Непрощенные (СИ)

— Да!
Они увеличили темп, и спустя несколько минут Гермиона вскрикнула так, что Драко даже под страхом приставленной к виску палочки не смог бы себя остановить.
— О-о-о, милая, да-а, — он приподнялся с локтей, опираясь на ладони около ее головы. Чуть выгнувшись, Малфой резко вбивался в нее и чувствовал, как с его лба падает капля пота прям на грудь Грейнджер, а сперма горячим потоком изливается внутрь девушки. Ее рука замерла, а тело все еще подрагивало. Спустя минуту Драко сел на сиденье и схватил Гермиону за руку, притягивая к себе ее ослабшее тело.
Она уткнулась носом в его шею, оставляя на ней короткие поцелуи и горячее частое дыхание.
— Ну так что, я не перепутал? — он привычно ухмыльнулся, повернув голову к ней и смотря, как она в хитром прищуре облизывает губы.
— Я пока не поняла, Драко, боюсь, что тебе придется повторить… для закрепления результата!
— Ничего себе! Думаю, что теперь эта дружба нравится мне куда больше прежней!
Смущения не было.
Гермиона поднималась в свою квартиру, когда позади шел Малфой, все еще листая снимки в фотоаппарате и тихонько посмеиваясь. После того, как их тела чуть остыли, а возбуждение спало, они оделись, все еще сидя на заднем сиденье. Малфой, перегнувшись через переднее пассажирское, достал с пола многострадальный пирог и фотоаппарат.
— Ты от меня не отстанешь, да? — спросила Гермиона, наблюдая, как парень направил палочку на коробку, накладывая согревающие чары, а затем руками оторвал от пирога часть и вручил ее девушке. Та с благодарностью приняла кусок и застонала, только сейчас поняв, насколько проголодалась.
Парень облизнул губы, не веря в то, что несколько минут назад эта своенравная девушка окончательно ему доверилась. Она никуда не сбежала, а ела пирог от Молли Уизли, сидя с ним рядом практически в обнимку. Он тоже откусил большой кусок и с наслаждением откинул голову на подголовник.
— Наш ресторан завоюет желудки всей магической Британии, — с набитым ртом пробормотал Драко, кусая вновь. — А вообще, Грейнджер, я хочу знать подробности магло-терапии моего отца.
Весь следующий час, пока они ели и после возвращались в квартиру Гермионы по полупустым улицам Лондона, девушка рассказывала ему о том, как она провела день с Люциусом. Как он заставил ее угнать машину, как она принудила его сменить стиль в магловском салоне, как достопочтимый лорд свистнул для нее гитару у уличного музыканта, а Грейнджер сперла фотоаппарат у туриста из Азии, предложив его сфотографировать, а потом убежав…
Часть вечера она не помнила, но когда дошла до рассказа о том, какой была реакция Люциуса на свой внешний вид, а также рассказала, как Нарцисса догоняла их по всему Парижу, они с Малфоем смеялись, как умалишенные, смахивая выступившие слезы с глаз.
Девушке приходилось снижать скорость до минимума, так как она хваталась от смеха за живот, а Драко потом хватался за руль, боясь, что они куда-нибудь врежутся, когда та резко сворачивала в сторону.
— Никогда бы не поверил, что мой отец на такое способен, — ухмылялся Малфой, проходя в квартиру и почесывая бока подбежавшему Нику, ожидавшему их дома.
— Все мы не знаем границ своих возможностей, — ответила ему Гермиона и резко замерла на месте, когда прошла в гостиную. Малфой от неожиданности врезался ей в спину и схватил ту за плечи.
На журнальном столике в шляпной коробке стоял букет почти черных роз, которых было не меньше сотни. Бутоны были крупными, а стебли длинными и крепкими. Подойдя ближе, Гермиона увидела записку, вставленную среди лепестков и раскрыла ее, ожидая худшего. Но уже через мгновение она в удивлении приоткрыла рот и повернулась к Драко, стоявшему прямо за ней и выглядывающему из-за ее плеча.
— Черные..?
Гермиона пожала плечами. “Спасибо вам, Гермиона, за предоставленный шанс. Наши двери для вас всегда открыты! Л.А.М.”
— Кажется, по пьяне я проболталась о своих любимых цветах.
— А я, кажется, готов ко встрече со своим отцом. Потому что я абсолютно уверен, что плохо его знаю, — парировал Драко, лохматя свои отросшие белые волосы. В тот же момент произошло то, что навсегда закрепится в памяти Гермионы.
 
В дверь постучались, и Малфой, стоявший ближе к выходу из гостиной, пошел ее открывать. В следующий миг, когда дверь распахнулась, Драко сбила голубая ударная волна, припечатавшая его к узкому пеналу, служившему Гермионе шкафом для верхней одежды. Его створки глухо треснули, а петли заскрипели.
— Мистер Малфой, вы арестованы по подозрению в причинении средней тяжести вреда здоровью мистера Теодора Нотта, — объявил аврор, которого Гермиона когда-то видела в Министерстве, но фамилию вспомнить не могла.
— Что происходит?! — потребовала она, когда на Малфоя надели магические наручники и поставили на ноги, поднимая с пола, как какую-то куклу.
— Ваш муж заключается под стражу на время следствия и до решения суда, миссис Малфой, — аврор повернулся к девушке и посмотрел на нее нечитаемым взглядом.
— Без доказательств?! По простому заявлению?! — она шагнула вперед, сдерживая за поводок рычащего и рвущегося защитить хозяина Ника. Страж порядка бросил взгляд на собаку и сделал шаг в сторону. Два других аврора заломили Малфою руки за спину, пока тот неустанно и грязно ругался.
Ну хоть что-то, а то Гермиона успела засомневаться в его способности говорить.
— Доказательства имеются. А также мы должны принять меры немедленно, так как ваш муж на испытательном сроке после освобождения под домашний арест.
Драко поднял на нее глаза, в которых бурлила холодная ярость. Его отросшая челка упала на лицо, доставая почти до кончика носа.
— Розы, Мия! — это были единственные слова, которые он сказал ей перед тем, как его увели.
И она все поняла.
Гермиона осталась стоять посреди своего коридора, сдерживая Ника задеревеневшими пальцами и часто дыша.
Какого хрена все снова пошло по пизде?!
Гарри скрипел челюстью, быстро шагая в следственный изолятор аврората. То, чего он так опасался, сбылось. И, как он боялся, правда была не на их стороне.
Он кивал подчиненным, встречающимся на его пути, и на ходу расстегивал аврорскую мантию. Сжимая в руке свою волшебную палочку, купленную после окончания войны, быстро шел дальше. К палочке он уже привык, но все еще скучал по своей первой, такой шершавой и неровной.
Малфоя привезли только что и еще не поместили в следственный изолятор Министерства. Он ожидал в комнате допроса.
Поттер толкнул дверь в небольшое помещение со служебным входом. Обычно тут сидели наблюдатели, следившие и конспектировавшие вопросы и ответы аврора и подследственного. С этой стороны стена была прозрачной, хотя там, где сидел подозреваемый, все стены казались сплошными и серыми.
Блондин выглядел скучающе, сидя на железном холодном стуле. Руки его лежали на столе, скованные магическими наручниками. Парень смотрел на них с таким выражением лица, будто по его кистям ползла ядовитая змея. С ненавистью, но также с каким-то смирением.
Дверь сбоку открылась и Малфой даже не повернул голову. Он и так знал, кто пришел.
Гарри подошел ближе, неотрывно глядя на того, кто с недавних пор был мужем его подруги.
— Я здесь с неофициальным визитом, — сказал аврор и крутанул палочку меж пальцев, как делают барабанщики.
Драко ухмыльнулся и посмотрел на него исподлобья.
— Какая неожиданность! — его голос сквозил ядом, который скрывал неприсущую ему нервозность.
Поттер уперся руками о стол, нависнув сбоку от своего подследственного. По допросной комнате разлетелся шум от стука кулаков о железную поверхность.
— Хамишь, Малфой?! — голос Гарри понизился до гортанного хрипа. — На твоем месте я бы уже стал переживать, как дожить хотя бы до двадцати пяти в «уютном» номере Азкабана!
Гриффиндорец резко выдохнул и отпрянул. Он стал ходить вокруг слизеринца, бросая на того косые взгляды. Тот же, в свою очередь, смотрел в одну точку на противоположной стене.