И тысячу лет спустя. Ладожская княжна (СИ)
— Как долго нам еще плыть? — спросила Марна Райана, когда он сел рядом с ней.
— Еще месяц, если нам не встретятся штормы, — Райан всмотрелся в синюю гладь. — Но нам придется проходить и другие земли, нам могут встретиться чужие корабли. А кто знает — пропустят ли нас вновь без приключений.
— Давай споем что-нибудь.
— Я рад, что ты повеселела. Ты уже какую неделю не выбиралась из своей палатки.
Палаткой Райан называл то место, прикрытое лишь тканью, под которой Марна спала. На корабле не было кают.
— Я не знаю, как веселиться. Я беременна, Райан, — она посмотрела на него серьезно. — И боюсь, что он не твой.
— А чей же? — посмеялся Райан, а затем смекнул, и его глаза метали молнии. — Сукин сын!
— Я пыталась избавиться от нее, но не смогла… держала нож в своей руке, но… не смогла.
— От нее? С чего ты взяла, что это девочка?
— Рузи Кара говорил. Так, споем? Что ты знаешь на ирландском?
— Да, я тоже не верю, что все, наконец-то, кончено… мы плывем домой, — он приобнял ее и поцеловал в макушку. — Поверь, Марна, я буду всегда за тебя, что бы ни было… Я покажу тебе свой дом и свои зеленые поля… любимый монастырь, в котором мы будем вспоминать… — и тут он запнулся, чуть не назвав имя Димитрия, — вспоминать все испытания, что Бог послал на нашу долю. Мы воспитаем наших детей вместе, от кого бы они ни были.
Корабль чуть качнулся, и Марна полностью оказалась в руках Райана. Она положила свою голову ему на колени.
— Я люблю тебя, Райан МакДауэлл.
— И я люблю тебя, Марна… МакДауэлл.
Она посмеялась. А затем они выучили новую старую кельтскую песню.
I am a wind in the sea (for depth)
I am a sea-wave upon the land (for heaviness)
I am the sound of the sea (for fearsomeness)
I am a stag of seven combats (for strength)
I am a hawk upon a cliff (for agility)
I am a tear-drop of the sun (for purity)
— Ты и вправду мой олененок, прошедший семь битв, — Райан потрепал Марну за макушку. — Тебя жгли, кололи, резали, подстреливали, топили… а ты становилась только сильнее.
— Восьмая меня убила, — шепнула Марна и улеглась еще уютнее на ногах Райана. На ее сердце было тяжело. Она чувствовала, что это еще не конец. Не может быть все так хорошо, слишком хорошо.
— Как закончилась война?
— Викинги были разбиты и бежали.
— Значит, Бьерн и Рёрик выжили?
— Да, но их отпустили и велели впредь не возвращаться.
— Значит, они где-то сейчас бороздят то же море, что и мы? — Марна поднялась с ног Райана и тут же уставилась за горизонт.
— Оставь, Марна, все кончено. Я знаю, тебе еще долго будут сниться кошмары.
— Нет, они придут за нами.
— Оставь, Марна.
— Вели сменить курс! Отправиться на юг! В Европу! Иль еще куда-нибудь!
— Марна, прошу…
А потом она рассмеялась и посмотрела на Райана грустно, указывая рукой за горизонт. Было уже слишком поздно. Драккар с мощным и страшным змеем нарисовался и рассекал волны прямо на направлению к кораблю северян.
— Я устала от битв, — закрыла лицо руками Марна. — Я так устала! Ну сколько можно!
— Не будет никаких битв, я обещаю! — Райан прижал Марну к себе, а у самого сердце было не на месте: кому принадлежал этот драккар прямо по курсу и чего он хотел от них?
И все же Райан соскочил с места, чтобы подготовиться и велеть северянам готовиться к бою. Все они приготовили луки и натянули стрелы. То же самое сделали и на драккаре, ибо они не были дураками.
— Чего вы хотите? — закричала Марна, стоя на корму и держась за парусную балку. И тогда она увидела их. Бьерна и Рёрика, который стоял за первым.
— Вернуть Фризию! — ответил Рёрик вёльве, улыбаясь.
— А еще убить этого трэлла, вернуть тебя и моего отца! — добавил Бьерн и рассмеялся.
Марна попятилась назад.
— Прошу, не начинайте боя или я убью себя! — она достала нож и нацелилась на свой нож.
— Просто иди на наш драккар! И, быть может, мы всех оставим в живых, но только заберем серебро! Кто у тебя остался, Марна? Ты убила всех, кто был тебе дорог! Ты сожгла в пожаре собственного сына! Ты знала, Марна? На деле Харальд разорвал собственную племянницу!
— Нет! Хватит! Ненавижу вас всех!
Марна подбежала к своей палатке, схватила лук, натянула стрелу и наугад запутстила ее в тех двоих, но она пришлась прямо в балку между ними. Это послужило ложным сигналом, и варяги начали обстреливать корабль Райана. Так началась еще она схватка, которой, казалось, не было конца и края. Люди падали замертво, кто-то падал за борт, а кто-то нырял туда специально, чтобы спасти себе жизнь, но все равно тонул от усталости. Марна стреляла из лука по конунгам, а те только уворачивались и злились. Тогда-то она заметила, что и беременная Ефанда стояла подле Эрика. Хоть для кого-то закончилось все хорошо.
Кто-то ранил и Райана, и он упал в море. Марна тут же разбежалась и бросилась за ним следом, не думая. Тогда-то и случилось непоправимое. Вода засветилась золотыми светлячками, и они затанцевали. Рука Райана, к которой Марна тянулась, стала призрачной, растаяла, и вёльва смогла поймать только воду в свой кулак. И если бы не круизный лайнер, который проходил мимо в тот день в Ирландию, Марна бы так и утонула в синих морских водах. Правда уже в 1996.
* * *— Вы в порядке? Вы ранены! Зовите врача!
Так Марну заперли в каюте, раздели ее догола, забрали всю ее одежду и украшения, оставили без возможности вернуться в воду к любимому. Остался ли он жив? Что сделали с ним варяги? Марне уже было не суждено знать ответы на эти вопросы.
— Как вас зовут? — допрашивал ее полицейский.
— Марна МакДауэлл.
— Откуда вы родом?
— Ирландия, Лимерик.
— Как вы здесь оказались? Посреди моря?
— Не помню, — лгала она.
Так Марне и поставили частичную амнезию, доставили ее в больницу Лимерика и оставили там лежать на сохранении, чтобы спасти жизнь ребенку в ее чреве. Врачи все ждали, что она вспомнит хоть что-то. Полиция давала наводки, но никто не терял Марну МакДауэлл и никто не приходил за ней в палату. Полиция полагала, что Марна стала одной из жертв бушующих тогда контрабандистов, и скорее всего была похищена в сексуальное рабство. Именно так можно было бы объяснить все жестокие ранения и беременность, а еще потерю памяти от стресса и сильнейших переживаний.
Ей сделали временные документы и через три месяца выписали из больницы. Марна не знала, куда идти и куда деваться. Десятки раз она заходила в море, кидалась в реки, но ничего больше не работало… дирхам стал лишь безделушкой. Будто все это было сном. Всегда сном. И Марна бы так и подумала, если бы не носила в своем чреве ребенка от Харальда…
Она скиталась под мостами, находила приюты в притонах и церквях, попрошайничала на рынках, и только на шестом месяце волей случая попала в библиотеку Анны, где искала хоть что-то о Райане и о том, выжил он или нет… Так и началась новая история Марны. Или же Эбигейл… Эбигейл МакДауэлл.
Глава 25
Цыганский ребенок
— Могу я попросить о последнем перед тем, как уйду туда? — Марк вдруг задал вопрос Рузи, когда они выкурили по сигарете.
— Можешь.
— Я бы хотел увидеть Марину еще разок, чтобы разобраться в себе окончательно.
— А в чем тут разбираться? — хмыкнул Рузи Кара и затушил окурок подошвой своей обуви. — Она оказалась обманщицей, а Мирослава — на деле хорошей матерью. Марина убила ее, а ты полюбил не ту, но сейчас все встало на свои места.
— И все же, здесь что-то не так, — Марк вдруг почесал свою руку, почесал так сильно, будто у него чесалась сама душа, а он никак не мог до нее достать. — Я согласен уйти только при этом условии. Взглянуть на нее еще раз.
— Так и быть, — прошептал недовольно Рузи Кара. — Будто мне больше нечем заняться. Будто если я управляю временем, у меня его полно… Когда ты хочешь увидеть ее?