Адвокат вольного города 7 (СИ)

— Да просто второстепенное помещение под фасовку, ну какой там интерес?
— Не знаю. Но Ваши подопечные попытались меня похитить, потом убить.
— Это Жека сам решил, я не лез в операционные вопросы, — заворчал Вьюрковский.
— И тем не менее, они принялись воевать со мной в полный рост. А мне что, помирать, раскинув лапки? Хрен там плавал, я Ваших дружков укатал в бетон, и Вы это знаете.
— И сделал ты это зря.
— Ну, может я и жалею в моментах. НО! Я живой и здоровый жалею, а они — нет. Нехрен было меня трогать. И к Вам это тоже относится. Ваш сотник и несколько бойцов стали жертвой этой глупости.
— Невелика потеря, — фыркнул он. — И мой отряд с пулемётом всё ещё на свободе и готов сразу после разговора повторить свой обстрел, но только в этот раз уже заряженными магией пулями, так что тебя никакой магический щит больше не спасёт. Затем, собственно, и звоню. Два раза «ха»!
— И с тем же нулевым результатом. Валяйте, нихрена не выйдёт, хоть усритесь там со своим пулемётом! — грубо возразил ему я. — Лучше попробуйте со мной договориться.
— Каков франт! Да кто ты такой, чтобы с тобой договариваться?
— Барон. Граф, я твою мать, барон! А ещё один из немногих, кто тебя не боится.
— Смелый, значит?
— Не совсем. Тут дело в том, что я как пешка, как пехотинец на поле боя. Мне некуда бежать, нечего терять, я один и за душой лишь пистолет, да потрёпанный гражданский кодекс.
— Думаешь, это делает тебя равным мне? Думаешь, я ценю то, что ты не попытался сдать меня полиции?
— Я умный, знаю, что полиция против Вас побоится выступать, так зачем тратить бумагу на пустое нытьё?
— Как и все прочие чиновники, — согласился он. — Но всё же ты оказался крепким малым, упорным. Не сбежал, не пошёл в полицию, к Губачинскому. Так чего ты хочешь, Филинов?
— Жить. Работать, деньги зарабатывать. Тратить их, воздухом дышать.
— Работать на меня пойдёшь?
— А какое будет предложение?
— Ну… Ты работаешь на меня, я тебе плачу.
— Абстракция. Мне нужны конкретный функционал, обязанности, что за проекты. Возможно Вам надо восполнить пробелы, которые возникли после выпадения «Братства»? Какая зарплата, уровень полномочий и власти, рабочее место?
— Ну ты загнул!
— Я же говорил, что умный.
— Ну, я подумаю. Но и пулемёт не убираю. У тебя всё ещё есть возможность драпануть.
— Пока не планирую. Да и куда мне бежать? На Карибы, стать пиратским матросом, пить ром, дышать морским ветром и соблазнять знойных красоток? Я адвокат, мне место в городе. Мне нравится Кустовой.
— С ромом у тебя больше шансов дожить до старости. Долго жить это тоже, знаешь ли, кайф. Ладно, ты меня утомил. Посиди, подожди, приедут мои парни с пулемётом или нет. Ха-ха.
Звонок оборвался.
Своеобразное прощание.
Дрожащей рукой я положил трубку. Распрямил чуть застывшие в напряжении пальцы. Кто сказал, что всё это даётся мне легко?
…
Я действительно сидел, собираясь с мыслями. Я не ждал пулемётчика. В конце концов, мне удалось Вьюрковского зацепить.
Как ни странно, у меня появлялся шанс вырулить ситуацию, постепенно уладить конфликт. Однако у Филина на этот счёт был вполне ясный приказ и очень конкретная угроза в отношении меня. И пытаться обмануть древнюю птицу я не собирался.
Под окнами проехала машина, которая громко чихнула выхлопной трубой, а я даже не вздрогнул.
Посчитал это хорошим знаком. Собрал документы в портфель, проверил пистолет, и пошёл к Губачинскому. Не тому, правда, что имел в виду Вьюрковский. Город у нас тесно переплетённый.
Хотя это было совсем не по дороге, но время до конца рабочего дня надо было как-то скоротать, заскочил к Канцлеру и забрал свой заказ по древности, сразу же расплатился (вышло двести двадцать рублей). А вот поговорить не удалось, у него был какой-то хмырь, который смотрел на меня с великим подозрением и чуть что хватался за пояс.
Люди, которые пытаются меня пристрелить, самую малость раздражают. Несмотря на то, что хотел обсудить с Канцлером Турцию, молча поклонился, забрал заказ и убыл.
 
Спустя полчаса я расслабленно сидел на отменной лавочке со спинками, помахивая ногой и греясь на солнце прямо на лавке возле входа в банк.
Это был уже второй для меня банк за день и совсем не тот, где я храню свои деньги. Напротив, это был РосЕвроБанк, мой процессуальный противник.
Судебный представитель этого банка вышел и был замечен мной, но сам повернул в другую сторону от выхода, так что не увидел меня, как и большинство специалистов банка, для которых был просто каким-то хлыщом в пиджаке на лавочке, безликим обитателем города.
Наконец, значительно позже большинства сотрудников, из банка вышел и уверенной походкой побрел мимо меня управляющий банком, Афанасий Афанасиевич Губачинский, который, судя по блаженной блуждающей по его лицу улыбке, пребывал в отменном настроении.
Проходя мимо лавочки, он мельком взглянул на меня, резко остановился, и улыбка покинула его лицо.
— Добрый день, Афанасий.
— И Вам, Аркадий. Предположу, что Вы тут не случайно лавку около банка оккупировали?
— Да, верно. Я даже пацанам рубль дал на мороженое, чтоб сидеть тут одному, ждать Вас, чего скрывать?
— Вот как?
— Предлагаю Вам присесть рядом и поговорить.
Афанасий не стал садиться, но и не ушёл, выжидательно глядя на меня.
— Я пришёл, Афанасий Афанасиевич, сообщить Вам, что Мещеряков А. Д., оказался, как тут недавно выразился мой знакомый граф… педрилой.
Улыбка медленно стала возвращаться на лицо управляющего.
— Расстроить адвоката может только факт кидалова со стороны собственного клиента, — весело предположил он и с молодецкой резвостью плюхнулся на лавку возле меня.
— Знаете, Аркадий, — он достал из портсигара сигарету и предложил мне, — раньше я Вам хотел морду набить. В былые времена на дуэль бы вызвал, после того нашего разговора и после Ваших подлых пакостей в суде. А теперь прямо по плечу хочу похлопать, сочувственно.
— Адвокат, вызывающий сочувственное похлопывание — это самое худшее что может быть в моей профессии, — кивнул я. — Однако не спешите меня, да и себя, записывать в проигравшие.
Губачинский пустил струю дыма.
— И что же Вы хотите сказать? Не думаю, что Вы пришли поплакать в мою жилетку?
— Верно. Проиграв действие по плану «А», я имею план «Б» и даже план «В». Но «Б» мне нравится больше, он выгоднее, причём не только мне. И что самое чудесное, он сочетает выгоду и собственно месть.
— У Вас полно букв. Говорите, я тут, мы не в суде, посторонних нет, моя обида была отмщена.
— Думаю, не в полной мере отмщена, но я предлагаю отработать по полной, ещё и заработать копеечку. Ведь оклад управляющего банка так скромен.
— Прямо копеечку?
— Ну такую. Баронскую копеечку.
— А Вы знали, Филинов, что в старину были бароны-разбойники?
— Тем более. Традиции тоже надо как-то поддерживать.
  
Глава 20
 
Тайлер-экспедитор
 
— Излагайте, — изящно выпустив ещё одну струю ароматного табачного дыма, вальяжно предложил управляющий.
— Итак, начнём с того, что берётся одна безвестная фирма, например, это будет «Голубчикова Мануфактуринг». К примеру.
Афанасий невольно вздрогнул и напряжённо повернулся ко мне всем телом.
— Да, блин, я знаю, что это фирма, зарегистрированная на Вашу супругу, — профессионально почти не меняясь в лице, безэмоционально продолжил я, — причём по её девичьим установочным данным, чтобы труднее было отследить. Вернёмся к сути. Так вот, фирма Вашей жены покупает у РосЕвроБанка права требования к Мещерякову на всю сумму вместе с акцессорными требованиями, то есть вторичными, таким как право на обращение взыскания на предмет залога. Со всеми потрохами. Вы же делали оценку залоговой стоимости ниже суммы по кредиту?
— Да, — достаточно зло ответил Афанасий, — до того, как Вы окунули всю нашу работу в чан с дерьмом. Можно было бы даже забрать здание «с концами», несмотря на нытьё Мещерякова, он бы ещё и чуть-чуть должен остался.