Системный Геймер 4 (СИ)
— Их ведь поглотила Береза. Обычное дело, — возразила ему дона Ольканиэль, сама дважды провернувшая подобный трюк.
— Мы ведь все слышали доклад. Их дона порабощена человеком, который называет себя следующим Темным Властелином. Так же ему подчинились орки, гоблины и орден Тени.
— Темные, как обычно, доставляют нам массу неудобств, — поморщился дон Белатиэль. Он был третьим по старшинству среди присутствующих и люто ненавидел темнокожих сородичей, лишивших его глаза и яиц. — Давно пора окончательно решить с ними вопрос.
— Напомню, что на нашей территории нет ни одной террористической ячейки, за что мы получаем хорошие преференции от человеческих властей…
— Я бы уничтожил вообще всех темных абсолютно бесплатно…
— К порядку! — Новый удар молотка председателя. — Дон Милахаэль не закончил.
— Не буду больше отнимать общее время. Мое предложение крайне просто — немедленное объявление войны. Отправим объединенную армию в Москву и ликвидируем угрозу.
Милихаэль прекрасно понимал, что его предложение никто не поддержит. Слишком дорого. Слишком непопулярно. Слишком сложно. Ведь можно просто отсидеться и ждать, пока проблема не решится сама собой.
— Я согласен, — совершенно неожиданно высказался Белатиэль. — Мы всегда забывали обиды перед лицом общей опасности. Если в Москве действительно появился новый властелин и местные не смогли с ним разобраться, это наша обязанность.
— Кому мы обязаны? — с насмешкой парировала Ольканиэль. Она была самой молодой из присутствующих и никогда ничего не делала без собственной выгоды. — Не пора ли забыть предрассудки наших предков?
— Помолчи, девчонка! — мгновенно разозлился Милахаэль. По его разумению, пятидесятилетняя эльфийка, непонятно как ставшая доной и старейшиной в одном лице, должна была раскрывать рот только по разрешению старших. — Ты не понимаешь!
— Я все прекрасно понимаю! Вы хотите отправить наших воинов на убой, а затем захватить власть над Москвой. — Ее улыбка расширилась до размеров Чеширского Кота. — Хоть я и молода, но читала хроники. Вы были предводителем трех походов объединенных сил. Все, кроме вашего Трилистника, понесли огромные потери, и вы даже смогли поглотить Тую…
— Они перешли ко мне добровольно, лишившись всей верхушки!
— Которая, вот совпадение, погибла в Москве!
Очередной стук молотка. Нейтральный председатель идеально скрывал эмоции, но его раздражал нынешний совет. Четыре молодых дона против двух стариков и одной женщины. Они никогда не могли прийти к единому решению.
— Довольно! Голосуем!
Семеро донов написали свои решения на безликих бумажках. Голосование считалось анонимным, но каждый заранее знал о его результате. Три за, четыре против. Решение не принято.
— Вы все еще пожалеете о сегодняшнем дне. — Милахаэль степенно поднялся со своего места и оправил сияющие одежды. — Я не останусь ждать в стороне.
— Делайте, что хотите, — зевнула Ольканиэль, напротив, устраиваясь в кресле поудобнее.
Она перевесила длинные оголенные ножки через резной подлокотник, демонстрируя себя сидевшему рядом молодому дону. Слухи о возможном объединении Кровавой Рябины и Каменного Ясеня получили очередное подтверждение.
Постепенно зал совещаний опустел. Милахаэль ушел вместе с Белатиэлем и еще одним доном, проголосовавшим за вмешательство. Рябина осталась наедине с безмолвным председателем.
— Как думаешь, дедушка, в Москве действительно объявился темный?
Тысячелетний эльф долго думал, стоит ли отвечать. Он пережил многих девушек и юношей с горячими сердцами вроде Ольканиэль. Они все горели ярко и быстро потухали. Но у этой вроде бы имелся разум. Глупец не сможет уничтожить два рода и поглотить третий всего за десять лет правления.
— В этом практически нет сомнений.
— Значит, он смог объединить московских нелюдей меньше чем за месяц и победить могущественных врагов. Очень интересно. — Эльфийка достала смартфон и в который раз пробежалась по собранному агентами докладу. — Неужели впервые нам достался не идиот?
* * *— Ты полный болван, — безжалостно отчеканил император Российской империи Николай Романов, Шестой своего имени, глядя на своего второго сына. — И в кого только пошел…
Иван Иванович Романов, второй наследник рода, молчал и изучал узор на ковре. Выработанная за бесчисленные выволочки привычка из детства оказалась не менее актуальной и во взрослой жизни. Отец всегда был им недоволен, в отличие от старшего брата, любимого наследника…
— Тебе есть что сказать? — Ледяной взгляд пробирал до мурашек.
— Нет, отец, — спокойно ответил Иван. Выволочка наконец подошла к концу, теперь настал черед выбора наказаний. Скорее всего, снова отправит выживать в Тундру…
— И все же попробуй найти слова. Я жду.
Прошла почти минута, прежде чем Иван осознал, чего от него хотят. Что-то новое. Раньше отца не интересовали оправдания.
— Она просто строптивая кобылка. Немного времени, и я укрощу ее, как других.
— Идиот… — покачал головой Николай. — Зачем?
— Жена должна беспрекословно слушаться своего мужа…
— Вы еще не в браке. И не забывай, кто она.
— Младшая дочь нашего вассала. — Сын поднял голову, смело посмотрев в глаза отцу. — Я не боюсь Радзивиллов, как не боялся их наш великий предок.
Старая семейная легенда гласила, что корона империи должна была достаться не Романовым, а Радзивиллам. Хитрый Мойша (в миру Михаил) первым вышел к народу и объявил себя правителем. Чтобы не ввергать страну в новую гражданскую войну, Радзивилл подчинился, удовлетворившись монополией на обучение магов…
— Если Николай Семенович захочет, он легко снимет корону с моей головы. Наш предок совершил неправильный выбор. — Император тяжело вздохнул и утвердил подбородок на сложенных ладонях. Таким сын еще его не видел. — Через МДАМ проходят все без исключения видные дворянские роды. Каждый студент проходит обучение и оставляет лучшие воспоминания об этом заведении. И если Радзивиллы выкажут притязания на трон, многие искренне их поддержат. К ним присоединятся наши враги, а за ними потянутся и нейтралы. Мы останемся в меньшинстве и проиграем. Ты это понимаешь?
— Мы всегда были сильнее! Сильнейшие маги империи и Европы! Мы сметем всех врагов!
— Возможно. Но зачем? Зачем нам междоусобная война, которая унесет жизни сотен лучших наших подданных и навсегда подорвет позиции империи на международной арене? Наши враги только и ждут подобного подарка… — Николай поднял руку, останавливая сына. Он уже понял, что не услышит от него ничего разумного. — До поры я смотрел сквозь пальцы на твои чудачества, в отсутствие войн молодым требуется выпускать пар. Но ты перешел черту. Нельзя относиться к Юле так же, как к обычной шлюхе. Тебе ничего не стоило быть с ней обходительным и нежным, понравиться и влюбить в себя. А уж когда брак состоится…
Они оба помолчали, прекрасно помня, что разводы среди дворянства не поощрялись. За последний век среди «Золотой сотни» их было всего три, в знак разорванных союзов, предательств и проигранных войн. Жена фактически переходила в собственность мужа, и никакое заступничество либерального Радзивилла Юле не поможет.
— Теперь исправляй ошибку. Извинись перед ней. Загладь вину. Прекрати выносить скандалы в публичную плоскость на радость нашим врагам. Ты меня понял?
— Да, отец. А что делать со Строгановым?
— С кем? Строгановы не входят в сильные роды.
— С выкормышем, который за нее вступился. Судя по разговору с Николаем Семеновичем, он хочет стать вассалом Радзивиллов.
— Ты точно идиот… — устало вздохнул отец и махнул рукой. — Устрой ему несчастный случай или еще что. А теперь иди, у меня встреча с японским принцем.
Поклонившись, Иван с достоинством покинул императорский кабинет. Лишь оказавшись у себя в комнате, он смог выдохнуть сквозь сжатые зубы. Сколько бы ни было таких разговоров, он никогда к ним не привыкнет. А ведь рано или поздно на месте отца окажется брат…