Адмирал Империи – 23
Сил для этого у «Мясника» было больше, чем нужно. Во-первых, под рукой главнокомандующего находился его личный космофлот числом в двести пятьдесят кораблей, являющийся лучшим боевым космическим соединением Сенатской Республики. Не сто шестьдесят вымпелов, как до этого считали наши аналитики в Ставке на «Новой Москве», а целых две с половиной сотни! Дэвис, оказывается, накачал пять дивизий своего 1-го «ударного» таким количеством новейших линкоров и крейсеров, что его космофлот раздулся до уровня «сверхударного», где в каждой дивизии было по целых пятьдесят вымпелов…
Как вы уже поняли, другие новоприбывшие корабли, частью сошедшие со стапелей верфей АСР, а частью собранные из гарнизонных крейсеров и фрегатов внутренних американских звездных дистриктов, пополнили составы двух других флотов. Космофлота Нейтена Джонса, который шел сейчас в третьей группе построения во главе эскадры в восемьдесят пять вымпелов, и 4-го флота под управлением Элизабет Уоррен численностью в шестьдесят четыре вымпела. Да-да, именно Элизабет Уоррен в отличие от своей вечной оппонентки бедняжки Пайпер Райт, которая была беспощадно расстреляна «Мясником», за свои заслуги и активность в секторе сражений получила из рук Коннора Дэвиса должность временного командующего 4-ым «вспомогательным» флотом…
Ну и еще одной эскадрой вторжения явился 1-ый Коронный космофлот Речи Посполитой адмирала Адама Вишневского общим числом в семьдесят два вымпела, шедший в авангарде построения. Поляки по первоначальной задумке Коннора Дэвиса, должны были стать зачинателями готовящегося генерального сражения. В том, что у Херсонеса-9 намечалось именно главное сражение этой кампании «Мясник» Дэвис и его адмиралы не сомневались. В «Тавриде» находились два космофлота Российской Империи из имеющихся четырех, плюс – Гвардейская Эскадра во главе с императором Константином. Разбив сейчас «раски» Коннор Дэвис открывал себе прямую дорогу к внутренним суверенным звездным системам противника и к «Новой Москве», защищать которую, если русские проиграют, будет попросту некому. А в том, что они проиграют, Коннор Дэвис тоже не сомневался, направляя в сторону маленькой ледяной планеты Херсонес армаду в четыреста семьдесят два боевых корабля…
Американский главнокомандующий не стал менять структуру объединенной эскадры, решив оперировать в секторе боя имеющимися четырьмя флотами. Однако, спустя десять часов, подобравшись, наконец, к Херсонесу-9, он, как думали многие адмиралы, не стал первыми бросать в сражение польские хоругви союзников, но сделал Дэвис это не из-за дружеского распоряжения к Вишневскому, которого конечно же не считал равным себе, а из прагматических соображений. Легкие польские крейсера можно было легко потерять в заградительном огне, не добившись результата, пуская их в авангарде на еще свежую и полнокровную передовую «линию» русской обороны. Нет, начинать должны подразделения, в составе которых имеется большое количество тяжелых дредноутов, способных пробить или хотя бы фрагментировать построение противника…
Именно эту функцию и взял на себя новоутвержденный командующий 6-ым «ударным» космофлотом – Нейтен Джонс-старший. Вице-адмирал Джонс после жестоких поражений в системах «Таврида» и «Екатеринославская» и потери почти всего своего космофлота, срочно желал реабилитироваться в глазах Коннора Дэвиса и остальных. Поэтому, усилив собственные дивизии номерными линкорами, крейсерами и фрегатами из резерва, Нейтен Джонс с большим рвением и желанием поквитаться с императором и Дессе готовился первым начать данное сражение…
Между тем Павел Петрович Дессе, принявший на себя общее командование нашими силами, наблюдая на экране все новые и новые подходящие к планете корабли противника, собрал имеющийся в наличие флот, объединил его дивизии с Гвардейской Эскадрой, и выстроил их в две оборонительные «линии», растянув при этом слои на максимальную величину. Космическая крепость «Севастополь» была отбуксирована во вторую «линию», заняв координаты в центре построения. Однако даже этой хитрости с растягиванием «линий» не хватало для выравнивания фронта, слишком нас было мало и слишком много было врагов вокруг.
Американцам и полякам объединенная русская эскадра могла противопоставить всего сто двадцать боевых кораблей. И это надо еще сказать спасибо нашим ремонтникам на орбитальной верфи, которые в авральном режиме восстановили ранее поврежденные дредноуты «Преображенской» дивизии, а также успели поставить в строй все ранее находящиеся на ремонте корабли… И эти сто двадцать стояли против четырехсот семидесяти вымпелов противника! Единственным бонусом для нас в таком соотношении сил явились действия Коннора Дэвиса и его адмиралов, которые не стали придумывать никаких хитростей, а самоуверенно ринулись в лобовую атаку, рассчитывая продавить русских числом…
…И вот сражение началось. Началось оно по классической схеме с боя объединенных истребительных эскадрилий авангардов. В этом скоротечном бою участвовали не все истребители, а лишь палубники с кораблей Нейтена Джонса у американцев, а с нашей стороны казачьи полковые МиГи и эскадрильи первой «линии», в которую входили вымпелы двух дивизий Северного космического флота: 6-ой и 12-ой «линейных»…
Сейчас их командующие: Доминика Кантор и князь Никита Трубецкой безотрывно смотрели на тактическую трехмерную карту, где в водовороте сражения кружились сотни наших и вражеских машин:
Начальное соотношение сил до первого контакта истребителей:
Количественное соотношение сил:
МиГ-2 – 320 единиц, МиГ-1 – 200 единиц.
F-4 – 440 единиц.
Тысячи плазменных зарядов скорострельных пушек наших и вражеских истребителей устремились навстречу друг другу…
Первый огневой контакт:
Потери:
Русские: – 9 машин (– 3 пилота безвозвратные потери)…
Американцы: – 7 машин (– 2 пилотов безвозвратные потери)…
И тут же, вслед за огневым валом, два огромных, пульсирующих «роя» схлестнулись между собой, закружившись в хаосе ближнего боя…
1-я минута боя истребителей:
Потери:
Русские: – 13 машин (– 5 пилотов безвозвратные потери)…
Американцы: – 12 машин (– 5 пилотов безвозвратные потери)…
Примерное равенство сил сразу сказалось на цифрах потерь, однако нашим пилотам в этом бою к счастью противостояли еще «зеленые», только что прибывшие с составе резервных кораблей и их палубных эскадрилий пилоты, до этого в большинстве своем не принимавшие участия в столь жестоких и кровопролитных стычках. Это тут же стало сказываться на действиях американских звеньев и каре, которые начали раскалываться и разлетаться в стороны, только их эскадрильи сшиблись с нашими палубниками и казаками на юрких МиГ-1…
2-я минута боя истребителей:
Потери:
Русские: – 19 машин (– 7 пилотов безвозвратные потери)…
Американцы: – 22 машины (– 9 пилотов безвозвратные потери)…
Прошла еще примерно минута более-менее стабильного противостояния, но с каждой секундой русские пилоты захватывали все больше пространства и инициативы, методично разрушая своими отчаянными, но выверенными маневрами и слаженными действиями абсолютно все схемы ведения боя противника…
3-я минута боя истребителей:
Потери:
Русские: – 25 машин (– 10 пилотов безвозвратные потери)…
Американцы: – 34 машины (– 13 пилотов безвозвратные потери)…
Истребители продолжали бешено маневрировать. Накал сражения достиг своего пика. Тут уже зачастую, ни с одной, ни с другой стороны было не до тактики, тут началась настоящая борьба нервов – кто выдержит и не рассыплется по космосу, разрушив собственное построение, тот и победил…