Бог-без-имени (СИ)

Фьольвира обдало густой, черной кровью. Он закашлял, упал и едва не пропустил очередную атаку. Меч выбило из ладони, бок обожгло, но Фьольвир выкрутился из зубастой воронки и встал на ноги.
— И это все? — раскинул он руки.
С пальцев капало. С волос капало. С подбородка. С кончика носа. Страшилище, наверное, хуже Ульфхи, подумалось ему.
‒ Это все?
Оказалось, нет. Взмах щупальца отправил Фьольвира в короткий и стремительный полет. Удар о стену пещеры был такой силы, что ему показалось, будто все в нем сломалось. Он даже не смог понять сразу, что его перевернуло и воткнуло левым плечом в каменную поверхность. Геройское плечо, конечно, выдержало, но отнялось. В глазах поплыл туман, светлый, молочный.
‒ Ах, ты!
У него получилось перевернуться и встать на четвереньки. Щупальце ударило выше, подарив лишнее мгновение, чтобы опомниться.
‒ Куда?
Правая рука сработала захватом. Щупальце, сдирая кожу, попыталось вырваться, но Фьольвир налег, сдавил, а потом с криком выдернул его то ли из сегмента, то ли из сустава, заставляя безвольно обвиснуть.
‒ Ага!
Он оттолкнул обмякшее щупальце от себя, размазал кровь по груди и, пошатываясь, подобрал топорик. Ульфха утянула конечность в воду. Многочисленные рты ее сомкнулись. В глазах ярость смешалась с болью.
Фьольвир подсчитал: первое, притворившееся Хейвиской щупальце перерубил, второе разрезал, третье сломал. Не так уж много осталось! Десять без трех ‒ семь. Семь!
‒ Давай, давай, ‒ махнул он Ульфхе топориком. ‒ Герой ждет.
Чудовище качнулось. Свет прокатился по своду. Волна плеснула на площадку, но этого Ульфхе показалось мало. Она качнулась снова, загребая воду щупальцами с обеих сторон. Озеро словно затанцевало под тварью, вздуваясь темными, бурлящими валами. Волны принялись перехлестывать через выступ, заливая водой все доступное пространство.
Скоро Фьольвир понял, что задумала Ульфха. Она собиралась затопить каменную площадку, чтобы сковать движения Фьольвира, а, если получится, то и утопить его.
‒ Унномтюр! ‒ позвал он.
Ответа не было.
Ульфха шлепнула щупальцами, озеро приподнялось, накатило, и Фьольвир очутился по пояс в воде.
‒ Унномтюр!
‒ Что ты кричишь? ‒ возник рядом спутник.
‒ Ты поможешь? ‒ спросил Фьольвир.
‒ Каким образом?
‒ Вселись в меня, как раньше.
Ульфха словно вытянулась вверх, а затем опустилась. Вода дошла Фьольвиру до груди. Щупальца поплыли, как змеи. Фьольвир, отплевываясь, взял от них в сторону.
‒ Раньше ты был не совсем героем, и я мог позволить себе вселиться, ‒ поворачиваясь, Унномтюр отслеживал движение щупалец. ‒ Сейчас не получится.
‒ Тогда нападем вдвоем!
‒ О, боги! Это твоя Ульфха, арнасон!
‒ Но я…
Волна прокатилась, на мгновение скрыв Фьольвира с головой. Вынырнув, он шлепнул топориком по воде.
‒ А если я не смогу?
‒ Это будет печально.
‒ Да… Ай!
Фьольвир скрылся под водой, а через миг взлетел вверх с щупальцем, обвившимся вокруг его ноги.
‒ …тюр!
‒ Ты ‒ герой, арнасон! ‒ крикнул ему спутник и пропал в волнах.
‒ Ага! Я сейчас героически…
Бамм!
Ульфха не дала Фольвиру договорить, снова бросив его в стену. Фьольвир спиной выбил в камне углубление и в осколках обрушился в воду. Сразу несколько щупалец взвились над местом падения. Пасти раскрылись. Щупальца по очереди принялись жадно взбивать воду в поисках жертвы. Ульфха приблизилась, нависла. Свет сквозь водяную толщу опустился до дна. Щупальца еще раз клюнули. Одно, самое удачливое, вынырнуло с ошметками кожаного сапога-штира.
Ульфха озадаченно выдохнула. Глаза ее задвигались, высматривая человека. Два щупальца неуверенно шарили в воде.
Уфф!
Фьольвир вынырнул в десяти крафурах левее розового бока Ульфхи. От злости он был сам не свой, кипел, как котелок с похлебкой, поэтому не удивительно, что вместе с ним под свод пещеры вырвался клуб пара.
Казалось, огонь жжет его изнутри.
‒ Да что же это такое!
Отбив вялое, медленное щупальце, Фьольвир прыгнул на Ульфху. Та даже опомниться не успела, как он кусачей блохой пополз по ней вверх, раздавая удары топориком направо и налево. Глаз ‒ рот, глаз ‒ рот. Рты закрывались, кисли, пухли, глаза лопались и плевались черной кровью.
 
Ульфха замолотила щупальцами, но свирепый и быстрый Фьольвир, перепрыгивая по складкам и морщинам, играючи уходил из-под ударов. Свет в чудовище мигал и пытался его преследовать, но не поспевал и терялся.
‒ На, получи! ‒ Фьольвир вонзил топорик в тело Ульфхи и двумя-тремя скорыми взмахами вырубил кусок розовой плоти. ‒ Думала, большая, и я не достану? А я здесь! На, на, на! Кто герой? Я, тварь, герой! Не ожидала?
Грозившее его прихлопнуть щупальце, Фьольвир легко перехватил и сломал одним движением.
‒ Здоровая, видишь ли, она!
Ульфха попыталась отползти с площадки, но Фьольвир забрался уже на две трети ее высоты и, видимо, своим дерзким рейдом серьезно затруднил отступление. Большинство оставшихся в целости щупалец утратили координацию и молотили по воде и по воздуху в беспорядке. Молотили, впрочем, все медленней. Пара конечностей еще выцеливала, еще ловила Фьольвира, но то и дело промахивалась, впиваясь раструбами жадных воронок в собственное тело.
Ах, н-на! Фьольвир несколько раз вонзил в Ульфху топор и полез наверх, к светлому венчику на макушке твари. Это было наитие, героическое озарение. Где смерть Ульфхи? Там. Все глаза на пути слепились им безжалостно. Ульфха вздыхала, вздрагивала и никла под тяжестью самой себя. Освобожденная ей вода темным потоком устремилсь обратно в озеро, обнажая каменный выступ.
Под защитой венчика, во впадинке, как оказалось, находилась увитая крупными жилами выпуклость. Когда Фьольвир коснулся ее, Ульфха испуганно замерла.
‒ Ну и кто герой? ‒ проорал, свесившись, Фьольвир в один из уцелевших глаз. ‒ Что? Молчишь? Нечего сказать?
‒ Арансон!
Объявившийся внизу Унномтюр замахал ему руками. Хорош напарник! То сам-сам, герой, а то вдруг «Арнасон!».
‒ Чего? ‒ спросил Фьольвир.
‒ Вали ее сюда! ‒ крикнул Унномтюр.
‒ Как?
‒ Кто герой? Ты! Сам уж как-нибудь определись, как это сделать.
‒ Я могу только так! ‒ крикнул Фьольвир.
Просунув топорик между лепестками венчика, он вонзил лезвие в похожую на мозг выпуклось. Ульфха затряслась, щупальца разом опали. Чудовище качнулось назад, но Фьольвир, подпрыгнув, подбил макушку в противоположном направлении, и вздыхающую, чмокающую, безвольную Ульфху повлекло к площадке.
‒ Да-да! ‒ закричал снизу, отбегая, Унномтюр. ‒ Сюда, арнасон, сюда!
‒ Я стараюсь!
Как только Ульфха засомневалась, падать ей или нет, Фьольвир снова, со всей геройской дури, ударил ногами в розовую складчатую тушу, придавая ей нужное ускорение. О, падение вышло эпическим! С брызгами, плеском и треском чудовище рухнуло на камни, расплющив верхнюю половину туловища о стену.
Свет в Ульфхе вспыхнул и погас.
Сделалось темно. Остаточное свечение, словно бледные пузыри, еще всплывало из глубины чудовища, но распространялось едва ли на шаг-два от тела. Фьольвир спрыгнул, скатился, помогая себе топориком. Каменная поверхность отдала в голую пятку. Опять обуви лишили! Что за лю… Что за твари!
‒ Сюда, ‒ услышал он Унномтюра и похромал на голос.
Унномтюр резал Ульфху. Фьольвир понял это по его пыхтению, взблескам железа и плеску крови.
‒ Эй, ты видел? ‒ спросил он.
‒ Видел, ‒ отозвался Унномтюр. ‒ Жалкое зрелище.
‒ Я?
‒ Ульфха, конечно же!
‒ А что с ней не так? ‒ обиделся Фьольвир. ‒ Гигантская. Десять щупалец. Злая.
‒ Не те уже чудища, ‒ вздохнул Унномтюр. ‒ Слабеют. Общее вырождение налицо. Богов нет, все дряхлеет.
‒ Но я ‒ герой? ‒ с подозрением спросил Фьольвир.
‒ А как же! Придержи-ка.
Фьольвир наощупь принял на руки складчатый бок.
‒ А свет…
‒ Сейчас, ‒ с натугой ответил Унномтюр.
Кровь плеснула снова, зажурчала струйками.