Вынужденная связь (ЛП)

Я также хочу вернуться домой, к части траха.
Темный Привязанный смотрит на своего брата. — Мы оставим всех остальных нашей Привязанной и сосредоточимся на двух других. Все остальные там просто как запасной вариант на случай, если у них есть снайперы или что-то, скрывающееся от камер.
Все так просто. Он отдает распоряжения, и все мужчины становятся в строй вокруг нас, обнаруживая, что их хребты все еще заключены в их телах. Это удивительно, особенно учитывая, что они окружены кошмарами и богами, которые ходят среди них.
Мы выходим в зал, и я вижу, что вокруг мужчины и ребенка образовалось кольцо людей, которые следуют вместе с нами. Мужчины обходят меня и моих Связных стороной, освобождая нам путь, чтобы мы могли возглавить атаку.
Поврежденный отказывается оставить их в здании, пока мы разбираемся с ситуацией, настаивая на том, что он может обеспечить их безопасность на время, достаточное для того, чтобы Транспортер смог их вытащить.
Как только мы добираемся до четвертого хранилища на пути к выходу, я начинаю поражать Щиты. Их души слабы и не удовлетворяют меня, но я все равно направляю энергию в Темного Привязанного, наблюдая, как дополнительный прилив силы закипает у него под кожей. Его грудь расширяется, когда он вбирает в себя все это, а глаза темнеют, пока, в конце концов, его узы не побеждают и не берут верх и над ним.
— Как раз то, что нам, блядь, нужно, — бормочет мой Привязанный себе под нос и бросает на меня взгляд. — Если он сорвется, тебе придется утихомирить его, потому что никто из нас не сможет этого сделать.
Я двигаюсь к Темному Привязанному, прокладывая себе путь через остальных наших врагов снаружи, один за другим чувствуя, как их тела падают на землю, хотя не могу этого видеть. Я посылаю ответ своему Привязанному: «Зачем мне вставать на пути величия? Он был помещен на эту землю, чтобы очистить ее от наших врагов и тех, кто может попытаться навредить нам. Зачем мне мешать ему это сделать?»
Ответа на этот вопрос нет, и я улыбаюсь Темному, счастливая наконец-то видеть его здесь, со мной. Этот человек слишком долго держал его взаперти.
Затем мы переходим к последнему хранилищу, и все вокруг нас смещаются, занимая свои места. Они нервничают, но хорошо это скрывают, никто из них не уверен в том, на что мы способны.
Нет нужды бояться.
Наш враг — ничто перед лицом моих Привязанных. Каждого из них.
Наружные двери со скрежетом открываются, и после часа пребывания в здании мрачный день ослепляет, но лишь на мгновение, прежде чем теневые существа поглощают свет, двигаясь вперед, прокладывая себе путь к своим целям.
Наш Транспортер мгновенно исчезает, забирая с собой мужчину и ребенка, а Поврежденный делает шаг вперед, его мысли теперь полностью заняты работой, стоящей перед нами. Когда его теневые существа падают вокруг нас, я борюсь с желанием проникнуть внутрь него и вытащить его узы, чтобы мы трое воссоединились здесь, на этом поле боя, и наблюдали, как наши дары сливаются воедино, стремясь к победе. Но такой вариант не рассматривается — мой Привязанный все еще очень нервничает из-за происходящего.
Я покажу ему, что волноваться не о чем.
Вместо того чтобы беспокоиться о тривиальных заботах смертных, я продолжаю свою работу по отбору душ менее одаренных вокруг нас, превращая их жизненную сущность в чистую энергию и направляя ее Темному Привязанному, пока не буду уверена, что он непобедим.
Слева от нас раздается еще один взрыв, сила которого сбивает всех с ног, и он ловит меня, обхватывая одной рукой за талию, и ставит на ноги. Его теневые существа рычат вокруг нас, продвигаясь к группе в нескольких сотнях футов перед нами, и мне приходится ждать, пока дым достаточно рассеется, чтобы разглядеть их.
Жалкие, большинство из них.
Эти люди могут быть сильнее меня сейчас, все они полностью связаны и находятся на пике своих способностей, но я пробыла в этой реинкарнации лишь малую часть того времени, что они ходят по этой земле. Нам еще так много предстоит пройти, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы убедиться, что мы доберемся туда.
 
Прежде чем я успеваю продолжить пробиваться через жалких Одаренных, стоящих перед нами, теневые существа наносят удар, сотни их налетают и убивают без разбора, продвигаясь к задней части группы, где поджидает враг.
Крики ужаса и боли раздаются вокруг нас, звуки разрываемой плоти и костей доносятся до нас сквозь шум дождя. Меня пробирает дрожь радости и возбуждения.
Они великолепны.
Вокруг нас слышатся хлопки, когда вражеские Транспортеры начинают приводить подкрепления, но я уничтожаю их быстрее, чем они прибывают, поддерживая угрозу, с которой мы сталкиваемся, на очень управляемом уровне. Я чувствую намек на то, что чужеродное существо пытается проникнуть в мой разум, его когти впиваются в мой череп, и я меняю свою тактику.
Вместо этого посылаю энергию своему Привязанному.
Он смотрит на меня в шоке, но мгновенно понимает мой план, его Дар наполняет меня и вытесняет человека из моей головы. Возможно, я недостаточно сильна или тренирована, удержать его в одиночку, но мой Привязанный — да, особенно с ударом силы.
Мы наблюдаем, как трава становится красной от крови тех, кто пришел сюда, чтобы навредить нам, и как начинают накапливаться груды тел. Время от времени раздаются звуки выстрелов, но в основном резня исходит от меня и моих Связных.
Это длится всего несколько минут, так как быстро объявляется отступление, когда становится ясно, что они недооценили, с кем имеют дело, и на что мы способны. Тогда и возникает необходимость вывести людей отсюда.
Я встречаюсь глазами с человеком, который любит ножи, с тем, кто годами резал и кромсал девушку, только чтобы добраться до меня, и прямо перед тем, как Транспортер помогает ему избежать смерти, он ухмыляется мне, наклоняя голову в знак признательности.
Это обещание.
Обещание, что теперь, когда сцена подготовлена, война сплотится вокруг нас. Что теперь, когда у меня есть мои Привязанные, мы будем сражаться друг против друга, пока один из нас не выйдет победителем.
Глава 17
Оли
Мои узы не позволяют мне снова взять управление на себя, пока Транспортер не доставит нас обратно в Убежище.
Я не помню всего, что произошло, пока ситуация находилась под их контролем, но мое тело все еще гудит от силы, которую я теперь ассоциирую с Извлечением души. Мне ясно, что мы уничтожили много людей Сопротивления, пока были там, и я не уверена, должна ли я ужасаться своему собственному безразличию по этому поводу.
Единственное мое сожаление — это оставление Дэвиса или Триггера в живых.
Грифон кладет руку мне на шею, чтобы унять бурлящее чувство в животе, но Норт стоит рядом со мной неподвижно, даже не взглянув в мою сторону.
Очень странно.
— Ты собираешься что-нибудь сделать, чтобы вернуть его? Или нам придется вылить ему на голову ушат ледяной воды или что-то в этом роде? — огрызается Грифон, и я хмуро смотрю на него.
— О чем ты говоришь?
Мужчина наклоняется немного ближе ко мне, чтобы персонал ТакТим вокруг нас не мог слышать, но Норт может, вероятно, поэтому он делает это вместо того, чтобы просто использовать нашу мысленную связь. — Твои узы направляли энергию ко всем нам, пока мы там находились, и это привело к тому, что узы Норта взяли верх. Они еще не вернули его обратно.
О, черт.
Я жду, пока Грифон отойдет от меня, и осторожно беру Норта за руку, пытаясь привлечь его внимание, не делая из мухи слона на глазах у всех. Она неестественно холодная, совсем не такая, как обычно, и я стараюсь не волноваться.
Узы замечают.
Конечно, замечают, они же преданы мне. Их пустые глаза поворачиваются ко мне, и я хорошенько их рассматриваю. Я люблю узы Норта; я люблю его узы так же сильно, как люблю его самого. То простое, но совершенно искреннее признание, которое они сделали мне до того, как мы завершили связь, все еще звучит в моих ушах, и нет ничего, на что бы я не пошла ради них.