Замуж за криминального авторитета (СИ)

- Не считаю, Давид.
- У нас был с тобой уговор, - напоминает хрипловатым голосом глядя мне в глаза.
- Я помню. Наши отношения лишь для отвода глаз. Не навсегда.
- Умница, - произносит Юсупов, всё ещё прижимая меня к стене. - Тогда что не так, Катя? Почему ты убежала с торжества со слезами?
Он разговаривает со мной, словно с умалишенной. Медленно и неторопливо, но я вижу, что он сердится и тон его голоса становится значительно выше, чем обычно.
- Ты был прав, я маленькая глупая девочка. Не справилась с собой…
Делаю глубокий вдох, опускаю глаза в пол.
Рядом с Юсуповым должна быть женщина его возраста, а не я. Спокойная, выдержанная, умеющая держать лицо даже в самых сложных ситуациях. Признаю это, хотя сердце рвётся на части при одной только мысли об этом.
- Нужно было не заходить так далеко, если не готова, - произносит Давид. - Я тебя заранее обо всём предупредил.
Неожиданно он послабляет хватку и отпускает мою руку. Я свободна, я этого хотела, но вместо того, чтобы отойти от разъяренного мужа, кладу руку ему на плечо, ощущая сильные перекатывающиеся мышцы под рубашкой.
- Наверное, сам виноват, - вдруг снижает голос Давид. – С тобой было сложно сдержаться, Катя.
Усмехаюсь сквозь слёзы, потому что Юсупов впервые признается в подобных вещах… Встаю на носочки, обхватываю руками за шею. Дышу им, перебираю пальцами густые чёрные волосы, прижимаюсь всем своим телом… Так хорошо и спокойно, как давно не было…
Где-то вдалеке слышны голоса гостей и танцевальная музыка. Возвращаться туда не хочется, хотя знаю, что надо. Уже расслабившись и думая, что между нами всё хорошо, Давид произносит фразу, которая рушит почву под моими ногами.
- Нужно заканчивать.
- Не нужно, - упрямо мотаю головой. – Пожалуйста, не нужно… Я не стану тебя ревновать. И вопросы о девушках больше задавать не буду. Только не нужно ничего заканчивать.
Повторяю снова и снова, словно заведённая. Давид тяжело вздыхает и опускает ладонь на мою поясницу, слегка поглаживая.
- Катя…
Я понимаю, что ещё минута и он отправит меня домой, чтобы не мешалась под ногами. Ещё минута и он поймет, что брюнетка ведёт себя достойнее и лучше меня, и начнёт сравнивать. Ещё минута и та близость, что есть между нами разрушится, а я никак не могу этого допустить.
- Поцелуй меня, - прошу негромко и заглядываю в его глаза.
Давид раздвигает мои губы языком и целует, задевая кожу щетиной, делая это без особой нежности и ласки. Немного болезненно, но в то же время безумно приятно. Во рту ощущается вкус дорогого коньяка, мяты и сигарет... Он стал уже родным и таким знакомым. Моим личным наркотиком, без которого у меня зависимость.
Лопатки вновь утыкаются в шероховатую кирпичную поверхность, и я не сразу понимаю, зачем он это делает… До тех пор, пока ноги не отрываются от земли.
Давид перестает терзать мой рот и уверенно расстегивает молнию на брюках. Только сейчас осматриваюсь по сторонам, пытаясь понять, где мы находимся. Я прижата к стене гостевого домика, в котором возможно… нет, наверняка кто-то есть. Отдыхающие люди, которые стали свидетелями нашей с мужем ссоры, а затем примирения.
Всё становится вдруг неважным, когда Юсупов резко входит в меня, выбивая из груди протяжный стон. Цепляюсь в его плечи руками, чтобы не упасть, заглядываю в безумные глаза, ощущаю ещё один грубый звериный толчок. Он не жалеет меня. Терзает изнутри, чтобы понимала на что подписываюсь. Давид хочет, чтобы я добровольно от нас отказалась, но дороги назад больше нет…
Музыка, которая играет под шатром вдруг прекращается. И голоса, которые доносятся оттуда пропадают. В ушах стоит невероятный гул, в висках пульсирует, а внизу живота – пылает. Обхватываю руками его шею, трусь словно кошечка об его щетину, запускаю пальцы в жёсткие, как и он сам, волосы. Всхлипываю, когда Юсупов выходит из меня, а затем резко протаранивает до самого упора.
- Не заканчивай… - шепчу почти беззвучно. - Прошу, не заканчивай… Ещё…
Я совершенно теряю счёт времени. Уже не ощущаю неровную поверхность и жжение на спине. Не чувствую боли. Не испытываю страха, что нас увидят. Есть только одно желание на двоих - получить долгожданную разрядку, чтобы стать ещё ближе друг к другу.
 
- Ты пьёшь таблетки? – спрашивает хрипло Давид.
Киваю, не понимая о чём он. Изгибаюсь, закидываю голову назад, поднимая взгляд к небу. Звёзды становятся нечёткими и расплывчатыми, волна удовольствия прокатывается по телу, заставляет меня задрожать и обнять Давида сильнее, чтобы не упасть.
Когда чувствую в промежности много влаги, то понимаю почему Юсупов спросил про таблетки, но говорить обратное уже поздно. Я даже не заметила, что мы впервые занимались сексом без презерватива. Наверное, это потому наша близость была спонтанной и неожиданной даже для Давида.
Юсупов резко ставит меня на землю. Стоять трудно, мышцы онемели. Красивое вечернее платье теперь в жутких затяжках, укладка растрепалась, алая помада размазана по лицу, а по ногам стекает его сперма… Куда мне в таком виде?
- Пойдем, провожу к машине, - произносит Давид, рассматривая меня чуть прищурившись.
Он берёт меня за локоть и ведёт, но я вырываюсь.
- Я никуда без тебя не уеду.
- Катя…
- Пожалуйста, Давид…
Он возобновляет движение и продолжает силой вести меня по дорожке, выложенной из камня. Ноги заплетаются, по внутренней стороне бедра всё ещё стекает сперма…
Я была бы не прочь позлить ту брюнетку в зале и вернуться…. Она точно догадалась бы о том, чем мы с Юсуповым занимались. И она опять была бы в бешенстве, что он выбрал меня, а не её.
На стоянке стоит множество автомобилей. Возле внедорожника Юсупова парни из охраны. Они ехали на других машинах позади нас.
Давид открывает дверцу, помогает забраться на переднее сиденье. Достает из бардачка влажные салфетки и протягивает мне.
- Сейчас вернусь. Жди.
Улыбка мгновенно озаряет моё лицо. Я смотрю ему в спину и думаю о том, что в любом случае дождусь, сколько бы времени ему не потребовалось.
  
Глава 31.
 
***
Давид возвращается на парковку спустя сорок минут. Выглядит хмурым и задумчивым, но я не лезу к нему с расспросами, потому что чувствую, что это сейчас лишнее. И про брата не говорю. Знаю, что разозлю ещё сильнее.
Юсупов забирается на водительское место, бросает на меня короткий взгляд и заводит двигатель. Позади нас едет ещё несколько автомобилей с охраной для подстраховки. Давид никогда не остается один. Молчаливые амбалы ходят за ним по пятам двадцать четыре часа в сутки. За его безопасность я могу быть спокойна.
Вернувшись домой, мы разбредаемся по комнатам. Давид уходит к себе, разговаривая по телефону, а я – к себе. До поздней ночи жду, что он заберется в мою постель и обнимет, но этого не происходит. Между нами всё слишком хрупко и неустойчиво, чтобы называть это полноценными отношениями.
Последующие дни муж редко бывает дома. Обычно он уезжает рано, пока я ещё сплю, а возвращается поздно. А иногда и вовсе не возвращается... Я безуспешно борюсь со своей влюбленностью. Как только в коридоре слышатся его шаги и щёлкает дверь спальни, меня словно магнитом тянет к нему. Остается словно мантру повторять себе: «Он ничего тебе не обещал, Катя… Совсем ничего…».
Сердце трепетно бьётся, когда Юсупов всё же приходит ко мне в одну из одиноких ночей. Не знаю, что это – сексуальное влечение или необходимость, но он забирается ко мне в постель, разворачивает к себе и трахает. Дико, по животному, оставляя на мне отметки и до боли прикусывая кожу зубами. И хотя я приказываю себе не кончать под ним, но тело остро реагирует на его близость… Спустя несколько минут я податливо выгибаюсь ему на встречу, получая мощную разрядку и прилив удовольствия, который накрывает меня с головой.
- Уйдешь? – спрашиваю, опустившись ему на плечо.
- Могу остаться.