Своя игра. Тетралогия (СИ)
– И все же на одних только залетевших дурочках, лечении болячек у овец и мелких пакостях по заказу таких денег не сделать, – сказал я.
– Иногда к Кларе приезжали богатенькие, из близлежащих городков, – ответила Жюстина. – А иногда и издалека. Хочешь сотворить зло ближнему безопасно? Ищи исполнителя, которого в твоих краях не знают.
– Понятно…
Кроме денег мы нашли несколько накопителей – среди них не оказалось ни одного большого, однако каждый представлял немалую ценность. И собрали множество годных на продажу вещей колдовского обихода. А еще обнаружили шкатулку, доверху заполненную кожаными ярлыками об уплате податей. Королю, герцогу, барону. Поборы с ведьм составляли немалую часть дохода любой казны, а Клара была примерной налогоплательщицей. Интересно, будь во Вселенной Дагора настоящий Суд Высшей Справедливости, а не та подозрительная контора, что сходит за таковой, кого бы на заседании признали более виновными – нас, как убийц Клары, или Бальдура, Генриха и Келли, которые из года в год получали процент с Клариного бизнеса, одновременно крышуя его?
– Неплохо ты сегодня загреб! – иронично сказала Жюстина. – Что‑то мне уже хочется в разбойники.
Я слегка смутился. Жюстина, как наемный маг, права на добычу не имела. Ведь я ее не компаньонкой пригласил, а именно нанял. Только не с оплатой подневно, как обычно делалось. Трудности с переводом костомеха из трудового в боевого были не моими, а ее. Строго говоря, накопитель для поставленных целей она должна была доставать сама, где и как хотела. Получалось, что я ей еще и помогаю ни за что ни про что – точнее, ради будущих удобств и надежности в эксплуатации скелета.
– Поимей совесть, Жюст! – сказал я. – И так пообещал заплатить по‑королевски – и заплачу. Немалая часть сегодняшнего золота как раз достанется тебе. Вот, тысячу сразу забирай. Вместе с сундучком. Он, кстати, тоже не безделка, и станет премией за риск. Но быть сразу и наемницей и долевиком ты не можешь. Согласись, это было бы слишком жирно.
– Да не напрягайся ты! – поморщилась Жюстина. – Я и в мыслях не держала срубить с тебя лишнего. Однако договор наш предлагаю дополнить. Таким образом: я доделываю костомеха на прежних условиях, а потом ты берешь меня в долю.
– Бандиткой захотела стать? М‑да, аппетит приходит во время еды! Понимаю тебя: ты вкалывала хуже каторжницы несколько недель и получила пока чуть более полутора тысяч. И тут видишь, что я те же деньги беру за день. Только вспомни, что не каждый день беру, а достались они мне однажды за те же несколько недель. Штуку дал тебе, полштуки отдам Торну, и чего там мне достанется? Выручка с продажи ведьминого хламья. Которое еще сбыть надо.
– Не прибедняйся! Мы уже завтра поедем Хулио грабить! И тебе опять все, а мне… премия!
– В Каритек, если не хочешь, можешь не ездить – один управлюсь.
– Не управишься! Чуть что‑то не так пойдет – и не управишься, потому что плохо знаешь город. И на Тропе тебе со мной будет гораздо проще. Возможностей по набору маны у меня в разы больше. Лекарские навыки лучше, чем ты приобретешь к шестидесятому уровню. Твой накопитель всегда будет более‑менее полон, а сам ты более‑менее здоров. А еще я обещаю научить костомеха разным полезным фокусам. Бьюсь об заклад, ты и не подозреваешь, сколько всего он способен делать самостоятельно. Например, следовать за тобою, выполнять простейшие действия по команде, стоять на посту, когда ты спишь… Да что я тут распинаюсь? Соглашайся, а то потом пожалеешь.
– Тебя убить могут. Я сам недавно убил двух милых эльфийских девушек, которые решили зарабатывать на жизнь силовыми методами. Ты поучаствовала пока в единственном бою, победа в котором досталась нам сравнительно легко. Подумай еще раз: не проще ли осесть на Разбойничьем тракте, в соседнем герцогстве или вообще в другом королевстве, и жить спокойно.
– Я уже нажилась спокойно – в Каритеке. Но такая жизнь, знаешь ли, напоминает спокойствие кладбища. Оживляется она только попойками. И ладно бы деньги при этом водились, – но они не водятся. А как только начинаешь зарабатывать их, покою конец. Я не хочу превратиться лет через тридцать в подобие Молли. Она милая тетка, конечно, однако ее суета не стоит доходов.
– Добро, – сказал я, устав переубеждать упрямицу. – Считай, что договорились. Погибнешь – пеняй на себя. Из Мира Теней тебя доставать не полезу.
– Очень ты мне там понадобишься! Да ты уже здесь меня достал! Уговаривай его, понимаешь, пока язык не отвалится…
Покончив с деловыми вопросами, мы начали подготовку к встрече Хулио. Порубленные пугала скидали в дровяник, потоптанные грядки поправили как могли, чтобы при беглом взгляде со двора явный беспорядок не свидетельствовал о состоявшейся в огороде битве. В дощатом сарае слева от избушки жили куры – я их переловил, обезглавил и отдал ощипывать Жюстине. Осмотрел хлипкое строение: все оно держалось на четырех столбах, даже не врытых в землю, и десятке ржавых гвоздей. Подведя костомеха вплотную, осторожно приподнял курятник, надел на скелет и заставил его присесть. Вылез наружу, осмотрел результаты трудов и похвалил себя. Сквозь щели меж досками ничего не видно, – а я, когда засяду внутри, напротив, буду хорошо видеть происходящее снаружи.
Со стороны деревни к избушке вел заросший бурьяном проселок. Наверно, по нему ведьме привозили сено: в стайке на задах имелись четкие следы присутствия в ней еще недавно коровы. Я заглянул в карту – деревня в пяти минутах ходьбы. Близковато, но там не должны услышать звуков схватки, если не удастся покончить с Хулио быстро, потому что ельник заглушит звуки. Две другие деревни Келли находятся гораздо дальше. Замок самого барона – еще дальше.
– Да не пойдет никто проверять, что у ведьмы творится, – успокоила меня Жюстина. – Хоть бой драконов мы тут организуй, хоть светопреставление.
Она уже варила суп из одной курицы, остальных приготовила к жарке на вертеле. В висящем на крюке посреди кухни мешке нашелся хлеб вчерашней выпечки. В большом жбане за печкой исходила последними пузырьками почти дозревшая брага. Так что вечер нам предстоял сытый, веселый, по‑домашнему уютный. Настроение мне портила лишь Жюстина в образе Клары: слишком уж одиозно она выглядела. Весточка притомилась за день и рано устроилась спать. Леший стоял часовым во дворе.
Мык возвратился из Каритека на следующий день часам к одиннадцати. Спрыгнул с Люцифера и зашелся в отчаянной жестикуляции. Я часто останавливал его, переспрашивая, правильно ли понимаю. Люцифер бы рассказал быстрее и лучше, но разве можно лишать пацана радости лично доложить о выполнении задания?..
Хулио поверил письму безоглядно и очень обрадовался. Он дал Мыку за добрую весть целый золотой и послал служанку на каретный двор нанимать экипаж и эскорт. И так строго наказал ей торопиться, что Мык не стал ждать и смотреть, выедет ли маг, – конечно выедет. И поедет быстро, чтобы вернуться в город сегодня же.
– Ты молодчина! – сказал я. – Вот обещанная плата. Пройдет у нас все успешно – получишь еще столько же, чтоб у тебя и после лечения деньги водились. Как считаешь, на сколько от тебя отстала карета?
На час, не меньше, ответил знаками Мык. Я глянул на Люцифера – конь подтвердил.
– Тогда оба отдыхаете этот час и выдвигаетесь к началу проселка. Когда появится Хулио, вернетесь и дадите знать.
Мык кивнул, а Люцифер сказал:
– Мальчик пусть и вправду отдохнет. А я сразу пойду на место. Какая разница, где пастись. Вдруг маг чуть раньше приедет. Карету я и отсюда услышал бы, но хорошо будет знать заранее, какой он нанял эскорт.
– Думаю, не более двух всадников, чтоб поменьше платить. Ну и кучера.
– Мне тоже так кажется. Хулио и вправду дал Мыку золотой, однако я заметил, что он тут же пожалел о своей щедрости. Но лучше знать наверняка, сколько против нас будет народу. Так что оботри меня, дай напиться и облачи в бард. Вдруг придется сражаться – мне одному или нам в паре.