Непрощенные (СИ)

— Не часто в моей глуши появляются волшебники, — туман чуть рассеялся, как Драко резко отпрянул, поняв, что ухватился за ведьму, которую они с Грейнджер ищут уже который час, блуждая по лесу. Ведьма говорила по-румынски, но почему-то Драко понимал ее. — Еще и такие красивые!
— Присцила? — раздался сбоку голос Грейнджер, в волосах которой торчали какие-то листья. Где она их нашла, когда вокруг одни сугробы?!
Ведьма смотрела холодно, а лицо ничего не выражало. Невозможно было определить ее возраст, ей можно было дать семнадцать, но, присмотревшись, угадывалась столетняя старуха. В ответ колдунья коротко кивнула и пошла куда-то в глубь леса. Малфой, переглянувшись с Гермионой, кивнул той идти впереди него.
Слышались какие-то завывания, которые вызывали мрачные мурашки на коже, но Присцила шла через густые заросли прям по снегу так уверенно, что не оставалось сомнений — она знала в этом лесу каждую веточку. Вдруг прям из ниоткуда вырос небольшой домик, будто из страшной сказки. Покосившийся, поросший мхом. Крылечко, когда на него ступила хозяйка, натужно заскрипело под ее небольшим весом.
Колдунья открыла дверь и прищурилась, оглядываясь на незваных гостей.
— Вы знаете о плате?
Волшебники молчали, не уверенные, чем именно берет ведьма за свои услуги.
— Заходите, раз пришли, перебудили мне весь лес, — она оглядела верхушки деревьев, которые уже не различались в глубоких зимних сумерках.
Гермиона и Драко прошли за ведьмой, обнаружив внутреннее убранство хижины очень аскетичным, но аккуратным и чистым. Здесь не было привычного для них ремонта, но в углу на тумбочке стоял небольшой телевизор, а на кухне имелся холодильник, в который ни один из них не решился бы заглянуть по своей воле.
Все стены были увешаны полками, заставленными банками, наполненными глазами неизвестных существ, заспиртованными лягушачьими лапками и маленькими змейками, а также другими частями тел и органов. Над потолком висели сушеные травы, рога, копыта и кроличьи лапки.
— За экскурсию я денег с вас не возьму, так и быть, — Присцила села на деревянный стул, внимательно рассматривая вошедших. Ее черные глаза, чересчур расширенные в тусклом свете одинокой мерцающей лампочки, перебегали с парня на девушку.
Она вытянула руку, и Драко внутренне напрягся, но ведьма лишь указала на них указательным пальцем с большим перстнем, явно не имеющем ценности в денежном эквиваленте, как ювелирная ценность. Зато это мог быть ценный магический артефакт.
— Вы не родственники, в кровном плане, хоть и похожи.
Молодые люди подошли ближе, ступая по чистому деревянному полу в обуви.
— Тебя я знаю, — Присцила посмотрела на Драко, водя ладошкой по своему бедру в длинной юбке до пола, словно чесала ее. — Женился, как я погляжу?
Малфой отодвинул стул и кивнул Грейнджер, чтобы та садилась, а сам уместился на какой-то бочке.
— К вам приходила моя мать. И сделала то, чего я не хотел.
Ведьма хитро улыбнулась. Ее образ плыл, от чего сложно было сконцентрировать на ней взгляд.
— А я говорила ей, что так и будет. Но ставки были слишком велики.
Она перевела взгляд на девушку и облокотилась руками о стол.
— Ты ходячий мертвец, девочка, — сказала колдунья слова, от которых у Гермионы застыла кровь в жилах. Не увидев никакой внешней реакции, кроме участившегося внимания ее гости, Присцила спросила: — Сколько попыток?
Грейнджер смотрела на нее широко открытыми глазами, отвечая шепотом:
— Две.
Драко нахмурился, не понимая.
— От третьей он отвел… Когда? На днях? — указала на Малфоя колдунья, кивая сама себе, будто что-то сопоставляла. — Все сбылось, точно.
— Простите, — заговорил Драко. — Можно объяснить?
Гермиона кинула на него короткий взгляд, бледнея с каждой минутой все сильнее.
— А ты? Что же с твоей болезнью? — спросила Присцила у парня, и тот на мгновение задумался.
— Вы о какой именно?
— Да о всех, хлопец. Об алкоголизме, кошмарах, истериках, или как это врачи еще называют?
Тут Малфоя осенило. А ведь кошмары недавно вовсе перестали его мучить. Единственным ужасом и нервозом в его жизни была Грейнджер, но его это не триггерило. К алкоголю не тянуло так, как было раньше. Он пил, но чувствовал меру, не впадая в забытье. Зелья пил редко из-за ненадобности.
 
— Чего пришли тогда?! — взбесилась ведьма, стукнув кулаком по столу. Гермиона вздрогнула, но, облизнув губы, тоже оперлась руками о стол, уверенно глядя на Присцилу.
— Нам нужно обнуление брака.
Колдунья хохотнула.
— Сумасшедшая семейка! Вы ведь даже не пробовали друг друга узнать! Вы многое потеряете, если разойдетесь, это я вам гарантирую!
Гермиона переглянулась с Драко. Оба выглядели несколько потерянно.
— Хорошо, я могу пойти на то, чтобы ваша чокнутая семейная магия разорвала ваш брак. Но вы готовы услышать цену? — поджав губы, спросила Присцила, стуча пальцами по начищенной столешнице.
— Говорите, — хрипло произнес Драко.
— В национальном парке Ретезат… — начала говорить колдунья, а Гермиона резко выдохнула, осознавая, что ведьма от них может потребовать.
— Только не говорите, что…
— Мне нужно яйцо дракона. Любого. Детская мечта.
— Хагрид не ваш родственник, случайно? — нервно хохотнула Гермиона, замотав головой и не веря в услышанное, но под холодным взглядом колдуньи девушка сконфузилась. — Простите…
— Оплата вперед, ребятки.
Присцила встала, тяжело опираясь о стол.
— Уходите. И либо приходите с яйцом, либо больше никогда не возвращайтесь.
Драко встал с бочки, отряхнув брюки.
— До свидания. Пошли, Мия.
Он подхватил ее под локоть и повел к выходу.
— Если постоянно думать о плохом, то однажды и сам станешь плохим человеком! — сказала напоследок Присцила, внимательно глядя в след уходящей молодой паре.
Гермиона нахмурилась, переводя взгляд на слишком серьезного Драко. Они вышли на улицу, где морозный воздух сразу ворвался в легкие.
— В этом парке работает Чарли Уизли, — начала говорить Гермиона, идя следом за Малфоем, подсвечивающим дорожку люмосом.
— Может, попробовать выкупить у него одно яйцо. Возможно, у них есть бракованные или слабые…
— Или можно украсть.
Драко остановился, оглядываясь на девушку с ухмылкой. Его лицо в темноте было плохо видно, но в голосе слышался какой-то детский восторг.
— Охренеть, моя фиктивная жена — настоящая преступница! Мы и правда идеальная пара! — теперь он уже смеялся, обнимая ее за плечо.
— Малфой, я очень надеюсь, что мы не будем сидеть в Азкабане, не вынесу жить с тобой в соседних камерах! — она обняла его за талию, шагая с ним вровень.
— Нас могут посадить в камеры на разных этажах, и мы будем видеться только на ежемесячных прогулках.
— Вот это мой вариант! — улыбаясь, кивнула Гермиона и почувствовала, как ее тащит за пупок в рывок аппарации.
Присцила стояла на крыльце, незамеченная этими двумя, и сухо улыбалась, покачивая головой и кутаясь в потертую шаль.
— Из врагов к друзьям? Интересно. Значит, ждем следующего акта — падения в пропасть во имя любви.
 — Гермиона, вот это сюрприз! Чего-чего, но я не ожидал увидеть… вас… — Чарли оглядел подругу своего младшего брата и ее мужа. Парня, о котором старший из братьев Уизли также был наслышан от Рона еще со школьных времен. Мужчина развел руками, показывая на территорию. — ...здесь, в драконоведческом парке, среди Румынских гор!
— Мы и сами не думали, — улыбалась девушка, ежась на морозе. Малфой по-прежнему обнимал ее за плечи, не отходя ни на шаг.
— Мы здесь, как бы это сказать, вроде как нелегально. Решаем вопросы семьи, — Драко протянул руку для рукопожатия и ухмыльнулся. — Будем знакомы, Драко Малфой.
Чарли, коренастый и широкоплечий мужчина, ответил, потряся руку парня, а затем кинул взгляд на его кисть со сбитыми костяшками.
— Боксируешь? Хвалю, полезно!
Гермиона приподняла брови и перевела взгляд с Уизли на Драко, который неопределенно пожал плечами.