Фрейлина ее высочества (СИ)

В принципе, если не переодеваться, то можем покинуть сразу же, даже не поднимаясь на второй этаж. Кухня, катакомбы, лошади – прощай, Берганот!..
– Сейчас же угомонись, Матильда! – рявкнул из-за другого конца стола ее муж. – Еще одно слово, и я, клянусь, своими собственными руками закрою твой поганый рот, а потом зашью его суровыми нитками!
– Но…
– Молчать! – рявкнул лорд Ранье, а потом ка-ак бухнул кулаком по столу, так что часть супа и несколько кусков мяса в страхе покинули свои места обитания.
Матильда замолкла. Но я не сомневалась, что ненадолго.
– И вот еще, – добавил лорд Ранье, – пока ты в состоянии говорить и я не привел свою угрозу в исполнение, извинись перед нашими дорогими гостями!
Леди Ранье попыталась.
Переменившись в лице, заявила, что у нее сдают нервы, но ее оправдывает то, что в доме дети. Она боится, что наш приезд накликает на их семью беду. Лучше бы уж ее муж ни во что не вмешивался, а потом они присоединились к той партии, которая выиграет!
Честно говоря, так себе у нее вышли извинения.
– Мы не собираемся долго пользоваться вашим гостеприимством, – холодно заявил Эван. – Уедем этим же вечером.
– Прости нас, Эван! – покаянно произнес лорд Ранье. – Вы останетесь до утра, это не обсуждается. Ну что за напасть эти женщины, лучше бы я никогда не женился! Матильда, смотри у меня! Я тебя предупредил!
Впрочем, его жена уже подскочила из-за стола и принялась суетливо за нами ухаживать. Но показного гостеприимства снова хватило ненадолго – леди Ранье была не из тех, кто умеет держать язык за зубами.
– Как относится к вашему выбору ваша невеста, лорд Хардинг? – произнесла она, скрывая яд за любезным тоном. – До нас дошли слухи о вашей недавней помолвке. Кажется, ее отец убежденный сторонник Броддиков? Расскажите нам, это так интересно – поддерживает ли леди Аманда ваш выбор?
Вот и мне стало настолько интересно, что есть перехотелось окончательно, хотя мне пообещали «восхитительный десерт» и даже его принесли. Запеченные в меду яблоки с бисквитными крошками выглядели вполне аппетитно, но почему-то вызвали у меня отвращение.
Хотя, конечно же, они ни в чем не были виноваты.
***
Эван догнал меня в конце темного коридора на первом этаже, как раз рядом с лестницей.
– Райли, постой! – выдохнул мне в спину.
И я постояла. Вернее, застыла возле маленькой ниши с круглым оконцем.
На улице давно уже сгустились сумерки, свет с улицы шел крайне символический, да и в коридоре с освещением тоже было туго. Но, повернувшись, я все же рассмотрела, что на лице Эвана Хардинга застыло нечто отдаленно похожее на страдальческую гримасу.
Впрочем, затем его лицо приняло привычно-невозмутимое выражение, с которым Эван, остановившись рядом со мной, принялся меня разглядывать. Смотрел на меня сверху вниз, а я глядела на него, понадеявшись на то, что и мое лицо тоже ничего не выражает.
Зачем ему что-то выражать?
И вообще, я угодила сюда из другого мира всего-то два дня назад. Разве у меня было хоть малейшее право упрекать этого мужчину в том, что он собирался жениться на другой?
– Проклятая Матильда Ранье! – внезапно пробормотал Эван. – Ну почему она не умеет держать язык за зубами?!
– Думаю, это был риторический вопрос, лорд Хардинг! – вежливо сказала ему.
В любом случае, я нисколько не была в обиде на Матильду за то, что она подняла эту тему. Кому-то следовало открыть мне глаза – раз уж я держала их закрытыми, вернее, замыленными достоинствами нашего спасителя.
И даже вообразила себе невесть что, забыв поинтересоваться у Эвана Хардинга его семейным положением. С чего-то решила, что герой моего романа непременно должен быть холостым и свободным, словно вольный ветер Нотумбрии.
Вместо этого он оказался без пяти минут женат на некой леди Аманде, похоже, светской львице, раз уж ее знают даже в Берганоте. Если, конечно, в столице лорда Хардинга не казнят за измену мятежным Броддикам!..
И пусть я прекрасно понимала, что факт будущей свадьбы нисколько не должен меня волновать и уж тем более трогать, но меня это почему-то взволновало и тронуло.
 
Наверное, потому что в своем мире мне не везло с мужчинами, и я умудрилась прихватить черную полосу за собой еще и в новый.
– Райли, поговори со мной! – попросил у меня Эван.
– О чем же мне с вами разговаривать, лорд Хардинг? – пожала я плечами. – О планах на завтрашний день? Мне прекрасно о них известно. Мы покидаем этот дом на рассвете. Надеюсь, слуги меня разбудят, если мне не удастся проснуться в нужное время самой.
– Нет, Райли, не о планах. Расскажи мне о том, что у тебя на сердце.
На это я усмехнулась – ну какая все-таки наглость с его стороны! То есть он ждет, чтобы я призналась в своих чувствах, после чего скажет что-то вроде…
Прости, Райли, так вышло! Все уже решено, я женюсь на другой, но мне льстит, что ты в меня втрескалась. Так что давай мы останемся друзьями.
Или же сделает мне невероятно «лестное» предложение стать его любовницей?
Такое мне уже предлагали в моем собственном мире. Не удивлюсь, если я прихватила чемодан с подобным барахлом и в другой.
– Конечно же, лорд Хардинг! Я обязательно открою вам то, что у меня на сердце, – медовым голосом пообещала ему. – Да, я готова признаться, что искренне и страстно мечтаю лишь об одном…
Он замер, и я мысленно усмехнулась. Мужчины такие мужчины!
– Я страстно желаю снять с себя одежду. Всю-всю, лорд Хардинг, вплоть до последней сорочки. – Трусов в этом мире, кажется, не носили. – Затем, обнажившись, улечься в кровать, после чего… – Я взглянула в его застывшее лицо. – Наконец-таки заснуть и проспать до самого утра. О, какое же это невероятное блаженство!
Он все-таки усмехнулся, оценив мою иронию, и я, сама того не желая, добавила плюс в его копилку.
– Я хочу этого больше всего на свете, потому что понятия не имею, что принесет нам завтрашний день, – добавила я. – Вполне возможно, мне снова придется выпрыгивать из окон или бегать по подземным ходам, которые оставили какие-то там Пришлые…
– Прошлые, – поправил меня Эван, и я кивнула.
Как скажет, мне все равно.
– Поэтому я собираюсь подготовиться и проспать всю ночь напролет.
– Райли, погоди! Неужели тебя так сильно расстроила новость о моей помолвке? Скажи мне.
Ну конечно, подумала я. Вот так возьму и честно ему все выложу!..
– Что вы, лорд Хардинг! Новость о вашей скорой свадьбе с леди Амандой наполняет мое сердце радостью. С чего бы мне расстраиваться?
– Я не знал, Райли! – произнес он виноватым голосом. – Карлос… Наш король приказал мне жениться. Не хотел, чтобы со мной произошло то же самое, что и с ним, когда он остался без наследника в темный для Нотумбрии час. До этого я видел тебя пару раз, и у меня сложилось не самое правильное о тебе впечатление. К тому же, когда я принимал решение, ты уже была на Осгорне. Но, знай я тебя так, как знаю сейчас, я сделал бы совсем другой выбор! Мне жаль, Райли!
Да пошел ты к демонам со своими извинениями и жалостью, хотела сказать ему. И со своим выбором тоже.
Но не сказала.
Вместо этого любезно заявила, что этот разговор ни о чем, поэтому я планирую вернуться в свою комнату, но в целом желаю им с леди Амандой любви и счастья, а еще детишек побольше.
Если, конечно, нас не казнят в столице.
Затем обошла его – бочком, бочком. Выбралась из ниши и попыталась протиснуться в коридор. Места оказалось мало, и сделать это было непросто.
К тому же лорд Хардинг не собирался мне помогать.
Как стоял истуканом, так и продолжил стоять, и моя грудь оказалась в опасной близости от его. Вернее, у них состоялся полный, пусть и мимолетный контакт, наполнивший меня самыми разными, но совершенно неуместными в этот момент мыслями и желаниями.
Но я все-таки протиснулась, затем припустила по коридору, после чего вверх по лестнице.
– Мы выезжаем на рассвете, – услышала его голос себе в спину, но поворачиваться уже не стала.