Охотник на богов. Том 3 (СИ)
Годфред почуял, что я сейчас рвану, чтобы присоединиться к атаке на Опору Бога, и гаркнул на меня:
«Вот даже не лезь! Жди, когда его ослабят!!!».
Тогда я бросился на бой с горбатыми уродцами, и в этот момент на пустыре появились ещё люди, уже не из Гильдии.
Это был глава Геродиан Йешу, а с ним — толпа обычных магов-горожан. Они пришли защищать Гипериос.
Не меньше пятидесяти человек сразу же атаковали летающего над улицами, как коршун, зверя. В основном это были маги-усилители не слишком высокого яруса мастерства, зато ярости им было не занимать.
Пока Опора Бога крушил город, рушил дома, заваливал улицы камнями, порождал горбатых грувимов с саблями и убивал людей, пока мелкие совы метались вокруг него и атаковали стаями — пока всё это происходило, маги боролись, как могли.
Стояла такая пыль, что мало кого можно было разглядеть, кружились чёрные перья, пепел, крошились и трещали камни, звенели сабли и мечи, кричали люди, рычали горбатые твари, громыхали падающие стены и заборы, мелькали энергетические удары мечей.
И тут, в этом адском хаосе, я заметил Брану…
Она дралась вместе со всеми, и впервые я увидел её в такой ипостаси. Разъярённая и что-то кричащая, она вскочила на упавшую статую Одинай и прямо с неё запустила мощнейшую волну фиолетового магического фона. В полёте волна вспыхнула пламенем, пронеслась над полем боя и ударила Опору Бога прямо в пустую глазницу.
Этого хватило, чтобы тот рассвирепел.
Хотя в него и без того сыпались сотни ударов, но для показательной казни он почему-то выбрал именно Брану. Его гигантские крылья взмахнули, сбивая с ног часть атакующих, а вместе с волной ветра всё вокруг накрыла темень.
Причем такая, будто её можно потрогать руками. Что-то вроде чёрного тумана, настолько густого, что ощущаешь себя внезапно ослепшим, потому что не видишь даже собственные руки.
Когда всех вокруг сбило с ног и оттащило подальше, осталась только одна Брана. Её Опора Бога оставил на демонстративную закуску: пусть людишки увидят, какое наказание бывает за дерзость.
— БРАНА-А! — Я рванул в её сторону, потому что уже понимал, что летучая тварь не оставит ей ни малейшего шанса.
Девушка продолжала стоять на поваленной статуе и бить в летучую тварь волнами огня — в глазницы и раскрытую клыкастую пасть, но для Опоры Бога это был даже не комариный укус, а так, почти ничего.
Зрение Годфреда помогло мне разглядеть очертания камней и развалин, чтобы не убиться в этой темноте. На бегу я убрал косу и вытянул заряженный меч.
— Подсоби, как в прошлый раз! — попросил я Годфреда.
И он подсобил.
Как только Опора Бога начал опускаться ниже к земле, чтобы проглотить всё ещё воюющую Брану, я остановился и взмахом меча отправил разряд сразу из трёх душ. Ну а Годфред прибавил своей силы, да так, что сразу стало ясно — он не поскупился.
Волна белого света от моего меча объединилась с электрической энергией Бога Вечной Ярости и тараном понеслась точно в морду Опоре Бога, а он уже начал склоняться над Браной. Она была готова принять смерть в бою — это читалось на её разъярённом лице…
И тут моя волна достигла цели.
Взрывом молний обожгло рыло летучей мыши, да так, что тварь мотнула головой и повернулась в мою сторону. Вот это был уже комариный укус и весьма неплохой.
Я быстро вогнал меч обратно в ножны и вызвал косу.
И стоило Опоре Бога лишь её увидеть — вот так, напрямую — как он забыл про Брану. Его рыло оскалилось, ну а потом гигант поднялся в воздух, снова обдавая землю бурей и чёрным туманом.
«Ха-ха! — усмехнулся Годфред. — Этот паскудник меня узнал!».
Я уже приготовился к новому бою, наверняка, со смертельным исходом (хотя умирать я точно не хотел), как вдруг со стороны зоопитомника послышался грозный рык.
Самый настоящий рык, будто львиный. Только доносился он с неба.
Через пару секунд над разрушенным городом показались десять гигантских существ…
Увидев их, я чуть дара речи не лишился.
Драконы!
Не знаю, как они тут назывались, но это были драконы или что-то похожее на них!
Ах ты мать вашу! Вот тебе и зоопитомник с пискливыми ящерками!
Магические существа приближались стремительно, переливаясь бронёй на груди и головах. Их кожистые крылья были заметно меньше крыльев Опоры Бога, зато числом они явно превосходили.
— Это дисгении госпожи Майдере!!! — с восторгом крикнули позади меня.
Услышав знакомый голос, я обернулся.
За моей спиной стояла Афена.
— Я же просил оставаться с Мозартом! — рявкнул я на девушку.
— Так я же рядом с ним! — заорала она в ответ и показала в сторону.
Там, у поваленного забора, стоял Мозарт, наблюдал за Афеной и держал лук наготове.
— Я умею хорошо стрелять! — Она показала мне гарпун, который я перед выходом дал Мозарту. — Стащила у Бога Гор! И уже убила с десяток тех горбунов!
Я скрипнул зубами. Да что ж такое! Почему сегодня все так хотят сдохнуть в бою⁈ То Брана, то Афена…
— Крис? — вдруг вытаращилась куда-то Афена. — Это что, Кристобаль?..
Я быстро проследил за её взглядом и…
Чёртов Кристобаль! Ну он-то какого хрена сюда притащился⁈ Здесь маги-то гибнут пачками, как и морфи. А что может сделать не-маг?..
Эпизод 4
Кристобаль был не один.
С ним вместе я увидел братьев Гасперов и ещё нескольких парней в рабочей форме лодочной станции.
Все они вооружились ревма-рендерами, хотя, как говорила Афена, чтобы пользоваться этими штуками, нужна была лицензия. Но раз она была у неё, то скорее всего, имелась и у её братьев.
А вот у Криса такой лицензии не было — это я знал точно.
Но именно Кристобаль начал стрелять из ревма-рендера первым. Зелёный луч вырвался из устройства, похожего на медицинский пистолет, и ударил в одного из панцирных горбунов. Того обожгло, но не остановило, а разозлило ещё больше, и тогда остальные парни добавили горбуну ещё лучей в морду…
То, что произошло дальше, я не увидел — всё перекрыла толпа горожан, хлынувшая на пустырь с соседних улиц.
Весь Гипериос поднялся на бой: маги и не-маги, граждане и не-граждане, аристократы и простые люди, представители Гильдии, Ордена Тайн и Корпорации Торговли, мужчины и женщины, старые и молодые.
Теперь в одной толпе можно было увидеть воюющих бок о бок совершенно разных людей, которые в обычной жизни вряд ли бы даже заговорили друг с другом.
Но когда запахло жареным, они объединились.
— В бо-о-о-о-ой! — крикнули откуда-то сбоку знакомым голосом.
Настолько знакомым, что я обернулся.
У одной из башен появилась госпожа Сише и обе её дочери, Кайла и Элегия. А вместе с ними двадцать пять пыльных морфи-брюнетов, тех самых, что я видел в подвале особняка Сише.
Хотя нет.
Двадцать шесть морфи.
Ещё одного привела Кайла. Того самого морфи, которого она одалживала мне для тренировки в своём боевом зале.
Мать и две её дочери бросились в сражение вместе со своими слугами. Госпожа Сише принялась крушить горбунов заряженным мечом, а Кайла отдавала приказы своему морфи и палила из гарпуна, Элегия же беспрестанно стреляла ревма-рендером, причём какой-то другой модификации, с более крупным реактором.
Всё это я увидел буквально за несколько секунд и понял, что даже при таких силах Гипериос рискует погибнуть под натиском Бога Ночи.
А ещё я понял, что не смогу защитить всех, кого знаю, если буду метаться между ними по полю боя. Надо было устранить главную угрозу — Опору Бога, который и порождал сильных грувимов-горбунов.
Если теневых сов почти истребили, то этих тварей было немеряно, и они всё прибывали.
Не церемонясь, я толкнул Афену к Мозарту.
— Будь с ним! Ты ранена!
— Я могу сражаться! — крикнула она, опять демонстрируя мне ружьё-гарпун.
Но мне хватило одного взгляда на её бедро, чтобы заметить обожженную дыру в брюках и красную кожу. Хорошо, что Мозарт тогда ослабил удар, чтобы не сильно ранить тело Афены.