Непрощенные (СИ)

Гермиона также в упор смотрела на Малфоя, боясь взглянуть на кого-то из своих друзей.
— Я только что не отдал пса, считай, спас его от цепких рук Паркинсон и тебя от нотаций Адамса, а взамен я прошу простой поцелуй благодарности! — его голос был спокоен, но чувствовалось в нем какое-то тихое торжество. Парень коротко показал указательным пальцем на свою щеку.
Однако зелье, принятое ими перед игрой, будто призывало выполнить задание. А еще шампанское уже ударило в голову, стирая грани дозволенного. Он встал, разглаживая складки на брюках и ожидая ее решения. Гермиона поднялась на ноги и покачнулась. Ноги предательски подкашивались. Драко схватил ее за локоть и, придвинув ее к себе, по-хозяйски положил одну руку на талию. Голая кожа под короткой футболкой обжигала его пальцы, будто пуская через них в тело разряды тока.
Вопреки всем законам логики и здравого смысла, вопреки всем словам, сказанным Адамсу на консультациях, вопреки кошмарным снам и паническим атакам, она поднялась на носочки и потянулась к подставленной щеке, но один поворот его головы, и вот бывшие школьные враги коснулись друг друга губами. Малфой втянул воздух носом, вдыхая аромат ее кожи, но остался неподвижным.
Все присутствующие в упор смотрели на молодых людей. Кто-то с интересом, кто-то с неловкостью, а кто-то с отвращением, но смотрели все. Джордж присвистнул, а Блейз как-то странно улыбался.
Гермиона широко распахнула глаза, когда поняла, что промахнулась, впечатавшись не в щеку, а в губы слизеринца. Пока она находилась в шоке, несколько секунд Малфой просто позволял себя целовать, и когда гриффиндорка решила, что сейчас прекратит этот позор, он ответил на поцелуй, притягивая ее к себе поближе. Парень провел языком по ее нижней губе, немного прикусывая. Языком разомкнул ее рот, проникая внутрь и ощущая на вкус выпитое ею сладкое шампанское. Девушка ухватилась за ткань его рубашки и сжала ее пальцами. Одной рукой притягивала его за ворот, касаясь кончиками пальцев шеи парня. Языки сплелись в единый танец, жар начал пробегать по телу, приливая к низу живота. Дыхание становилось громче от того, что сердце билось с утроенной силой, и когда с губ Малфоя сорвался тихий, еле различимый стон, Гермиона вздрогнула.
Будто очнувшись, девушка отодвинулась и выбралась из его цепких рук, обвившихся вокруг ее талии. Облизав губы, она посмотрела на блондина, который также смотрел на нее в ответ и провел языком по укушенной ею нижней губе. Его губы и ближайшее пространство рядом с ними были измазаны разводами от красной помады. Вот черт…
Девушка быстрым движением тыльной стороной ладони стирала помаду со своего лица, Малфой же делал это с таким видом, будто гордился этими отметинами. Да ты еще пальцы облизни, чтоб тебя!
Усевшись каждый на свое место, она набралась смелости и посмотрела на друзей. Да уж, наверное, ее ждет серьезный разговор. Джинни хитро улыбалась. Что ж, рыжая бестия еще устроит ей внеочередной допрос, который сидящему рядом молодому аврору и не снился. Рон был красный, как помидор, однако не смотрел на нее волком, как она ожидала. Скорее… он выглядел смущенным. Джордж со своими гусарскими усиками рассеянно улыбался, а на слизеринцев девушка и не стала смотреть. Вот на их реакцию ей было наплевать.
— Даа, — все же протянула Пэнси, ухмыляясь, и саркастично добавила: — Отомстил так отомстил!
Драко хмыкнул, выглядя при этом неприлично довольным. Он по-дружески взлохматил волосы Пэнси и, развернувшись, упал на место рядом с ней. Слизеринка в ответ звонко стукнула его по руке.
— Детский сад, — Тео закатил глаза, покачивая головой.
Не думая, Гермиона раскрутила пустую бутылку вина и закрыла на пару секунд глаза.
— Действие, Грейнджер, я выбираю действие, — услышала она чересчур спокойный голос парня, который минуту назад засунул свой язык ей в рот. Горлышко было повернуто в его сторону. Либо это было совпадение, либо магию к бутылке применил кто-то другой, но не она.
Она вздохнула, провела пальцами по волнистым волосам, откинув длинную челку с лица.
 
— Следующие семь дней Ник живет у тебя, и тебе с ним никто не помогает! Ни друзья, ни эльфы, никто.
Парень ожидал явно чего-то другого, но ему ничего не оставалось делать, кроме как согласиться.
— Скукота, — небрежно бросил он в ее сторону и закрутил бутылку. Игра снова ожила. Через несколько ходов бутылка снова показывала на нее, только раскрутил ее Блейз.
— Действие, — сказала Грейнджер, не дождавшись ответа. В один миг ей в голову пришла идиотская мысль, и она испугалась. А если и он попросит ее себя поцеловать? Ну, вроде как, взять реванш?
 — Я хочу, чтобы ты сыграла нам на гитаре, — попросил именинник. Гермиона закусила губу, оценивая свои возможности выкрутиться.
— Я… Я совсем плохо играю, Блейз, — замотала головой девушка, и ее густая каштановая грива плавно качнулась верх-вниз.
— Может, в этом и смысл, — язвительно усмехнулась Пэнси, но Блейз на нее даже не посмотрел, а снова обратился к Грейнджер:
— Думаю, ты себя недооцениваешь, — не сдавался мулат и пытался ее подбодрить. Он призвал акустическую гитару, невесть откуда взявшуюся в Малфой-Меноре и вручил ее Гермионе. Девушка пыталась судорожно вспомнить своей опьяневшей головой хоть что-нибудь.
— Боюсь, мой репертуар вам не понравится, но вы сами напросились, — она улыбнулась, поймав восторженный взгляд Джинни. Решив играть песню магловской группы Металлика «The unforgiven», пальцы уже сами начали играть мелодию. После произвольно сокращенного вступления, Гермиона хрипло запела:
— Лишь на свет рожден сквозь муки человек,Законами стеснен, влачит свой жалкий век.От тяжкого житья, безволен он и слаб.Он — мальчик для битья, судьбы покорный раб.
Когда Гермиона допела первый куплет, Малфой сдвинул к переносице свои темные брови.
— Поклялся он, что жизнь его — борьба,И больше никогда не станет он рабом!
Драко завороженно смотрел на губы девушки и слушал сильный голос, который разнесся по стенам большой гостиной. К тому же, она не до конца стерла красную помаду, и его взгляд не мог оторваться от ее лица. Тем временем Грейнджер сменила ритм, видимо, начался припев.
— Что постиг, что познал,Все под маской я скрывал,Никогда не узнать,Кем могу я в жизни стать.Что постиг, что познал,Все под маской я скрывал,Вечный раб, сам не свой…Нет прощенья нам с тобой!
Компания друзей слушала песню, косвенно понимая связь. Как магловская группа могла так точно описать то, что переживала магическая Британия еще несколько лет назад? Такие мысли блуждали в головах молодых людей, узнающих себя в этих незамысловатых строках.
— В их жизни цель одна —беднягой помыкать.Он жалкий их слуга, готовый угождать.Он бьется день за днем, не в силах победить,Устал и изможден, но жизнь не изменить.И вот старик всем миром позабыт, он умереть готов.Я сам теперь таков…
Сыграв последний аккорд, девушка подняла глаза и встретилась с серыми глазами парня, на руке которого зияла Темная метка, навсегда оставленная Темным Лордом. Тем самым стариком, изможденным и слабым в последние дни его существования, навсегда канувшим в лету благодаря тому, кого назвали Избранным.
Она посмотрела на свои дрожащие и снова стертые от струн пальцы. Мысленно себя похвалив, девушка услышала аплодисменты. Впечатление, которое оставила на них эта песня, переполняли всех. Тео даже попросил название группы и спросил, где можно купить диск с их альбомами.
Гермиона, сбитая с толку, дала координаты ее любимого магазинчика, правда сразу уточнила, что слизеринцу придется прогуляться по магловскому Лондону. Она первый раз в жизни разговаривала с Теодором Ноттом, от чего эта мысль заставила ее как-то странно улыбнуться. Они в параллельной вселенной что ли?
Через несколько минут гостиная снова наполнилась разговорами, алкоголь дал о себе знать, поэтому, когда заиграла песня известной исполнительницы в мире магии, все вскочили танцевать. Гермиона облокотилась на спинку дивана и держала бокал. Рядом встал Гарри и приобнял подругу, с большой братской нежностью прижимая ту к себе.