Эдем 5 (СИ)
Арена, на которой теперь будет выступать Огненная Бестия, действительно стала больше, однако господин Бальмуар уже не сидит рядом с владельцами и организаторами, а переместился почти в самый низ. И иерархия здесь оказалась довольно жёсткой. Смертных делили по всем признакам, не только по социальному статусу, но порой и по банально возрасту.
И за нарушение правил здесь можно поплатиться даже головой. Плевать на сколько ты лучше, насколько умнее, стоит только позволить грубость в сторону старшего, как тебя пристыдят. И видит Этий, лучше тебе быть молодым и глупым, тогда ошибку спишут на юность и простят. Однако если ты уже зрелый, то придётся отвечать головой и честью.
Спорить здесь также не принято. Потому что старший в семье знает лучше, старший по званию в армии тоже знает лучше, даже на гражданских предприятиях довольно строго относятся к этим моментам. А после правления Халсу’Алуби иерархия стала ещё жёстче, что зачастую плохо сказывается на эффективности. Потому что старую кровь нужно заменять, а не лелеять гордыню седовласого маразматика.
Грань же между спором и хамством в Анхабари оказывалась крайне тонкой из-за ранимой внутренней организации. Лишний раз не поклонился своему прадеду? Позор семьи. Какой-то странный тон в беседе с командиром? Позор всего города. Тяжело здесь жить молодняку, особенно в переходном мятежном возрасте, очень тяжело.
И даже несмотря на все эти жёсткие правила, всё равно то и дело случается какой-то пожар. Характер у большинства пламенный, смирению порой не научишь даже палкой, скорее наоборот укрепишь своенравие очередного мага огня. Поэтому дуэли в Анхабри дело частое и вполне нормальное. Как говорит Совет Палящего Солнца «Нашему народу нужно выплёскивать горячую кровь». Вот и выплёскивают в буквальном смысле.
К слову, к жителям других земель местные относятся несколько спокойнее. За мелкие ошибки их никто сразу не карает, как и за незнание традиций. В этом есть некоторая доля высокомерия и мудрости, зависит от конкретного смертного. Во втором случае фундаментом является спокойное понимание, а во втором снисходительная жалость к убогим слабакам, от которых и ожидать чего-то другого не стоит.
Лансемалион Бальмуар спокойно сидел и наблюдал за выступающими этиамариями. Каждый боец арены являлся лицом своего этириданоса. Так что понять кто есть кто очень легко, по крайне мере для аристократа.
Ада в свою очередь спокойно стояла рядом. На неё никто не смотрел, но девушка чувствовала пристальное изучение. Спутанная грива, грязное от пота и крови тело, сломанный меч на поясе и покрытый страной жижей кинжал за спиной.
Красное лицо говорило о том, что кожа ещё не привыкла к жару. Сухие губы свидетельствовали о долгом нахождении в пустыни без воды. Уверенный взгляд и отсутствие жалоб давали понять каждому, что испытание она прошла с гордой поднятой головой. Для этого Лансемалион Бальмуар и повёл свою рабыню первым делом на арену.
Тем временем на арену вышла и вторая рабыня, которая сегодня подтверждала свой статус чемпиона. В своей тяжёлой броне она выделялась на фоне других этиамариев, предпочитающих более лёгкое снаряжение и оружие. Однако нрав Воительницы из клана Праутеи оказался слишком дик и строптив, чтобы уходить в сторону угождения чужим желаниям. Это же являлось её фишкой, а также причиной уважение не менее гордых южан. Если бы Офлея против воли нарядилась в привычную для глаза зрителя броню, то снискала бы ни славу, а лишь ухмылки.
Через мгновение на арене поднялись песчаные ураганы, на песок выпустили змей и десяток магов при поддержке массовки из лишившихся чести кочевников. Суровая сила, особенно с учётом того, что у них всех лишь один противник. Ада, конечно, знала, что Офлея часто сражается на довольно жёстких боях, после чего возвращается с травмами, однако это уже чересчур.
Удар сердца и песчаная буря устремляется прямо к Воительнице из клана Праутеи. Через секунду к вихрю присоединяется и шквал пламени. Раскалённые песчинки на бешенной скорости царапают металл и кожу, а привыкшая к подобным сражениям массовка уже вступила в бой.
Кочевники ориентировались в песчаных бурях куда лучше благодаря опыту, однако очень сильно просчитались. Одновременная атака с пяти направлений, вместе с этим лучники уже выпустили свои стрелы, взяв поправку на чудовищный ветер: на это у них опыта хватило с лихвой.
Офлея же сделала лишь одно движение боевым топором, поднимая его над собой. Вместе с этим резкий порыв ветра на мгновение рассеял бурю, показав зрителю застывших в атаке противников. В следующее мгновение траектория снарядов изменилась, а лезвие из небесного металла объявило о начале кровавой жатвы.
Пять тел упали на землю, кому-то секира разорвала брюхо, другим вспорола шею, воин с копьём лишился рук и своего оружия, а последний так и вовсе оказался с разрубленными рёбрами. Через считанные секунды вся массовка утонула в собственной крови.
Только теперь вступили в бой маги, которые наблюдали и продумывали план. Союз огня и песка, десять этиамариев-магов против одного. Они ходили по кругу и готовились к нападению, пока их враг просто стоял.
И в момент нападения случилось неожиданное. Офлея снова занесла своё оружие, а вместе с этим в воздух поднялся и песок, укрывший поле боя. Двадцать секунд лязга и вскриков, огненные вспышки и хлопок, после чего вихрь снова утих, также неожиданно, как и появился. Врагов осталось шестеро.
— Вот поэтому нужно развивать магическое зрение, — не слишком громко для своей рабыни пояснил Лансемалион Бальмуар. — Чтобы такая мелочь не превратила тебя в грушу для битья. Кроме того, Офлея уже способна сражаться с врагами, которые будут двигаться быстрее, чем уследит глаз. Поэтому важно учиться видеть намерения противника под другим углом.
— Но как она…
— Я же говорил, что ты ещё ни разу не видела её сражающийся в полную силу. Для неё битвы в Орта Миос, как для тебя выступление на леднике, — в очередной раз пояснил Ланс. — Более того, ты и сейчас наблюдаешь за скорее развлечением…
Ада старалась не подавать виду, но выступление Офлеи её шокировало. Многие не понимают, насколько разрушительной и опасной является стихия воздуха. Для большинства смертных маг воздуха ассоциируется с лёгкостью, уклонениями и скорее искусством, нежели военным ремеслом.
А если уж и говорить о боевом применении, то в первую очередь вспоминаются маги поддержки, которые меняют траектории снарядов противников, защищая свой отряд. Более сильные иногда создают ураганы, но создать реальный смерч, чтобы тот сбивал с ног врагов… Это крайне тяжело. В остальном… авангард чаще ведут грозные латники, обращающие силу земли на свою сторону или жестокие маги огня.
Однако Офлея сейчас доказывала обратное. На чудовищной скорости она врезалась в своих оппонентов, нанося стремительные удары двуручной секиры. Ещё одно тело оказалось разрублено на две части. В это же время другие воины начали задыхаться, дышать стало крайне тяжело из-за обилия поднятого песка и скорости ветра.
Но пугало не это… ужас вселял труп с разорванной наружу грудной клеткой. Его легкие просто взорвались.
Глава 8
Говорят, за чистым трудовым местом повышается продуктивность. Как и в целом необходимо серьёзно задуматься о своём комфорте во время работы. Будь то стул, стол или просто инструменты — всё должно быть надёжным, качественным и на своём месте. И тогда возможно удастся и пятилетку за четыре года оформить. А если вокруг тебя хаос из крыс, мусора, а прогнившие ножки стула заставляют его накрениться… Придётся тратить больше времени, которое крайне ограничено.
Это понимал и Ланс, так что с появлением денег сразу же обеспокоился и уровнем комфорта. Разумеется, никакого фанатизма, ведь провести грань между необходимым комфортом и глупой роскошью аристократу помог ещё его отец. Последний тоже очень много трудился и часто перерабатывал особенно по молодости. Всё чтобы выгрызть очередную ступеньку к сердцу Эдема и при этом не перегореть в процессе.