Фрейлина ее высочества (СИ)

Но Черных Псов, конечно же, оказалось впечатляющее число.
Тут наконец-таки причалил арагосский фрегат.
Оркестр грянул бравую мелодию, и под звуки военного марша матросы принялись пришвартовывать корабль и перекидывать сходни.
Не прошло и пяти минут, как с фрегата спустилась дружина вооруженных до зубов, обритых наголо головорезов, а потом на землю Нотумбрии ступил и сам Сигизмунд Вислобородый.
Он выглядел точно так же, как и его воины, – заправским и вооруженным до зубов головорезом. Правда, в отличие от остальных, король Арагоса, помимо огромного роста и медвежьего телосложения оказался обладателем роскошной черной бороды до пояса, в которой уже виднелись серебряные пряди.
Я заметила эти пряди, потому что стояла неподалеку.
Вот и Идан Броддик тоже засобирался посмотреть на дорогого гостя вблизи. Вновь поднялся со своего кресла, в которое успел усесться после провальной речи, и отправился тому навстречу.
– Приветствую короля Арагоса на земле Нотумбрии и говорю это от лица всего своего народа! – торжественно возвестил он, но вместо такого же высокопарного ответа удостоился пронзительного взгляда черных глаз Сигизмунда.
Мне казалось, что Сигизмунд Вислобородый прекрасно знал, кто будет встречать его в порту. И еще – что у этого человека не только рыльце в пушку, но и руки по локоть в крови своих соотечественников, которых он убил, прорываясь к власти.
Как и то, что Идана Броддика нисколько это не смущало.
Он почти добрался до цели.
Оставались лишь незначительные препятствия в лице маленькой Аурики Арагосской, мутившей воду Партии Принцессы и еще короля Сигизмунда, успевшего подписать Хартию Справедливости.
– Кто ты такой?! – разлетелся над портовой площадью зычный голос правителя Арагоса.
– Я – наместник Нотумбрии, принявший на себя эту ношу после смерти Карлоса Ллинда. Мое имя – лорд Идан Броддик, я верой и правдой служу на благо своему отечеству. И, если Парламент вынесет решение в мою пользу, я – будущий король Нотумбрии, – спокойно отозвался тот.
– Где моя внучка?! – ледяным тоном поинтересовался Сигизмунд.
Говорил он с заметным акцентом, и я внезапно подумала: а ведь на Арагосе существует свой собственный язык!
– Великая скорбь снедает меня, – до невозможности фальшивым голосом возвестил лорд Броддик, – но я должен раскрыть то, что произошло несколько дней назад. К моему величайшему сожалению, принцесса Аурика Арагосская погибла, когда ее карета упала с моста в реку. К сожалению, наши мосты в плачевном состоянии: в казне не хватает на их починку денег.
Врет и не краснеет, промелькнуло у меня в голове. Или же… Неужели он наберется наглости и попросит у Сигизмунда денег в долг?
– Она утонула, и у меня есть тому подтверждение, – добавил Идан Броддик, после чего повернулся и махнул рукой, подзывая слугу.
Тот поспешил к нему, и в его руках я увидела…
Это было то самое платье, которое я сняла с Аурики на берегу, решив, что дальше мы поплывем без него. Теперь узурпатор собирался предъявить его деду Аурики, и я не сомневалась в том, что похожий на Аурику труп девочки на леднике у него тоже имеется.
– Это не доказательство! – рявкнул Сигизмунд, и я решила, что нрав у короля Арагоса совсем уж безудержный. – Здесь, в Нотумбрии, умерла при родах моя единственная дочь, но мне интересно… Где вы, псы подзаборные, прячете мою внучку?!
Идан Броддик все же изменился в лице, но на короткое время – выдержки ему было не занимать. Оркестр, продолжавший негромко играть, разразился фальшивыми аккордами и стих.
Повисло тягостное молчание.
Мне показалось, что все собравшиеся в порту перестали дышать.
– Она утонула, – спокойным голосом произнес Броддик. – Тело принцессы нашли, но оно в плачевном состоянии, поэтому я привез с собой только платье. Одежда принадлежала покойной Аурике, и это ее последнее одеяние. Мои маги, проводившие освидетельствование, готовы дать показания под заклинанием Правды…
– Сейчас! – негромко произнес Эван, после чего поднял Аурику над толпой, чтобы та увидела короля Арагоса.
 
– Дедушка! – раздался ее звонкий и ясный голос. – Дедушка-а!.. – а дальше принцесса воскликнула что-то на незнакомом мне языке.
Сигизмунд резко повернулся, но то же самое сделал и Идан Броддик.
Узурпатор тотчас вскинул руку, и я отстраненно подумала, что нас здесь и прикончат… Сделают это, несмотря на всю дружину короля Арагоса, причаливших три его военных корабля и людей из Партии Принцессы.
И вся Революция Сирени не станет им помехой.
А потом скажут, что это нечаянно у них получилось. Извинятся и попросят денег в обнищавшую казну…
И тут же, словно в подтверждение моим мыслям, раздался леденящий кровь свист, но стоявшие рядом с нами студенты оказались быстрее. Девушка с парнем одновременно вскинули руки. Сделали это раньше, чем я сообразила, что происходит, а Эван успел опустить Аурику и закрыть ее своим телом.
Две стрелы с белым оперением застыли в нескольких метрах от нас, будто бы застряли в невидимой стене. Затем вспыхнули ярким пламенем и упали на доски причала.
Уверена, они предназначались Аурике.
Я завопила от ужаса, и толпа подхватила мой крик.
Король Арагоса зарычал, его дружина кинулась в нашу сторону, и он от них не отставал. Идан Броддик тоже ревел, как раненый медведь. Мне казалось, что от горя и что он проклинал лучников, так и не успевших застрелить принцессу, и еще двух студентов-магов, спасших Аурике жизнь.
Но, оказалось, он кричал фальшивым голосом, требуя немедленно задержать убийц и привести их к королю Сигизмунду.
А к нему пусть приведут принцессу Аурику!
Какое же чудо, что она оказалась жива!.. Божественное провидение, никак иначе!
– Эван, нельзя отдавай ему Аурику. Он же ее убьет! – воскликнула я.
Прижала к себе принцессу, лорд Хардинг нас обхватил, маги что-то сделали – наверное, накинули на нас дополнительную защиту, – и именно таким образом мы отправились к помосту навстречу королю Сигизмунду.
Его люди были уже близко, и он вместе с ними.
Толпа на портовой площади неистовствовала, раз за разом заходясь в восторженном крике. Лучников даже не пришлось ловить – народ поймал их сам, тотчас же осудил и привел приговор в исполнение.
Мне даже стало жаль бедняг, потому что я вспомнила слова незадачливого жандарма из Берганота, заявившего, что он при исполнении – что ему приказали, то и исполняет.
Уже очень скоро Аурика оказалась в медвежьих объятиях своего деда. Я стояла рядом, загораживая ее от стрел и подлого удара в спину. Не только я одна – возле нас была дружина Сигизмунда, а также Эван, Генри, Конрад, наши студенты-маги и несколько человек из Партии Принцессы с приколотыми веточками сирени.
Дед обнимал внучку, и Аурика быстро-быстро что-то ему рассказывала на своем языке. Я же, не выдержав давящего ощущения в затылке, повернула голову и встретилась глазами с Иданом Броддиком, смотревшим на нас со своего помоста.
У него был тяжелый, ненавидящий взгляд, который означал, что ничего еще не закончилось.
Наоборот, все только впереди.
Он не собирался сдаваться, в очередной раз подписав нам смертный приговор.
  
Глава 12
 
В Вельфасте нас разместили в Малом Дворце, но кто именно принял такое решение – почему там, а не в главном королевском или же в каком-то другом месте, – я не имела ни малейшего понятия, потому что пребывала в полнейшем тумане.
Кажется, туда в любом случае собирались поселить делегацию из Арагоса, поэтому маленькую принцессу и ее сопровождение решили отправить вместе с ними.
Или же король Сигизмунд отказался проживать с Броддиками под одной крышей?
Или узурпатор и его прихвостни испугались подобного соседства?
Я этого не знала.
Все время была рядом с Аурикой. Тряслась над ней, помня о зависших в воздухе стрелах с белым оперением, поэтому не отходила от девочки ни на шаг. Пусть ее окружали люди из Партии Принцессы и дружина короля Арагоса во главе с дедом-головорезом, но я все равно опасалась…