Корпулентные достоинства, или Знатный переполох. Часть 2 (СИ)

— Что это было?
— Это я хочу у тебя спросить: как ты оказалась наедине с этим гусем? — прошипела она в ответ, не переставая делать озабоченное лицо и поглядывать в сторону бесчувственной девушки. — Но это ты нам потом расскажешь. Тут же целая история завертелась… Оказалось, что Заславского к Императору никто не вызывал! Он вернулся в бальный зал, а тебя там нет! Он к нам. Мы ничего поначалу не поняли — ты же с ним ушла! Значит, должна была с ним и вернуться, а он ухитрился тебя потерять. Мы вспомнили о маячке в твоих серьгах. Я тут же отслеживающий амулет достала, и мы к тебе отправились. Только как раз в это время заметили, что к выходу из зала идет возмущенная Гофмейстрина с этим блондинчиком под руку. Заславского, как назло, император остановил. Вот мы Лиду наперерез им и пустили. Близняшки давно заметили, что Рассела в зале нет, а потому ваше отсутствие и оживление второго англичанина соотнести было несложно. И даже если бы мы ошиблись, то ничего худого от нашей предусмотрительности не случилось бы. Так вот, пока Лида их отвлекала, мы поспешили, куда указывал маяк, а тут ты… с этим…
Пока Варя мне все это на пределе слышимости рассказывала, девушка пришла в себя и начала божиться, что никого очернить не хотела. А в нашу сторону начали поглядывать с возрастающим интересом. Ждали, что же я на это отвечу. А я ничего отвечать не хотела. Устала за этот вечер, и не столько физически, как эмоционально.
— Спасибо вам большое, девочки! — искренне прошептала, обращаясь к подругам. Пожалуй, я до конца пойму размер той попы, от которой они меня уберегли, чуть позже. Сейчас же я просто громко проговорила: — Я рада, что все разрешилось благополучно, и надеюсь, что недоразумение останется в прошлом.
— Ты чего? — тут же зашипела прямо в ухо Тинико. — Спустишь ей подобное?
Я на это лишь слабо улыбнулась. Не объяснять же прямо сейчас, что виновник этой интриги совершенно другой человек. А то, что эта дура ухватилась за повод устранить соперницу… Так пусть Гофмейстрина сама решает, что делать со своей племянницей и ее хотелками, раз такая поборница нравственности! А я устала! И вообще, в душе поселилась какая-то иррациональная обида непонятно на кого, хотелось поскорее скрыться от этих взглядов и лиц и остаться наедине с собой и своими мыслями. А потому я поклонилась графине и испросила разрешение покинуть их развеселую компанию.
* * *
Фрэнсис был страшно зол. Евдокия, так и не взглянув напоследок в его сторону, ушла, за ней и все остальные. Не остался даже его друг, которому граф оказался обязан столь отвратительным окончанием вечера — понял ведь, что останься сейчас, обычной отповедью не отделался бы.
И ведь Френсис смог бы расположить к себе эту недотрогу. Он чувствовал, что смог бы! Все они одинаковые, даже если поначалу колючие! Зато в постели такие — огонь! Уж он бы показал этой девочке, что такое чувственные наслаждения. А потом… Потом, так и быть, отдал бы попорченное яблочко ее ухажеру, той еще занозе в заднице.
Мужчина с отвращением посмотрел на графин с водой. Кто только догадался здесь его оставить? Неужели нельзя было поставить что-нибудь покрепче? Сейчас ему очень хотелось выпить что-нибудь такое, чтобы огненной волной прошло по горлу и прочистило мозг.
И чего он, собственно, так распереживался из-за какой-то бабы? Сейчас нужно думать не о ней, а о том, как выбраться из отвратительной ситуации, в которую она, эта баба, его загнала! Он с силой сжал кулаки и просмотрел невидящим взглядом в окно.
Это же надо так попасть! Он — мозг их маленькой группы — так неосмотрительно подставился! Правильно говорят эти русские: все беды от баб! Это же надо придумать: ароматическая атака! Как звучит, а? А на деле он такой подлянки даже вообразить не мог! Эх, но какова, а? И что теперь делать? А ничего! Все, что мог сделать, уже сделал, и ничего не остается, как покинуть Россию в самое ближайшее время.
Но Евдокия…
В этот момент граф услышал, как кто-то открыл дверь и вошел в комнату. Видимо, Ричард все же вернулся. Надо же, не побоялся… Однако раздавшийся рядом голос вовсе не принадлежал его другу:
  
— Граф Рассел, сегодня ваши действия могли привести к очень неприятным последствиям для одной известной нам особы. Я многое спускал вам в отношении нее до этого. Но впредь попрошу вас к ней не приближаться… — так спокойно, что у графа пробежали мурашки по спине, проговорил князь Заславский. — Поверьте, вам не захочется узнать, что вас ожидает в противном случае.
— Вы мне угрожаете? — ноздри мужчины раздулись.
— Я вас предупреждаю.
Спокойствие и уверенность в глазах этого русского окончательно выбесили англичанина.
— Эта девка не стоит того, чтобы…
Договорить он не успел. Потому что Заславский как будто только этого и ждал и сразу почти без замаха, но резко сильно ударил его в челюсть. Граф, не ожидавший такого, не устоял на ногах и упал на столик, где стоял злополучный графин с водой, а потом и вовсе повалился на пол. Он всегда считал себя крепким мужчиной, но после этого удара оправился не сразу, ошалело тряся головой с намокшими волосами и пытаясь найти взглядом этого русского медведя.
— Очень надеюсь, граф, что вы меня услышали, — так же спокойно проговорил князь и, чеканя шаг, вышел прочь.
  
Глава 4
 
Столицу мы покинули уже через три дня. Землю как раз хорошо подморозило и немного припорошило снегом. Подобная поспешность была вызвана хорошей ясной погодой, что стояла уже целую неделю! Мы планировали успеть проделать как можно больший путь до того, как погода испортится. А если Бог даст, то и доехать до места.
Марья очень хотела поехать с нами, но я опасалась брать ее с собой. Все-таки мы собирались развивать дар царевны, и она могла понять лишнее. Но я рассчитывала, кроме всего прочего, потратить зимние месяцы на исследования, связанные с аурой. И очень надеялась, что они увенчаются успехом, и я смогу помочь своей сестричке спрятать не предназначенное для чужих глаз. В эту историю я посвятила только Варю, и она обещала помочь. Я не рассказала всем остальным не потому, что не доверяла. Просто была уверена, что чем меньше людей посвящены в тайну рождения Марьи, тем лучше. Сама я боялась не справиться со столь сложной задачей.
Сережку пришлось взять с собой. Не хотелось оставлять его одного во дворце. Да и паж он мой, поэтому должен следовать за своей госпожой. Он за последние полгода знатно подрос и окреп, да и писал не в пример красивее меня. Как ни странно, но и в том мире не отличавшийся каллиграфической красотой почерк остался при мне, а использование перьев и чернил не способствовало его улучшению. А потому любые, даже самые маленькие записки, занимали у меня кучу времени! Но я старалась!
Проводить нас в путь, казалось, собралось полдвора! И это только те, кому нельзя было отказать! Бедной царевне хотели пожелать удачи буквально все! Блондинистый англичанин, кстати, тоже засветился и даже поглядывал на меня с тщательно скрываемой злостью. Он не отлипал от девушки довольно долго, но его-таки оттерли, и мы с девочками вздохнули чуть свободнее.
Князь Долгорукий не упустил шанс попрощаться с Лидией, с которой у них складывались довольно своеобразные отношения. Он все еще не мог определиться, чего же хочет от своей спутницы. С одной стороны, ему нравился независимый нрав девушки и ее стремление познавать новое, и магию в частности. А с другой — его все еще мучили предрассудки, которые постоянно нашептывали ему на ухо о том, что женщине не пристало баловаться магией и демонстрировать столь широкий кругозор. Лиду это знатно бесило, а потому князь периодически попадал в немилость. Что не мешало обоим наслаждаться проведенными вместе часами, когда наступало очередное перемирие. Во всем же остальном они были просто созданы друг для друга. И мне казалось, что как только мужчина поймет, что девушка для него важнее предрассудков, а Лида простит ему эти шатания, из них выйдет замечательная пара.