Я выбираю тебя (СИ)

А потом протянул раскрытую ладонь.
— Мир?
Брат вздохнул, улыбнулся в ответ и кивнул.
— Мир, — ответил, пожимая руку. — Правда, я всё равно злюсь на вас обоих. Ничего не могу с собой поделать.
— Понимаю. Готов искупить.
— Будешь теперь мыть посуду за меня, — мстительно добавил Фред, и Лев Игоревич едва слышно фыркнул. — Неделю. Нет, две недели!
— Да хоть до конца жизни, — легко ответил Джордж. — Если мы сейчас сумеем остановить Юльку, то даже в следующей жизни готов мыть.
Фред засмеялся, а Джордж схватился за карман джинсов, почувствовав вибрацию мобильного телефона.
Писала Света. И у Джорджа, когда он увидел информацию из сообщения, упал с души ещё один камень.
Света уговорила бабушку Юли — и теперь они с Фредом знали, когда отправляется поезд, и в каком вагоне девушка собирается ехать.
Осталось самое сложное…
  
25  Юля
 
Погода была чудесная, светило яркое вечернее солнышко, и на вокзале стоял шум и гам — в отличие от меня, большинство людей здесь выглядели воодушевлёнными, потому что отправлялись в долгожданный отпуск. А не как я, непонятно куда и непонятно зачем.
— Ладно тебе, Юлька, — пробормотала я, садясь на ближайшую лавочку. До отправления поезда оставалось полчаса, но запускать ещё не начали. Спрятаться в туалете я не рискнула — ещё опоздаю. Лучше подожду, зайду внутрь — и тогда меня оттуда уже будет не выковырять никому. Пусть даже на вокзал и приедут Светка с близнецами в качестве группы поддержки. — Всё ты знаешь — и куда, и зачем. И хватит уже ныть и отчаиваться. Поступишь в институт, начнёшь учиться, и настроение улучшится. Главное — делом заниматься, а не бездельничать.
Из вагона всё-таки вышла проводница и начала проверять у пассажиров билеты. Я встала, потянулась, подхватила свой чемодан и поспешила в конец очереди, в которой стояло человек десять. Пристроилась, поставила вещи и только хотела достать из рюкзака воду и сделать глоток, как вдруг услышала истошный вопль со стороны здания вокзала:
— Юля, Юля! Подожди!
Меня моментально бросило в дрожь, и кожа будто инеем покрылась. Хотя и не везде — щекам было жарко, словно мне в лицо плеснули кипятком, тогда как остальное тело погрузили в сугроб.
Я растёрла ладони и уже собиралась бросаться в начало очереди, чтобы попросить побыстрее проверить у меня документы и запустить в вагон, когда рядом со мной возникли запыхавшиеся близнецы.
Да, оба. И Федя, и Дима.
Ну, Света, удружила…
Хотя не только Света, бабушка наверняка тоже. Вокзал-то большой, а они безошибочно сюда прибежали. Значит, сдала она меня.
— Давай отойдём, поговорим, — произнёс Дима негромко, глядя на меня серьёзными голубыми глазами. — Время ещё есть.
— Да, Юль, — кивнул Федя. Выглядел он ещё более взъерошенным, чем Дима, да и одет был как-то странно. Словно выбежал из дома, в чём был — джинсы до колена, явно обрезанные обычными ножницами, синяя футболка с небольшим застарелым пятном возле воротника. Впрочем, может, действительно не переодевался? — Надо поговорить. Нехорошо так уезжать, как ты — не объяснившись.
— Обещаем, если ты не передумаешь, мы тебя отпустим, — добавил Дима и осторожно коснулся ладонью моей руки. — Но пообщаться нужно.
В целом, я была с ними согласна. Я понимала, что поступаю скверно, уезжая тайно. Практически убегаю, будто какая-то крыса. После долгих лет дружбы это непорядочно по отношению к близнецам, даже без учёта романтических чувств. Но без учёта невозможно… поэтому я и выбрала молчаливый побег.
— Ладно, — пробурчала я едва слышно, не представляя, как буду выкручиваться из этой ситуации. Подхватила чемодан и отошла в сторону от очереди, краем глаза заметив несколько любопытных взглядов. Стало неловко и стыдно, и я отправилась ещё дальше, не к ближайшей лавочке, отлично понимая, что не особенно важно, где мы сейчас будем стоять.
Всё равно все увидят, что я с двумя парнями. Ещё и с братьями. Представляю, что подумают…
  
— Почему ты решила, что это лучший выход? — негромко начал Дима, как только я остановилась. Близнецы встали рядом со мной, но не касаясь меня. — Ты не пробовала записывать плюсы и минусы своего решения?
Я от неожиданности оторопела.
— Давай попробуем сделать это сейчас, — подхватил Федя, усмехнувшись. — Какие ты видишь плюсы в своём побеге? То, что мы с Джорджем не поссоримся?
— Ну… да, — кивнула я, уже ни в чём не уверенная.
— Сомнительно, — покачал головой Дима. — Сама представь — ты убегаешь, мы в растерянности, начинаем докапываться до правды, обвиняем друг друга — и пошло-поехало. То есть твоё убеждение в том, что в случае твоего отъезда мы останемся лучшими друзьями и просто плюнем и разотрём — ложно.
— Я бы даже сказал, что это в принципе невозможно, — добавил Федя мрачно. — Если бы ты успела уехать, мы с Джорджем были бы на взводе. И кто знает, что наговорили бы друг другу. Я уж точно не сдержался бы.
Да, близнецы были правы, да и Светка говорила то же самое. Однако я почему-то об этом совсем не думала…
— Ещё какие плюсы? — продолжал Дима. — Я как-то не вижу больше ни одного плюса, зато минусов навалом. Бросаешь своих друзей — раз. Бросаешь бабушку — два. Уезжаешь одна в незнакомый город — три. Будешь вынуждена начинать учёбу с начала, как я понимаю — четыре. Продолжать или хватит?
— Хватит, — прошептала я, опуская голову. Возразить мне было нечего. Ну, почти. — Всё это мелочи… Мелочи по сравнению с вашей возможной ссорой…
— Мы не поссоримся, — сказал Федя резко и взял меня за руку. А Дима — за другую. — Обещаем тебе. Твой выбор всегда был вопросом времени. Мы оба знали, что он когда-нибудь состоится, просто каждый из нас надеялся, что будет первым. В целом, Джордж мне уже всё объяснил… — протянул Федя, и я невольно подняла голову, покосившись на близнецов со страхом. Объяснил?! Но он ведь обещал, что не станет этого делать!
— Извини, Юль, но иначе было невозможно, — кивнул Дима, сочувственно глядя на меня. — Как бы я мог тебя остановить, не рассказывая ничего Фреду? Одному сюда приехать — не вариант.
— Почему? — не поняла я.
— Потому что хватит скрывать от меня всё, — пошутил Федя, грустно усмехнувшись. — Пора уже начинать говорить правду. И не прятать голову в песок, как страусы. Просто сделай выбор, Юль — и всё.
— И всё? — повторила я, глядя то на Диму, то на Федю. Мне не верилось, что они так спокойно это воспринимают. Особенно Федя.
— Да, — кивнули близнецы, сжимая мои руки. — Давай. Мы готовы.
Какое-то время я молчала, глядя на их серьёзные лица. Мне было страшно, правда, очень страшно. Но я понимала, что страх этот основан на предубеждении, на моей привычке балансировать, не допускать предпочтений, чтобы не становиться причиной для конфликта.
Близнецы правы — пришло время отпустить этот страх. И раз они говорят, что готовы…
— Я выбираю тебя, — произнесла я, сама не веря, что говорю это, и посмотрела на Диму. — Тебя, Дим…
Федя тут же отпустил мою руку, а Дима, улыбнувшись, обнял меня.
— Поехали, Юль, — сказал он слегка дрожащим от волнения голосом, легко коснувшись губами моей щеки. — Поехали домой.
  
26   Юля
 
На стоянке возле вокзала нас ждал Лев Игоревич, одетый примерно так же, как и Федя. Значит, Джордж действительно сорвал их обоих с места, они даже не переодевались — сразу поехали на вокзал.
Стало стыдно. И не только перед близнецами, но и перед Львом Игоревичем, которого я знала очень хорошо. Всё-таки он был нашим классным руководителем, причём стал им даже до того, как женился на Алёне Леонидовне. Спокойный и уверенный, он хорошо умел разруливать конфликты. Я точно знала, что многие родители завидовали нашему классу, пытались переманить Льва Игоревича, но он остался с нами до выпуска. Теперь у него уже год, как был другой класс — пятиклассники. Точнее, почти шестиклассники…