Последняя черта
— Леха, иди сюда! — раздался крик коллекционера, который сидел за кухонным столом и смотрел фото на экране моего ноутбука.
Испанец сейчас рассматривал фотографии, которые я сделал в интернате, — разложенное оружие и боеприпасы. Все это я приготовил для членов «карточного клуба», но раз выпала такая возможность, проверить достоверность собранного мной материала на постороннем человеке, то почему бы не воспользоваться ей!
— Ну что, убедился, что я не шучу и с головой у меня все в порядке?! — с нескрываемым злорадством в голосе спросил я.
— Выглядит, конечно, правдоподобно, но я ведь тебя, Коршунов, давно знаю. Ты — мастер придумывать разные фокусы и нестандартные решения проблемы. Помнишь, как ты «надурил» того коллекционера из Германии, который привез свою коллекцию на выставку в Севастополь?
— Конечно, помню, ты же мне все уши «прожужжал» про этот редкий пистолет-пулемет МР-18. Ну и что? Ну обманули немецкого бюргера, и что? Да я, можно сказать, сделал это не из-за тех денег, что ты мне заплатил, а из чувства вселенской справедливости! Какого хрена этот «колбасник» так спокойно разгуливает по городу-герою Севастополю. У меня, между прочим, дед погиб при обороне Севастополя. Я, может, за деда мстил!
— Ну да! Ты как скажешь! За деда он мстил! Ха-ха! — Испанец засмеялся, но потом успокоился и добавил, более серьезным тоном: — Просто все это как-то неожиданно, как гром среди ясного неба.
— Это ты мне будешь говорить?! Да я еще два дня назад только и думал о том, как бы поскорее закончить все свои дела и уехать к жене в Сибирь! А тут как снег на голову: Ваську Серова — ранили, Вовку Серова и еще троих пацанов из интерната захватили в заложники. Пришлось ехать освобождать. Нашего одного убили — Сашку Хорошко. Мы одну сволочь живьем захватили, троих отправили в «страну вечной охоты», — я немного приукрасил происшедшие события, — теперь вот приходится ходить с пистолетом. А что делать, для меня война уже началась! — с этими словами я извлек из плечевой кобуры «гошу» и, отсоединив магазин, положил его на стол перед Испанцем.
Вид лежащего перед ним на столе боевого пистолета окончательно убедил коллекционера.
— Это что — «ГШ-18»? — с удивлением произнес Испанец, внимательно рассматривая выбитый на рукояти логотип. — Но откуда он у тебя?
— Понимаешь, диверсанты, которых мы вчера постреляли, хотели создать предлог для антироссийских настроений в обществе. В Керчи должно было произойти несколько диверсий, на месте которых должно было быть найдено современное российское оружие и удостоверения личности офицеров российских спецслужб. Короче, этот пистолет — трофей, взятый у врага.
— Продай! Штуку «баксов» дам! — В Испанце проснулся фанат стрелкового оружия.
— Если поможешь достать оружие, то я тебе этот пистоль подарю, — закинул я еще одну «наживку». Все-таки оружие — это страсть Испанца.
— Договорились, я бесплатно отдам все, что у меня есть, но с одним условием. Вы берете меня в свой отряд, — с вызовом сказал коллекционер.
Честно говоря, я немного опешил от такого поворота событий. Зачем пятидесятилетнему мужчине, у которого денег куры не клюют, играть в войнушку.
— Хорошо. Мы возьмем тебя в отряд. А ты точно уверен, что хочешь этого?
— Еще как! Надоела мне это размеренная жизнь! Хочется встряхнуться!
— Можно так встряхнуться, что потом по частям собирать будут. Может, все-таки не надо?
— Надо, Леша, надо! Я ведь болен раком, доктора сказали, что если не лечиться, то жить мне не больше чем полгода. А на хрена мне такая жизнь: химиотерапии, диета, отказ от спиртного и табака. Нет, я уж лучше с вами на войну пойду — будет хоть чем забыться на старости лет!
— Ну как знаешь! А что хоть у тебя есть из боевых «стволов»? — задал я самый главный вопрос.
— «ППШ-41» — 57 штук, «СВТ-40» — 126 штук, «АВТ-40» — 18 штук, винтовка «Мосина» — 14 штук, пистолет «ТТ» — 89 штук, крупнокалиберный пулемет ДШК — 2 штуки. Патроны калибра 12,7х108 миллиметра — это к ДШК — 2100 штук, 7,62х25 миллиметра — это к «папашам» и «тэтэшникам» — 18 000 штук, 7,62х54 миллиметра — это к «СВТ» и «мосинкам» — 500 штук.
— Ничего себе! Откуда столько? — моему изумлению не было предела. Я, конечно, знал, что у Испанца есть «заначка» огнестрельного боевого оружия, но уж точно не предполагал, что его будет столько много! Можно вооружить целый батальон. — А что такое «АВТ-40»?
— Автоматическая винтовка Токарева, та же СВТ, только с переводчиком огня в автоматический режим. Правда, при условии того, что у винтовок Токарева магазин на десять патронов, толку от ведения автоматического огня маловато.
— Испанец, а сколько у тебя изначально было единиц оружия?
— Двадцать лет назад, когда мне достался в наследство этот оружейный погреб, в нем было в два раза больше «стволов» и патронов. Самым ходовым товаром были «ППШ», «ТТ» и «мосинки», а из патронов — винтовочный калибр.
— А что «СВТ» так много осталось? Не брали или с самого начало больше было?
— Ну «СВТ» считается экзотикой, многие даже не знают о существовании такой винтовки. Все же думают, что наши в войну воевали исключительно с винтовками «Мосина» и автоматами «ППШ», а о «СВТ», «ППД» никто и слыхом не слыхивал! В общем, не хотят брать винтовки Токарева, нет на них спроса, а зря, между прочим. Винтовка точная, убойная и на порядок лучше, чем «мосинка», единственный минус — это более сложный процесс сборки-разборки, и чистить ее надо чаще, чем «трехлинейку».
— Куда и когда приезжать за оружием? — деловито спросил я. Надо было закрепить результат, пока Испанец не передумал отдать нам все свои запасы оружия.
— Завтра утром, часов в десять, буду вас ждать на улице Ворошилова, возле троллейбусного парка. Только машину возьми большую — грузовик, и чтобы помощники были, а то я тяжести тягать не буду!
— Ну а откуда оружие-то, скажешь?
— А чего не сказать. Скажу: двадцать лет назад мой дядя отдал мне свой дачный участок в районе крепости «Керчь», там тогда еще воинских частей было что блох на собаке. Ты же знаешь тот район, там подземных ходов, штолен и выходов каменоломен что дырок в сыре! На дачном участке был спуск в подземный каземат. Часть штольни использовали как склад оружия, его, то ли специально, то ли нет, завалило обвалившимся сводом. Вот в этом каменном аппендиксе и был склад оружия.
— Завал не думал разбирать? Может, там есть еще оружие?
— А на хрена мне это надо? Мне и того, что осталось от дяди, за глаза хватило.
— Ну все, договорились, завтра утром мы приедем, заберем все, что у тебя есть, и, пожалуй, попробуем разобрать завал, возможно, там есть еще оружие!
— Да, ради бога!
После визита к Испанцу я, находясь в хорошем расположении духа, съездил в интернат и пообщался с женой и детьми. Жене я выдал легенду о том, что мне в ближайшие две недели надо уехать из Керчи в командировку, и со мной будет связь только через электронную почту и то с перебоями. Те двадцать тысяч, что я ей сегодня перечислил, — это аванс за мою командировку. Суть, предстоящей работы — это организация антарктических экспедиций, для этого мне придет уехать в Африку — в ЮАР. Спонсировать мою работу будет международный фонд. Зарплату обещают просто космическую, плюс служебный дом, автомобиль и полный соцпакет. Жена долго не могла поверить, что это правда — слишком неправдоподобно это все выглядело! Действительно, где я и где Африка. Но, как я уже не раз убеждался, чем более неправдоподобна версия — тем более охотно в нее верят. В итоге, жена мне поверила, тем более что я ей обещал забрать ее с детьми к себе в самое ближайшее время. Это давало мне минимум две недели свободного времени. Жена не будет за меня волноваться, и даже если в Крыму начнутся массовые волнения и беспорядки, она не будет беспокоиться за меня, ведь в это время я буду спокойно работать в Африке.
Глава 8
Собрав все нужное мне для встречи с членами «карточного клуба», я переоделся в военную форму, купленную у Векшина. Немецкий «ночной» камуфляж был вполне пригодным, чтобы в нем расхаживать по городу. Я взял с собой ноутбук, уложенный в специальную сумку. Сумка была большего размера, чем надо, поэтому рядом с ноутбуком легко поместился и пистолет-пулемет «Кедр», с двумя запасными магазинами. В наплечной кобуре лежал «гоша», а по карманам куртки я разложил запасные магазины и несколько ножей. Немного подумав, я положил в сумку с ноутбуком две гранаты «РГД-5». Все это было нужно не столько для самообороны, сколько для создания нужного антуража во время встречи с членами «карточного клуба».