Юность подарит первые шрамы

– Никки, ты тоже, пожалуйста, воздержись от советов.
– Ну ладно, извини. Ты чего такая вспыльчивая?
– Просто терпеть не могу, когда кто-то вмешивается в мою жизнь.
– Да я просто пошутила!
Теодор занервничал, стал бить копытом по деревянной перегородке, что разделяла секции. В соседней секции заволновался Фобос – конь Элеттры, начал пыхтеть и ходить взад-вперед.
Лишь Деймос сохранял спокойствие в объятиях хозяйки.
– Диана, все хорошо? – спросила Калли. – Ты какая-то мрачная уже целую неделю.
– Да, Калли права, я тоже это заметила, – подключилась Джел.
Диана отошла от коня. Больше молчать она не намерена. В конце концов, они ее подруги. Они должны знать о том, что творится в ее душе.
– …Я вас обманула. Я не ездила в Италию.
– А где же ты была? – спросила Джел.
– Я не выезжала из Глэнстоуна. У меня было ужасное настроение все лето.
– Странно. Когда я тебе звонила, у тебя был счастливый голос.
– Калли, я умею притворяться…
– Так что произошло? – не выдержала Никки.
* * *
– Потрясающая паста, – сказала Крейна Патридж.
– Рамона наполовину итальянка. Она как никто другой знает, как правильно готовить пасту, – ответила Аннемари.
Диана вышла из особняка семейства Брандт – Чамбресс Хаус, что больше был похож на музей, – и направилась в сад, где обедали ее мать с отцом и чета Патридж, давние знакомые родителей: Роберт, Крейна и их сын Джулиан.
– Диана, неужели ты решила почтить нас своим присутствием? – недовольно высказался Алэсдэйр Брандт.
– Прошу прощения. Здравствуйте, – сказала Диана и села рядом с матерью.
На улице было пасмурно, летний зной в этот день уступил место долгожданной прохладе.
– Какая красавица! Просто невозможно глаз оторвать, – восхитилась Крейна.
– Спасибо, миссис Патридж.
– Диана, а ты помнишь, как гостила у нас в Вандевере в детстве? – задал вопрос Роберт.
– Конечно, помню, – улыбнулась Диана. – Мне тогда было лет шесть, кажется?
– Да. Ты была такой славной малюткой. И Джулиан обожал с тобой возиться. Правда, Джулиан?
– Да. У нас было много общих тем.
Диана взглянула на Джулиана. Когда она его видела в последний раз, он был тощим, несуразным, белокурым мальчишкой со скрипучим голосом и широкими бровями. Впрочем, спустя столько лет он несильно изменился. Только голос наконец-то стал благозвучным и брови теперь еще шире.
– А тебе было пятнадцать, если я не ошибаюсь?
– Все верно.
– Интересно, какие же у нас с тобой могли быть общие темы? – удивилась Диана.
– Рамона, налей, пожалуйста, еще вина! – затрезвонила миссис Брандт.
– Диана, мы были бы рады видеть тебя этим летом у себя в поместье, – сказала Крейна.
– К сожалению, я не смогу. Хочу подтянуть за лето некоторые предметы, так что мне не до развлечений.
– Дорогая, ты чересчур строга к себе, – вмешалась Аннемари. – Ты и так одна из лучших учениц «Греджерс».
– На мой взгляд, Диана – самая лучшая ученица «Греджерс», – сказал отец.
– Точно, Алэсдэйр. А еще ей нет равных в конном спорте, – добавила мать.
Диана вдруг почувствовала себя каким-то продуктом, которому делают рекламу.
– А Джулиан, между прочим, закончил медицинский факультет и совсем скоро станет резидентом, – сказала Крейна.
Что ж, теперь настала очередь Патриджей кичиться успехами своего отпрыска.
– Поздравляю! Врач – это потрясающая профессия, – отметил мистер Брандт.
– А на какую специальность ты претендуешь? – спросила Диана.
– Мне нравится кардиохирургия. В процессе учебы я познакомился со многими талантливыми профессорами, и один из них готов взять меня под крыло.
– Чудесно! Давайте выпьем за это, – предложила Аннемари.
– Диана, а ты уже определилась со своей профессией? – поинтересовалась Крейна.
– Я тоже склоняюсь к медицинскому факультету. Над направлением пока не задумывалась.
– Что ж, желаю тебе удачи. Это очень ответственно.
– Спасибо.
– Но на мой взгляд, – продолжила Крейна, – женщина и работа – это несовместимые вещи. А ты как считаешь, Аннемари?
  
– Я с тобой полностью согласна, Крейна. Женщина не должна работать. Ее долг – следить за домом и заботиться о семье. И Диана придерживается того же мнения.
– …Вообще-то нет.
– Нет? – Аннемари едва не поперхнулась вином.
– Я считаю, что женщина никому ничего не должна. Если она хочет построить карьеру, то пусть строит. Если же ей угодно заниматься только домашними делами, да будет так.
– Диана, ты хочешь посвятить свою жизнь карьере? – серьезным тоном спросила Крейна.
– Да. Я хочу стать независимой.
Ее ответ поразил всех присутствующих. Кажется, погода стала еще мрачнее в этот момент.
– А как же муж? Дети? – недоумевал Роберт.
– Мистер Патридж, одно другому не мешает. Уверена, я построю блестящую карьеру и стану прекрасной женой и заботливой матерью.
– Это нереально, – рассмеялся Джулиан. – Блестящая карьера требует жертв. И жертва – это личная жизнь.
– Но почему же мужчинам удается и то и другое? – спросила Диана.
– Потому что они способны на это, а женщины, увы, нет.
– Вот как?
– Это не я решил, это природа так решила за нас. Мужчины всегда были добытчиками, а женщины – хранительницами очага. Я не допущу, чтобы моя жена работала. Она должна создавать уют и воспитывать детей. Это ее роль. Это роль каждой женщины.
– Джулиан, ты – взрослый, образованный человек, но рассуждаешь, как закомплексованный, недоразвитый мальчишка! – не выдержала Диана.
После ее слов возникла страшная тишина. Никто даже не шевелился, все лишь уставились на Диану, сверля свирепым взглядом. Диане захотелось в этот момент испариться, до такой степени ей было невыносимо терпеть всех этих людей.
– Торт! – воскликнула Рамона.
Появление прислуги семейства Брандт спасло Диану от разгорающегося конфликта.
Оказавшись в своей комнате, Диана наконец-то смогла расслабиться. Но в ее голове все еще мелькали фразы, сказанные за обедом. Патриджи были ей противны. Идеальная семейка с мерз-кими подводными камнями. Сынок им под стать с его сексистскими высказываниями и надменным взглядом.
Но это ладно. Ее семья-то не лучше. К поведению отца Диана давно уже привыкла. Он – глава семейства, вице-президент золотодобывающей компании «Голдэнд Пауэр». Алэсдэйр привык руководить. Для него правильное мнение – это его и только его мнение.
Больше всего Диану удивила мать. Аннемари – безупречно вежливая, благородная, всегда старалась поддерживать дочь. Несмотря на то что миссис Брандт ни дня в своей жизни не работала, она мотивировала Диану учиться, быть лучше всех, выбрать престижную профессию, стать самодостаточной. Но в тот день что-то изменилось. И Диана понимала, что впереди ее ждет только худшее.
Так и случилось.
Тем же вечером в комнату Дианы вошла Рамона.
– Мисс Брандт, ваши родители хотят поговорить с вами.
Диана насторожилась.
– Я считаю, что вы были правы. Абсолютно во всем, – сказала Рамона, когда они с Дианой покинули комнату.
– Спасибо, Рамона.
Отец и мать ждали ее в кабинете главы семейства.
– Я готовилась ко сну.
– Меня это не волнует, – грубо ответил Алэсдэйр. – Ты себя ужасно вела.
– Патриджи наши друзья! Они всегда были любезны с тобой!
– Аннемари!
Мать тут же притихла.
– Диана, ты должна исправить сложившуюся ситуацию. Завтра же поедешь к Патриджам и извинишься.
– За что я должна извиниться?!
– За свое поведение! Ты не имела права так разговаривать с ними!
– Я, может, немного перегнула палку, но Джулиан…
– Тебе придется найти с ним общий язык, он ведь твой будущий муж все-таки!
Диана остолбенела.
– Что?..
– Чему ты удивляешься? Я тебе не раз говорил об этом.
– Ты говорил, что поможешь устроить мой брак, но…
– Диана, Роберт не просто мой босс, он еще и мой лучший друг. Мы знакомы с ним с малых лет. Женились практически одновременно. Когда у него родился сын, он сказал, что было бы здорово, если бы у меня родилась дочь и мы бы свели наших детей. И вот наконец наша мечта может сбыться. Наш союз с Патриджами принесет много плодов. Роберт сейчас всерьез увлекся своей фармацевтической компанией, поэтому планирует передать мне руководство «Голдэнд Пауэр», если мы породнимся.