ногу вывернуло, и я передвигался, подволакивая её за собой, но тогда это меня не волновало. У меня всё ещё были вопросы, которые я намеревался ему задать.
— Расскажи мне всё! — велел я ему, используя Атрибут принуждения.
Как и ожидалось, несмотря на всю свою уязвимость, Синий Дон был не из тех, кого легко расколоть.
— Я ничего не скажу тебе, Кастиан Норд! — прошипел он сквозь плотно сжатые зубы. — Ты бросил мне вызов и победил. Но твоя победа не будет сладкой… Я унесу с собой столько, сколько смогу унести!!!
Земля вокруг него вздыбилась, воздух превратился в желеобразную массу, тугую и токсичную. Синий Дон, используя дар Архитектора, менял реальность, пытаясь на прощание уничтожить всё, что только мог. И я прекрасно понимал, что если ему удастся завершить задуманное, то тогда его последний всплеск силы будет настолько ужасен, что уничтожит основание Шпиля. Огромная башня рухнет, погребя под собой тысячи человек, навсегда скрывая свои тайны.
Именно поэтому я сделал единственное, что мог. Я бросился на него, сжимая в руке артефакт с нанесённой на его поверхность Руной равновесия, и принялся лупить его со всей силой, на какую только был способен. 
Я вымещал на нём всю ярость и ненависть, что у меня были. Я ничего не видел и не слышал. Время перестало для меня существовать…
В себя я пришёл только тогда, когда члены моей Артели сняли меня с его мёртвого тела. К тому моменту он был уже мёртв и так обезображен, что я легко убедил всех, что он погиб сразу после падения с вершины Шпиля. Собственно, это было совсем не сложно — то, как он умер, никого не интересовало. Было важно лишь то, что величайший злодей в истории Хавока был мёртв.
Но я знал правду и понимал, что картины последних секунд жизни Синего Дона останутся со мной до конца моей жизни…
Мы с Правителем продолжили нашу прогулку. 
Нас окружали великолепные, кристально чистые озёра, в которых плескались белые лебеди с длинными шеями, в воздухе щебетали птицы, а посреди окружённой цветущими растениями и цветами полянки нас ожидали два мягких глубоких кресла и кофейный столик, до краёв заполненный чайными принадлежностями и вазочками с фруктами и пирожными.
Мы опустились в кресла, и Правитель сам, без моей помощи, разлил чай по чашкам. Это была величайшая честь, которой мог удостоиться простой смертный. Я это понимал, и получал удовольствие от каждой секунды.
Закончив наливать чай, он подвинул мне чашку и задал следующий вопрос.
— Кастиан, я понимаю, что много в истории Синего Дона осталось неизвестным. Но не могли бы вы рассказать мне то, что сумели узнать. Как мне сообщил многоуважаемый Командор, в этом вопросе вы разобрались лучше, чем кто-либо ещё…
Я принял свою чашку и кивнул. 
Это была правда. Пусть я и не успел расспросить Синего Дона, но всё-таки сумел понять многое из его истории. Собственно, входя в его покои, скрытые за кабинетом Представителя, я уже знал достаточно много. Мои последующие изыскания лишь позволили убедиться в собственной правоте и заполнили некоторые пробелы…
 
— Меня с самого начала насторожило то, что, согласно официальной версии, Синий Дон правил Кланом уже несколько десятков лет. Он должен был быть весьма зрелым человеком, но Представитель всё ещё был молод. Более того, это был не первый Представитель Синего Дона! Как говорили мне мои источники, у Дона и раньше были Представители, как мужчины, так и женщины. И это было очень странно… — медленно, осторожно подбирая слова, начал я, не забывая при этом прихлёбывать вкуснейший чай. — Всё объяснилось очень просто. Все Представители, все, кто работал на Синего Дона, были всего лишь куклами. Марионетками, которых он изменил своим даром, сделал собственными воплощениями. Но они не просто выполняли его волю. Их тела были изменены. Синий Дон фактически сделал их пустыми сосудами, заполнив их собой. Они обладали частью его дара, а он не просто управлял их действиями. Он видел мир их глазами. Он был ими в полном смысле слова. И, когда они ему наскучивали, он просто заменял их новыми версиями…
Когда эта мысль впервые пришла мне в голову, то показалась диким бредом. Но потом, погрузившись в архивы, я понял, что был прав. С помощью Шерифа Леблана мне удалось установить личности каждого мужчины и женщины, в разное время служивших Синему Дону сосудами. 
Все они были молоды, сильны и подавали надежды. И все как один были бедны и в какой-то момент сильно задолжали Синему Клану. Именно тогда на них и выходил Дон, предлагая закрыть долг одним простым образом — отдать своё тело в его вечное пользование. И это был не выбор. Кабальный Контракт, который они заключали, не давал им возможности отказаться. 
Они надевали на руку Рунный браслет, такой же, как тот, что я обнаружил на теле Представителя, и теряли свою прежнюю личность.
Они становились марионетками Синего Дона, его тупыми и покорными орудиями. При этом он получал не только их тела, но и их способности. Именно этим объяснялся дар Законника, который демонстрировал последний Представитель.
Нашли мы с Лебланом и их тела. Нам понадобилось много времени и долгие часы кропотливой работы, но в итоге нам удалось найти целое кладбище бывших Представителей Синего Дона. Пустые оболочки, полусгнившие и утратившие человеческий облик — вот и всё, что отставил от них Синий Дон, сыграв с ними свою тёмную партию…
— Это очень занимательная история… — задумчиво протянул Правитель, зараз откусывая сразу половину внушительного эклера. — Но зачем ему это понадобилось? Почему Синий Дон должен был прибегать к помощи Представителей?
Это был правильный вопрос. И у меня был на него ответ.
— Дело в том, что Дон был болен. Дар Архитектора до сих пор плохо изучен, но одно сказать можно точно — его тело не справлялось с собственной силой. Дар изменял его, трансформировал, и все силы Дона уходили на то, чтобы бороться с ним. Поэтому всё своё время он проводил один, в запертой комнате, ставшей для него больничной палатой. Туда не мог входить никто, кроме назначенного им Представителя… Именно для этого они и были нужны — чтобы действовать от имени Дона за пределами Шпиля…
— Но если он был так болен, то как он сумел стать Доном? — Правитель задал мне очередной хороший вопрос.
— Ответ прост! — улыбнулся я. — Дело в том, что Доном он стал много десятилетий назад, ещё совсем молодым человеком. Он обладал уникальными способностями, острым умом и беспредельной жестокостью. Он быстро двигался вверх по иерархии Синего Клана и стремительно стал Доном. Болезнь начала прогрессировать через несколько лет. Тогда он уничтожил всех, кто мог знать истинное положение дел, удалился в свою больничную палату и создал первого Представителя. Так и началась его история…
Это была правда. Все эти сведения мне и Леблану удалось выяснить благодаря изучению дневников Синего Дона. Ещё до создания первого Представителя он вёл весьма подробные записи о своей жизни и восхождении, полностью утратив к ним интерес, когда выяснилось, что болезнь уничтожает его шансы на долгую жизнь. Он оставил их из сентиментальных соображений, и даже не предполагал, что через много лет они окажутся для нас бесценным источником информации…