Малыш от чужого папы. Неслучайная связь (СИ)

- Еще как касается, - возмущенно выдыхает она. – Сядешь сейчас на шею Мишеньке и деньги из него высасывать будешь…
- Кажется, кому-то как раз и пора слезть с моей шеи! – гремит суровый голос.
Выглядываю через плечо застывшей в страхе мачехи и вижу, как к нам подходит отец. Широкими, размашистыми шагами. Позади семенит Алина, удивляя меня своим поведением. Если я все правильно поняла, она стояла ближе к воротам и, наверное, увидела, как папа вернулся домой. А потом… позвала его на помощь? Ради меня?
Недоуменно смотрю на сестру, а она губы кусает и пальцы заламывает, поглядывая на Ларису.
- Мишенька, ты сегодня рано, - мгновенно меняет манеру общения мачеха.
Разворачивается к мужу, за руку его берет. Но он чернее тучи. Сканирует меня пристально, слово увечья какие-то на мне ищет, а потом обращает внимание на жену. И становится еще злее.
- Собирай вещи - и вон из моего дома, - чеканит каждое слово.
- Ка-ак? – ахает мачеха.
- Я долго терпел. И зря. Разве я не предупреждал тебя, Лора? – раздражается все сильнее. – Мы не раз обсуждали с тобой отношение к НАШИМ дочерям. Разве я в чем-то когда-то Алину ограничил? Упрекнул? Так какое ты имеешь право ТАК разговаривать с Лилей?
- Миш, ты все неправильно понял. Я же переживаю о Лиле, - щебечет мачеха, почуяв запах жареного.
- Хватит врать, - жестом пресекает ее поток речи. – Надо было прекратить наши отношения, еще когда Мейер намекал. Глаза мне открыть пытался, а я слеп был. Все на глупость твою списывал, - вздыхает тяжело. – В общем, так, - устало виски потирает. – Такси тебе вызову – и возвращайся в свою квартиру, где до меня жила. Для Алины мои двери всегда открыты, - оглядывается на сестру и кивает слегка. – А твоей ноги чтобы здесь не было! – рявкает на мачеху.
Осознав, что спорить бесполезно, Лариса в слезах убегает в дом. За ней нехотя плетется Алина, и мне жалко ее становится. Нелегко ей приходится с такой матерью. На секунду даже параллель с Софи провожу… Если Артур не заберет бусинку… Нет! Все у него получится!
Спохватываюсь, вспомнив о телефоне с открытой перепиской. Но папа опережает меня. Поднимает его с земли, мельком на экран смотрит, улыбается тепло – и протягивает мне.
- Ну почему ты глупая у меня такая? – укоризненно качает головой, пока я смартфон от следов грязи протираю. - Жертвуешь собой постоянно! Давно бы рассказала мне, что она тебя «травит».
Обнимает меня крепко, а я лишь всхлипываю и плечами пожимаю.
- Не хотела тебе жизнь портить, - признаюсь я.
Вместе садимся на скамейку. Укладываю голову папе на плечо, и он гладит меня ласково, словно я совсем маленькая.
- Ты – моя жизнь, Лилёнок, - говорит тихо. - И внучок теперь еще будет. Или внучка. Ты кого больше хочешь?
- Мальчика, - выпаливаю импульсивно.
- Чтобы на Артура похож был? - догадывается
Киваю, утыкаюсь носом в папину рубашку и слезы на выглаженный хлопок роняю. Мои плечи содрогаются от плача. Злюсь на себя за эмоциональную нестабильность, но… Беременным можно!
- Ну-ну, не плачь, - бережно похлопывает меня по спине отец. - Вернется он, никуда не денется. Артур, конечно, тот еще говнюк, - ругает, но сквозь смешок издевательский.
- Па-ап! – поднимаю голову и прищуриваюсь недовольно.
- Но любит он тебя, - улыбается мне и с моей щеки слезы стирает ладонью. - Я же вижу. И Софи дочкой тебе станет. Вот посмотришь.
Выпрямляюсь, дышу глубоко, чтобы успокоиться. И меняю тему, потому что о Мейерах вспоминать больно.
- Как день прошел, пап? У тебя нормально все? Нет проблем в бизнесе? – делаю паузу. - И… с Волковым?
- Ты новости не смотрела? – изгибает бровь недоверчиво.
- Не-ет, в саду была, - тяну я. - Гуляла. И… - отвожу взгляд.
- Ясно. От Ларисы пряталась? – спрашивает, но сам ответ знает. – Что касается Волкова… Задержали его, - заявляет вдруг, и я ойкаю ошеломленно. - Весь месяц по нему проверками били. В итоге, нашли все, что можно и что нельзя. Замешан он был в разных махинациях, за взятки земли выделял, точки под бизнес. В общем, накажут его за все грехи. И в органы власти путь для него закрыт. Так что Артур на расстоянии смог разобраться с Волковым.
 
- Да, он своих людей привлек, Врагову позвонил и… - перечисляю я, но останавливаю себя.
- Что? – папа сразу понимает, что я недоговариваю.
- Я еще Алиске пожаловалась, - выдыхаю. - А она – мужу. И потом… Загорский целую свору на Волкова натравил. Ты только Артуру не говори, ладно? Он не хотел помощи просить до последнего.
- Как скажешь. Да, Мейер жутко упертый, - хохочет отец. - Но ты сама такого выбрала, теперь дрессируй. Хотя, кажется, с тобой он ручным стал, - заканчивает почти серьезно.
- Я скучаю, - выпаливаю и губы надуваю.
- Терпи, Лилёнок, - опять обнимает меня. - У него все получится.
И я верю. Им обоим.
***
К вечеру Лариса и Алина собираются. Несмотря на жалкие попытки мачехи задобрить папу, тот остается непреклонным. Со мной она даже не прощается – лишь смотрит с ненавистью, демонстрируя свое истинное отношение ко мне. Маска окончательно слетает, когда Лариса хамит отцу:
- Ты должен быть благодарен, что я вообще время на тебя потратила, - прыскает ядом и скрывается в такси.
Однако Алина не торопится уезжать. Неловко обнимает меня, прошептав: «Прости, если что не так». А потом к папе несмело идет.
- Здесь тебе всегда рады, дочка, - улыбается ей отец и в лоб чмокает.
- Алина! – стервозно вопит Лариса.
И сестра спешит в такси. А мне остается лишь проводить ее взглядом.
Стоит автомобилю скрыться за поворотом, как у нашего забора паркуется другой.
Из серебристого дэо выходит незнакомый мужчина с портфелем в руках. Оценивает нас серым взглядом из-под очков, откашливается хрипло.
- Здесь живет Лилия Воронина? – адресует мне вопрос.
- Да, это я, - недоуменно взмахиваю ресницами.
Гость показывает удостоверение нотариуса, а потом протягивает мне какие-то документы.
Вместе с отцом листаю бумаги. Я на автомате перевожу вслух текст с немецкого языка на русский. Для папы. А сама непонимающе качаю головой.
В моих руках дарственная. Некий Давид Вебер переписал на меня компанию в Австрии.
- Я не знаю никакого Давида и… - сопротивляюсь я, но папа берет меня под локоть.
Нотариус хмурится, глаза прищуривает. Хмыкает.
- Меня прислал Артур Мейер. И сказал, что вы в курсе, - поправляет очки на переносице.
- Подписывай, Лилёнок, так надо, - тихо указывает отец.
Опять они вдвоем с цербером провернули что-то? И только я не в курсе?
Несносные мужчины! Я это еще припомню Мейеру!
Но пока ставлю подпись на документах. Нотариус отдает мне один комплект бумаг, а копии забирает себе.
Поздравляет с чем-то, папе руку пожимает – и ныряет в свою машину.
- И что это все значит? – кручу в руках папку.
- Привет от Артура, - смеется отец, увлекая меня за собой в дом. – И это значит, что у него все идет по плану.
  
Глава 39
 
Через некоторое время
Лиля
- Чем докажете, что у меня внук? – не прекращает хохмить папа, а я незаметно его по руке хлопаю. – Сплошные черные и серые пятна. Сдается мне, обмануть меня вдвоем хотите, - прищуривается хитро. - Где здесь самое главное «доказательство»? Не вижу!
- Ну, вот же, - разворачивает монитор Петрова и пальцем в него тычет. – Вот голова, вот животик. А вот и ножки. Малыш специально их расставил, чтобы деду во всей красе продемонстрировать «доказательство» свое.
- Хм, допустим, - хмыкает отец, но выглядит при этом довольным. – А гарантию дадите? В случае ошибки. Или обмену и возврату не подлежит?
 
- Папа! – фыркаю я. – Я тебе обменяю! Я Артуру все расскажу!
- Все, молчу, - поднимает ладони вверх. – Не надо меня зятем пугать, и так боюсь.
- Да ну вас, - смеется УЗИ-стка.
И снимок распечатывает. Я сразу попросила ее сделать это. Для Мейера…