Замуж за криминального авторитета (СИ)

- С ним я поняла, что может быть по-другому в этой чёртовой жизни… Я поняла, как сильно можно любить, растворяясь в человеке. Любовь с Женей была фатальной, я с самого начала это понимала, но он… так красиво пел о том, что заберет меня у мужа и увезёт отсюда, что я доверилась. Когда муж впервые узнал о том, что я ему изменила избил так сильно, что я ещё долго выходить из дому не могла, но он же быстро поставил меня на ноги. Ждал, что Женя клюнет на меня как на наживку. Цуканов хотел отмстить. Правда, через некоторое время потерял бдительность, думал, что я больше не рискну иметь дело с любовником. Второй такой подставы он мне не простил.
- Мой муж нас отсюда вытащит, - произношу твёрдым голосом.
Лора усмехается. Смотрит на меня так, словно больше не верит в чудо.
Переубеждать её я не хочу. Просто знаю, что, если только Давид остался в живых, так просто этого он не оставит.
- Цуканов вбил себе в голову, что вы с мужем тоже играете против него. Он видел записи с камер наблюдения из уборной, где ты встречалась с братом. Стереть их я не успела.
- Что нужно от нас Цуканову?
- Уже ничего, - пожимает плечами Лора. – У него комплекс Наполеона. Он просто мстит обидчикам, уничтожая их.
Я оборачиваюсь по сторонам, потому что нетерпимо хочу в туалет. Понимаю, что удобств здесь никаких нет и придется справлять нужду прямо в углу небольшого сырого подвала. Хотя бы ведро поставили и пить дали…
Щелкнул навесной замок на двери и мысли о естественных нуждах куда-то испарились. Я ждала, что это пришла подмога и сейчас нас с Лорой вытащат отсюда… Послышался топот мужских ног, показалась невысокая коренастая фигура мужчины. Среди охранников Давида такого парня точно не было.
- Эй ты, за мной! – командует, глядя на Лору.
Моё сердце тревожно сжимается и покалывает. Есть в голосе мужчины что-то опасное и заставляющее стыть кровь в венах.
- Зачем? – спрашивает хрипло.
Я чувствую, что девушке тоже страшно несмотря на то, что она давно себя уложила в могилу.
- Хозяин разрешил немного поиграть с тобой, - усмехается мужчина. – Грех не воспользоваться его предложением.
Девушка всхлипывает и поднимается с земли. Слабо покачивается, придерживаясь рукой за стену. Поворачивается в мою сторону и посылает мягкую улыбку, будто прощается. Первое впечатление о ней оказалось обманчивым – Лора не пустая и глупая кукла… Она просто ошиблась, оступилась в жизни и теперь расплачивается за ошибки.
Её силуэт плавно удаляется к выходу. Хочется спросить у мужчины, что будет со мной, но потом я решаю, что лучше пока помалкивать и ждать пока за мной приедет Давид. От мысли, что я и только я виновата в том, что сегодня с нами произошло, становится не по себе. Надо было сразу рассказать обо всем Юсупову, вся проблема в том, что я опасалась за брата.
Тошнота мгновенно подбирается прямо к горлу. Сдерживаться совершенно нет сил, поэтому я начинаю блевать на месте, упираясь руками в сырую землю. Когда заканчиваю, отодвигаюсь в сторону. Симпатичное бежевое платье, которое я надела на ужин к Руслану и Еве перепачкано в чернозём и выглядит совершенно не опрятно. Я думаю об этом с минорной радостью, потому что потенциальных насильников точно в нем не привлеку. Можно сказать им о том, что я беременна… Что со мной нельзя так поступать... Да только умеют ли сочувствовать и сопереживать такие дикие звери, как они? На Цуканова работают настоящие изверги и безумцы, поэтому информация о моей беременности может сыграть против меня.
Шаги Лоры и охранника стихают, на дверь вешают навесной замок. Я прикрываю глаза и пытаюсь думать о чем-то хорошем. В моем положении мне нельзя волноваться, но как тут будешь спокойной?
Пронизывающий женский крик разрывает тишину в доме. Лора кричит так громко, что у меня начинают шевелиться волосы на голове. Мне очень сильно хочется ей чем-нибудь помочь, да только я здесь совершенно бессильна…
Крики не стихают несколько часов подряд. Они прерываются, и я думаю, что все наконец-то закончилось. Лору вот-вот приведут, я утешу её как смогу. Но затем всё начинается с новой силой. Слёз у меня больше не остается… Губы искусаны в кровь, не помогает даже то, что я закрываю ладонями уши. Я всё равно слышуеё.
 
Единственное, что хоть немного не дает мне свихнуться здесь окончательно, это малыш внутри меня, поэтому я глажу болезненно ноющий живот в надежде на скорое спасение...
ПС. Сегодня действует скидка на "Копия моего мужа"
  
Глава 41.
 
***
Через некоторое время крики стихают, перестают гудеть мужские голоса и с верхнего этажа надо мной не доноситься ни звука. Мужчины устали издеваться над Лорой и наверняка легли спать. Я жду, что девушку вернут назад, но чуда не происходит.
Мой оптимизм и вера в спасение с каждой минутой, проведенной в сыром подвале, медленно тает. Что если меня больше некому спасать? Что если Давид и сам нуждается в помощи? О том, что он разозлился на меня за брата и решил оставить здесь не может быть и речи. Есть то, что теперь навсегда связывает нас – наш будущий ребёнок. Юсупов никогда не бросил бы его на произвол судьбы.
В рту становится сухо, меня одолевает жажда. Я не пила уже долгое время, о еде и вовсе молчу. Нет ничего хуже голодной смерти и люди Цуканова совсем ненормальные, если идут на это осознанно… Я всё же думаю, что обо мне просто забыли.
От бессилия и усталости закрываю глаза и опускаю голову на колени. Мне до дрожи хочется вернуться в дом Давида, чтобы ухаживать за розами, ждать возвращения с работы мужа. Какой же глупой я была, считая, что сижу в заточении! Вот он настоящий ад, вот настоящая мука и несвобода…
Лязг замка заставляет меня встрепенуться и поднять голову. В этот раз интуитивно чувствую, что это не подмога и никакое не спасение. Ко мне зачем-то пришли люди Цуканова.
Я не ошибаюсь. Внизу подвального помещения оказывается худощавый мужчина с раскосыми глазами. Он светит в мою сторону фонарём и подзывает к себе рукой, словно собачонку.
- Не пойду, - мотаю головой.
От одной только мысли, что после Лоры надо мной будут измываться точно так же, бросает в жар, а затем в холод. Правда, за жену Цуканова некому было заступиться, а раз меня не убили на ночной трассе, значит я всё ещё зачем-то нужна им живой.
- Не бойся, пойдем, - произносит на ломаном русском мужчина.
У него на лице возникает подобие улыбки, совершенно не похожей на звериный оскал. Я позволяю себе ему довериться, да и выхода у меня в общем-то нет. Не захочу – заставят силой, поэтому я плавно приподнимаюсь с земли, чтобы не закружилась голова. Ноги пружинят, затекли, почти не держат меня. Такое ощущение, что за часы заточения мышцы совершенно атрофировались…
Я резко щурюсь и чувствую, как слезятся глаза, когда мужчина толкает дверь из подвала и выводит меня на улицу. Ночь прошла, наступило утро. Самое ужасное утро, которое у меня только было.
Перед глазами разноцветные блики, ничего не вижу вокруг: есть ли здесь дома по соседству, как далеко мы находимся от проезжей части? Если бы у меня было хоть немного сил, я могла бы найти какой-нибудь тяжелый предмет и ударить им сопровождающего по голове. Возможно, у меня получилось бы сбежать…
Мужчина подталкивает меня в спину и направляет в дом. Внутри тихо работает телевизор, несёт перегаром, комнаты закрыты… Наверняка перед тем, как развлечься с Лорой, мужчины употребляли алкоголь, а затем издевались над ней по очереди. Сейчас после шумной ночи они завалились спать, вот только где сама девушка?
Моим новым пристанищем является чердак. Если сравнивать с сырым подвалом, то здесь куда лучше: есть кровать и стол, на котором стоит похлебка с ржаным хлебом и стакан с водой. На окнах решетки, поэтому сбежать отсюда так же нереально, как и с подвала.
Тяну руку к воде, делаю несколько жадных глотков, утоляя жажду. Ощущаю как мужское тело впечатывается в мою спину и тут же содрогаюсь.