Блеф (ЛП)

Но потом мои колени подогнулись, и я осела на пол, свернувшись калачиком. В таком же положении я находилась несколько часов в тот день, когда преследователь обстреляла мой дом в Нэшвилле.
На заднем плане послышались крики. Снова хлопнула дверь. Но я продолжала сжиматься в комок, опасаясь, что, подняв глаза, не увижу кухни Хакса. А увижу свою кухню. Что вернусь в Нэшвилл, а пол будет усеян битым стеклом. Или вернусь в фермерский дом, зная, что моя жизнь и жизнь моей подруги вот-вот оборвутся.
  
— Эв. — Рука Хакса легла мне на плечо, но я не ослабила хватки на коленях. — Детка, посмотри на меня.
Я не могла смотреть на него. Неужели он этого не знал?
— Он наблюдал за нами, — прошептала я.
— Что?
— Он наблюдал за нами.
Дрожь пробежала по моим костям, угрожая разорвать меня на части. У меня перехватило горло. Голова закружилась.
Мне хотелось заплакать, закричать и исчезнуть. Но прежде чем я успела решить, какой именно психический срыв у меня будет, Хакс подхватил меня на руки и понес наверх.
Самым нежным прикосновением он уложил меня в постель. Я так и осталась лежать, свернувшись калачиком, уткнувшись подбородком в колени и растворяясь в матрасе. Затем Хакс оказался рядом, его руки обвились вокруг меня, словно кокон его большого тела вокруг моего.
— Он наблюдал за нами, — прошептала я снова.
— Ты в безопасности, Эв. — Он зарылся носом в мои волосы. — Я держу тебя.
Может быть, сегодня.
Но что случится, когда этот спектакль закончится? У него была дочь. В конце концов, все закончится.
И я снова окажусь у окна, наблюдая за другими. Потому что некому будет за мной присмотреть.
Некому.
Даже моему мужу.
Глава 15
Эверли
— Ты уверена? — спросил Хакс.
— Конечно. — Я широко улыбнулась, надеясь скрыть, как сильно мне хотелось сбежать из этого дома. — Вам двоим нужно побыть вместе. Наедине.
Хакс вздохнул, затем взял со стойки ключи от своего грузовика и протянул их мне.
— Скоро станет легче.
— Я знаю. Но вам, ребята, стоит заняться чем-нибудь вместе сегодня. Сегодня суббота. Пригласи ее пообедать, или в кино, или еще куда-нибудь. — Мне было все равно, что они будут делать, лишь бы у меня был перерыв.
Я так крепко сжимала ключи, что металл впился в ладонь. Но эти ключи были моим билетом на свободу, и я не собиралась отдавать их, пока не уеду по крайней мере на пять часов от Саванны.
Поговорим о трудном ребенке.
Почему я думала, что мы будем жить вместе, как счастливая семья? Очевидно, я витала в облаках.
После инцидента с Чейзом прошло две недели. Этот засранец больше не показывался в нашем доме, но, возможно, он все еще был в Каламити. Для Хакса Чейз был все равно что мертв. Если Хакс и знал о местонахождении Чейза, то не упомянул об этом.
Точно так же, как он не упоминал о моем приступе паники.
В тот день он крепко обнимал меня, пока я не заснула. Когда я проснулась, он был рядом, и в его глазах было столько беспокойства, что стало только хуже. Он видел, как я сломалась. Он видел, как я расстроилась. Возможно, нам следовало поговорить об этом, но я попросила его оставить все как есть. Он так и сделал.
Никаких обсуждений.
Ни слова.
Я направила свою энергию на подготовку к первому приезду Саванны. Возможно, я прятала свои страхи, притворяясь, что все будет хорошо. У каждого свои механизмы преодоления, и подготовка этого дома для шестнадцатилетнего подростка была моей задачей.
Диван, на котором спал Чейз, был тщательно вымыт. Все поверхности, к которым он мог прикасаться, были почищены и продезинфицированы. Потом я провела целый день в спальне Саванны, следя за тем, чтобы она была свежей и светлой, с новым белым постельным бельем и вазой с розовыми розами на прикроватной тумбочке.
Когда Хакс заехал за ней к Эйприл, я была так взволнована. Я была готова. Я была полна надежд.
Так по-идиотски.
Саванна бросила один взгляд на цветы и пробормотала:
— Фу. Ненавижу розовый.
Сказала девушка, одетая в пурпурную футболку под черной толстовкой.
Я проигнорировала это и пошла дальше, думая, что ей просто нужно немного времени, чтобы освоиться и расслабиться.
Семь дней спустя мне хотелось рвать на себе волосы и кричать. Саванна не отступила ни на шаг. Она не была так враждебна к Хаксу, потому что он был ее отцом, время от времени она улыбалась ему и даже смотрела в глаза, когда разговаривала с ним. Каждый взгляд, закатывание глаз и саркастические комментарии, которые она бормотала, предназначались мне. Мачехе.
Как она могла так сильно меня ненавидеть? Как мы могли пережить то, что произошло на ферме, и стать врагами? Моим единственным преступлением против Саванны было то, что я вышла замуж за ее отца.
О, какая ирония судьбы. Этот брак был одной из причин, по которой она вообще оказалась здесь, в его доме.
Мое искусственное веселье начало угасать, и, прежде чем я сорвусь, пришло время побыть одной.
— Увидимся вечером, — сказала я Хаксу и направилась в гараж.
— Эв? — Он остановил меня, прежде чем я успела исчезнуть.
— Да?
Беспокойство, отразившееся на его красивом лице, разбило мне сердце.
— Ты в порядке?
— Я отлично! — Слишком много усилий. Я опустила взгляд, не в силах смотреть в эти синие глаза и сдерживаться.
Хакс терял самообладание. Он позволял эмоциям проявляться. И это было не то, кем мы были, не так ли?
Мы не волновались друг за друга. Мы не заботились друг о друге и не делали комплиментов. Мы не зависели друг от друга.
Вместе мы были временно. Временно. Рассчитывать на то, что Хакс будет помогать мне собираться с мыслями, означало в дальнейшем только раздирать себя.
— Увидимся позже. — Я помахала ему рукой, затем проскользнула в гараж и забралась в его грузовик. Как только я отъехала, тяжесть прошедшей недели легла на мои плечи.
Неужели я была такой же трудной, когда была подростком? Может, мне стоит позвонить маме и извиниться, просто на всякий случай. Потому что, если я была хоть немного похожа на Саванну, ну… Она не облегчала мне задачу. Слава богу, что есть школа, иначе я бы уже начала пить по утрам. Когда я проснулась этим утром, я знала, что мне ни за что не продержаться всю субботу.
Так что я собиралась на работу. Не то чтобы моя работа в галерее была настоящей работой, но… Я бы предпочла иметь дело с Кэти, а не с Саванной.
Отношение Кэти было теплым по сравнению с отношением Саванны, хотя Кэти ни на йоту не оттаяла, сколько бы дней я ни провел в галерее.
Мы старались избегать друг друга, насколько это было возможно для двух человек в нашем маленьком помещении. Я организовала кладовку и тщательно прибралась в студии на втором этаже. Затем я провела несколько часов в офисе Хакса, разрабатывая новую систему инвентаризации, чтобы лучше отслеживать продажи. Кэти могла руководить выставочным залом, но я собиралась руководить бухгалтерской частью бизнеса.
«Риз Хаксли Арт» теперь следовал общепринятым принципам бухгалтерского учета.
Мама и папа могли бы гордиться этим фактом.
Поездка до галереи была недолгой, и припарковавшись рядом с внедорожником Кэти, я выключила зажигание, а затем нацепила фальшивую улыбку, чтобы зайти внутрь.
— Доброе утро, — сказала я нараспев, в основном потому, что это заставляло ее заметно съежиться.
— Доброе утро, — пробормотала она, не отрывая взгляда от экрана компьютера.
Я направилась было в офис Хакса, но потом передумала и вошла в демонстрационный зал, пересекая линию фронта.
На этой неделе она переставила некоторые вещи, освободив место для одной из новых картин Хакса. Это была лошадь, над которой я видела, как он работал в своей студии. Он воплотил душу животного на этом холсте. Темно-карие глаза с карамельными искорками завораживали. Не знаю почему, но всякий раз, когда я смотрела на нее, мое сердце сжималось. Как будто животное пыталось передать мне сообщение.