Академия Зеркал (СИ)
«Помню я, помню. Только помимо спасения мира у меня ещё куча просроченной домашки и дополнительных занятий»
«Скоро это перестанет быть важно. Нужно искать иные способы. Не все Боги милостивы»
– Ах, так вот где прячется главная звезда этого вечера!
Лиля. Её только не хватало. А казалось, хуже быть не может!
– А я-то думала, куда ты пропала, – пробубнила Элина, крепче сжимая сумку и ускоряя шаг.
– Ты не рада меня видеть? Ранишь в самое сердце! – Лиля уцепилась цепкими пальцами и заставила идти с собой под руку.
Из-за угла показались Маша и Света. Предчувствие не обмануло. Могла ли выходка Севериана пройти незамеченной?
– Не надоело прятаться за чужими спинами? – понимая, что пути назад нет, Элина стала безрассудной. – Да и хватит ходить вокруг да около. Говори прямо.
– О, вижу, у кого-то прорезались зубки, – приторная улыбка не сходила с губ, словно кто-то мог в любой момент выглянуть в окошко. – Но не забывай, чего это может стоить. Ты перестала слушаться. А ещё хуже – ты забыла своё место.
Первый удар пришёлся под коленку. Классика. Маша и Света схватили за плечи. Со стороны казалось, будто три хорошие подруги встретились с объятьями.
– Севериан мой. И только мой. Навсегда.
Второй удар угодил в живот. На мгновение дыхание остановилось. Элина закашлялась.
Внутри же всё кипело. Как будто Севериан был мальчишкой лет пяти, и любая злая тётя могла увести его за руку. Какая это любовь, если Лиля считала его не глупее козлика, не способным принимать собственные решения?
– Но знаешь, на этот раз я прощу тебя.
Элина не сдержала смешка:
– С чего это такая щедрость?
Лиля как будто бы ждала этого вопроса. В нетерпении даже позабыла о дежурной улыбочке. Зато глаза сияли от превосходства.
– Севериан, наконец, поймёт, что упустил! Одна ночь с тобой покажет, кто заслуживает внимания: жалкая замухрышка или его королева.
Девчонки захохотали, а Маша и вовсе стала «пародировать» Элину: уперла руки в бока и пингвином переступала ногами.
– Смотри как бы не сбежал ещё до бала!
***
– Тук-тук-тук. Я к вам с гостинцами, открывайте.
Элина в полусонном состоянии скатилась с кровати, отворила незапертую дверь и ещё долго смотрела бы в одну точку, пытаясь осознать, какого чёрта Десма позабыла не только в первом общежитии, но и в их комнате. Аделина же втиснулась между ними и первой обняла нежданную гостью.
– Долго же ты. Щур нормально отнёсся?
– Небольшой презент из запасов Кассиана, и тот сделал вид, что меня не видел.
– Везучие! Когда уже Сипуха отойдёт в мир иной?
– Не дождёшься. Ещё наши дети и внуки помянут её добрым словом.
Они всё говорили и говорили, а Элина никак не могла увязать вместе двух несовместимых в её голове людей. Сон или реальность? Ущипнула себя. Больно.
– Эля, хватит стоять и смотреть, будто призрака увидела, – Десма заметила смехотворные потуги.
– А как же вся эта «вражда»?
– А пусть ею занимаются мальчишки. Им нравится драться палками и выяснять кто сильнее. Мы же не видим смысла. Хотя они, уверена, и догадываются.
– Я не предупреждала, – Аделина кивком головы указала на Элину.
– О чём? – поинтересовалась неуверенно.
– У нас девичник! Пора выбирать платья и маски, времени осталось не так много. Есть у тебя что на примете?.. Вот, я так и думала.
Элина окончательно потеряла связь с реальностью. Во всём виделся подвох. Неужели они сейчас серьёзно? Или всё из-за комнаты, из-за того, что не избавиться и не выгнать? Точно. Иначе с чего бы приглашать её?
Аделина скидала на пол одеяла, подушки и плед, создавая уютное тёплое гнёздышко. Десма раскрыла сумку и достала несколько глиняных бутылок, знакомый торт с миндалём и плотные подшивки модных журналов.
– Что с тобой опять такое? Садись, налетай, – вытянув ноги и поправив юбку, Десма похлопала по месту рядом.
– Не знаю, что и делать, – пожала плечами, в конце концов устраиваясь по середине. – Чем обычно занимаются на девичниках?
– Тем же, чем и на ночёвках, – Аделина выключила свет, зажгла свечи, расставила бокалы и, наконец, тоже села.
– А на ночёвках?
Теперь обе одарили недоверчивым взглядом.
– Будем веселиться, вино пить из коллекции моего деда, выбирать наряды, секретничать, сплетничать о парнях и не спать до утра, – Десма и правда потянулась к одной из закупоренных бутылок.
– Вино?
– Оно некрепкое, не боись, совсем как сок, – засмеялась. – По сравнению с щепками или фирменным царьком Кассиана и того простой водой покажется.
Когда в трёх бокалах заплескалась рубиновая жидкость, они приступили к самому главному: уложили большой каталог посередине и стали листать страницы. Платья были помпезные, подошедшие бы и для королевского приёма. Однако смотря на стройных моделей, оказалось сложным представить на их месте себя.
– И всё же никак не пойму, чем тебе наш Дёма не угодил. Я бы вам такие образы собрала! Стали бы принцем и принцессой вечера!
– Не решай за него. Ему этого не надо. Да и кандидаток точно половина академии набралась…
– Ты ещё сомневаешься? И это после всех ваших милостей? Так. Кажется, мне срочно нужно с ним поговорить. Всегда из смелых был, а тут…
– Не надо, – Элина улыбнулась, хотя хотелось угрожать. Отпив будто бы горячий напиток, попыталась выведать другое. – С кем же в итоге он идёт?
Десма всё злилась: не то на Демьяна, не то на сорванный выигрыш. Поэтому голос подала Аделина, бросив предположение:
– С Давлетовой? Они вроде продолжают общаться?
Десма от такого упоминания мгновенно очнулась.
– Нет, нет и ещё раз нет. С кем-то из кружка идёт, не помню имени даже… А Аврору уже позвали, поэтому даже если бы хотел, а он, знаю, не хотел, то не смог бы. Кстати, не из вашего ли класса был этот дурак?
В голове всплыл разговор Авелин и Димы. Неужели речь о нём? Правда ведь, всё сходится.
– Возможно, – отозвалась Элина. – А Аврора это?..
– Она классная, если общаться не больше пяти минут в день, – отозвалась Аделина и покрутила пальцем у виска. – Не от мира сего.
– Дёма с ней встречался. Недолго, пару месяцев. Мне тогда казалось, влюбился он беспамятно и бесповоротно. Но я ошиблась.
Элина попыталась спрятаться за бокалом, не дать глупым чувствам просочиться наружу. Разве должно её это волновать?
– Аврора из того же рода, что и он, из рода Дивии. Может и это сыграло свою роль, – продолжала. – Про Давлетовых ходит байка, что они прокляты, и ни один мужчина не задерживается долго: одни умирают, другие отрекаются, а некоторые пропадают без вести. Было бы неправдой – ладно, но у них действительно сейчас одни женщины. Так ещё и дар провидения утеряли поколения три-четыре назад.
– Единственный дар, дошедший до наших дней! – Аделина не скрывала зависти. – Любой орден примет с распростёртыми объятиями. Все двери открыты.
– Так и есть, наверно. Но не для Дёмы. Сколько дружим, он ненавидит его, называя проклятьем, – обращалась она почему-то к Элине. – Один из трёх потомков, унаследовавший дар! Передаваемый вообще-то по женской линии! Уникум! Но даже так, пусть хоть каждый из Домов придёт на поклон, не спасёт его это от участи главы Рода. Дёма ведь единственный ребёнок, что значит – выхода нет. Будет заправлять семейным делом – дедушкиной «империей» – и мечтать поскорее нарожать детишек и сделать несчастными уже их.
– Если бы не гитара и не глупая тяга к музыке жил бы себе спокойно. Всё с рождения на блюдечке подают – только успевай хватать! А ему оно не надо. И где справедливость?
– Каждый мечтает о том, чего у него нет, согласись? – быстро осадила Десма. – Мне вот чаще встречались потомки Восьми, готовые пожертвовать чем угодно, лишь бы ненадолго позабыть об ответственности, ожиданиях и запретах. Тебе ли не знать.
Очевидный намёк. Аделина прислонилась к кровати и запрокинула голову, уставившись в потолок.
– Я всё больше убеждаюсь, что Север сошёл с ума. Прости, конечно, Эля, но ты для него одна сплошная проблема. Отец ведь убьёт. Слухи дойдут или Лиля там пожалуется – и тут как тут прискочит на бал, напомнит, каким полагается быть наследнику…