Фрейлина ее высочества (СИ)

И да, ради его спасения она пошла на преступление.
Милли подсыпала переданный человеком Броддика порошок в еду семьи принца Джеффри, после чего незаметно отравила еще и всю прислугу. Приняла порошок и сама – но самую малость, столько, сколько ей указали. Чтобы тоже заболеть, не вызвав вопросов, но чудесным образом выздороветь.
И пусть ей пообещали, что это злодеяние станет последним, Милли так и не смогла отвязаться от Броддика. Тот отправил ее в свиту принцессы на остров Осгорн с приказом убить Аурику.
Но в ближний круг принцессы Милли не входила, и яд в еду ей было не подсыпать – Аурику старательно охраняли. Поэтому она стала передавать сведения о передвижении кортежа.
На мосту Милли Черные Псы не тронули, зато убили всех остальных.
Леди Сантос провела почти неделю в одном из домов Броддика, дожидаясь правильного времени для возвращения в столицу. Аурика выжила, поэтому узурпатор решил вернуть Милли в игру.
Да, она подсыпала яд в еду принцессы. Всего лишь несколько крупинок, чтобы это выглядело как начало Красной Лихорадки и не вызвало ни у кого подозрений.
Но Аурике стало лучше, и Милли снова пришлось действовать. Ей передали другой яд, чтобы уже наверняка.
Но она не хотела… Она любит принцессу, просто… Просто…
– Уведите ее! – с отвращением в голосе произнес Эван. – Генри, – повернулся к своему товарищу, тоже ставшему свидетелем страшных откровений леди Сантес, – собирай всех! Идан Броддик будет немедленно арестован за убийство принца Джефри и его семьи, а также за покушение на жизнь принцессы Аурики и множественные злодеяния.
– Я все записал, – произнес Питер. – Наша последняя разработка – магические кристаллы памяти, которые воспроизводят голос человека. Погодите, мне нужно несколько минут, чтобы сделать дубликаты. После этого вы сможете использовать их по своему усмотрению.
– Броддик будет арестован, – подтвердил король Сигизмунд, нимало не заинтересовавшись кристаллами и дубликатами. – Такое не сойдет ему с рук!
Затем заявил, что он, его дружина и боевые корабли к нашим услугам.
Но военная сила короля Арагоса не понадобилось, обошлись своими собственными.
Кристаллы с признаниями Милли быстро разошлись по городу. Ее голос услышали не только собравшиеся возле Малого Дворца, вскоре запись зазвучала на рыночных площадях столицы.
Попали они и во все жандармерии города.
Через три часа Идан Броддик и его родственник были схвачены и арестованы – они пытались сбежать из города, но их задержали на выезде из Вельфаста.
Но, несмотря на признания Милли, я все равно опасалась, что их не признают виновными, потому что…
Потому что это Нотумбрия, что тут еще говорить!
– Мне опять нужен отчим, – вздохнув, сказала я Эвану.
Перед этим он меня поцеловал, а я поцеловала его. После этого он снова меня поцеловал, но тут Туведа со знанием дела вцепилась в мой подол, затем на нас налетела Аурика, со смехом заявив, что она знает, чем мы здесь занимаемся. Мы целовались, она все-все видела!
Но она тоже хочет. А можно…
– Нельзя! – на всякий случай сказала ей, а Эван усмехнулся. – Погоди, о чем ты хотела у меня попросить?
Оказалось, до полного счастья Аурике не хватало Густава Ранье. Можно, он тоже приедет в столицу? Пусть он будет ее пажом, она очень по нему скучает!
***
– Значит, я снова тебе понадобился, Райли Ривердел? – вкрадчивым голосом произнес Захарий Рассел, когда мы явились в его дом.
На этот раз с Эваном, и лорд Хардинг холодно и довольно сухо поставил отчима перед фактом, что тот поведет меня к алтарю.
Причем довольно скоро.
Я закатила глаза – потому что мы о таком не договаривались. Мне казалось, что мы приехали в дом на Рассветную улицу, чтобы поговорить о Броддиках, потому что у меня были кое-какие идеи.
Но Эван решил сделать все по-своему и попросил моей руки таким вот своеобразным образом.
Отчим, немного подумав, кивнул. Сказал, что для него это большая честь.
На том и порешили – сопротивляться нашей будущей свадьбе, заявляя, что мне стоит подыскать себе партию получше, лорд Рассел не стал.
 
Наоборот, одобрил мой выбор.
Глупая Лизетт, у которой либо память была, как у золотой рыбки, либо отец провел с ней серьезную воспитательную работу, тотчас же захлопала в ладоши. Кинулась ко мне и Эвану с поздравлениями и объятиями, заявив, что обожает свадьбы и будет рада заняться подготовкой нашей.
Как-никак, мы с ней сестры.
– Посмотрим, какие мы сестры, – сказала ей. Затем повернулась к отчиму: – Вернее, мне нужно посмотреть на Верховного Судью Роджерса. Насколько я понимаю, он будет вести процесс над Броддиками?
– Ты права, Райли! Именно Роджерс, ставленник Броддиков, – поморщился отчим. – Но сместить его с должности сейчас не получится. Такое решение может принять только Парламент, но его заседание снова отложено. Оно состоится уже после суда, на котором Броддиков, скорее всего, оправдают.
– Это немыслимо! – вздохнула я, хотя уже слышала подобные неутешительные прогнозы.
– У них хорошая защита, Райли! Верховный Судья и половина жюри присяжных на их стороне. Уверен, они обставят дело так, что в убийстве семьи принца Джеффри и покушении на принцессу будет виновата исключительно Милисента Сантес. Возможно, найдут еще и коринфский след.
– Но если леди Сантес даст показания под присягой…
– Станут давить на то, что она ненавидит Броддиков, ведь по их приказу казнили ее отца и брата, поэтому леди Сантес пытается их оболгать. Затем найдут магов, которые якобы проведут допрос под Заклинанием Правды, но и эти маги тоже будут лояльны Броддикам.
– Все ясно! – глухо пробормотала я. – Значит, их оправдают.
– Так оно и будет, – кивнул отчим, и Эван хмурым голосом подтвердил, что это самый вероятный исход судебного разбирательства. – Но Идану Броддику уже никогда не стать регентом. Так что, – он посмотрел на Эвана, – поздравляю вас, лорд Хардинг, еще раз! Ты, Райли, сделаешь отличную партию.
– Обязательно сделаю, – согласилась я. – Но дело в том, что я люблю лорда Хардинга всем сердцем, а он любит меня, так что наша партия будет на загляденье.
Еще один взгляд – оценивающий – на то, как Эван держал меня за руку, поглаживая ладонь, и отчим кивнул.
– Тогда мои поздравления вдвойне, – выдавил из себя улыбку.
– Но это не отменяет того факта, что я хочу посмотреть на Верховного Судью вблизи. Вы ведь сможете это провернуть? Считайте это вашим свадебным подарком, – произнесла я. Затем, немного подумав, добавила: – Папа.
Ну что же, я сумела его удивить. С другой стороны, пусть привыкает к моим шуткам и учится не задавать лишних вопросов.
Вот, Эван задал, но услышал в ответ, что так нужно и это моя женская блажь. Желаю увидеть Верховного Судью вблизи – хочу не могу, и лучше со мной не спорить!
– Вообще-то, я собирался передать лорду Хардингу в качестве свадебного дара двух отличных скакунов элерийской породы, – намекнул отчим. В глазах Эвана появился интерес, и я подумала, что эти двое поладят. – А тебе, Райли, дать в приданое наше сельское имение, чтобы тебе было где… – запнулся, – воспитывать моих внуков.
– Папа, а как же я? – раздался обиженный голос Лизетт. – Я думала, имение ты отдашь мне! Я тоже хочу! Так нечестно!
Я закатила глаза, а Захарий Рассел холодным голосом попросил Лизетт нас оставить. Затем, немного подумав, сказал, что сможет организовать встречу с Роджерсом.
Правда, мимолетную.
К Верховному Судье не подступиться, его охраняют не хуже, чем королевскую сокровищницу, куда уже запустили жадные руки Броддики. Но Захарий Рассел знал, в какой ресторации тот обычно обедает. Охраны с ним будет меньше, чем обычно, так что шанс у меня есть.
Мы можем оказаться в том месте случайно – как отец и дочь, и еще его будущий зять.
…Ну что же, на следующий день я столкнулась с Верховным Судьей в проходе между столами той самой ресторации. Картинно споткнулась и начала падать. Судья Роджерс поймал девицу в беде – то есть меня, – и я со словами благодарности вцепилась в его руку.